Разум Дикой Природы

9. "Думаешь, бегаю за иллюзиями?.."

Мир дышал красками… но дыхание это было тяжёлым, прерывистым, словно у больного, который только пережил лихорадку и лежит в холодном поту, со страхом думая о будущем. Белый волк давно перестал быть просто зверем со своими инстинктами и целями. Прошло много лет. Отныне лапы его ступали по пожухлой траве, не приминая стеблей. Шерсть, белая, как первый снег на вершинах гор, светилась мягким, ровным сиянием, которое не отбрасывало теней. К сожалению, тени были повсюду. Белый чувствовал их.

Следы были странными. Там, где ступал тот, «другой», трава чернела и скручивалась, вода в лужах мутнела, птицы замолкали. «Мёртвая» тропа вела через весь континент, от ледяного севера к зелёным равнинам, оставляя за собой шрамы незримой порчи. Но Белый волк не вмешивался. Ему, вечному наблюдателю, нужно было понять композицию этой новой, мрачной картины, которую рисовал Тень.

Впереди, над кромкой леса, кружил ворон — белое пятно на фоне серого неба. Вот только эта белизна была обманчивой, мертвенной, как цвет кости. А внизу, скользя меж деревьев, двигался «он». Огромная, черная, сотканная из дыма и ненависти Тень. В ней угадывались очертания волка, но искажённые, изломанные, с красными угольками вместо глаз.

Глава 1. «Порушенная судьба»

Следы вышли к старой дубраве. Древние деревья, свидетели падения человечества, стояли здесь, скрипя от старости. Их корни выпирали из земли, как узловатые пальцы. Белый волк замер, слившись с туманом. На поляне стоял конь. Гнедой, мощный, с гривой, полной репьев. Он стоял, опустив голову, и его бока тяжело вздымались. гигант не ел сочную траву, а лишь смотрел в землю. Прямо перед его копытами виднелось небольшое углубление — свежая ямка, которую тот, видимо, вырыл копытом.
Волк прислушался к эху ветра — тому незримому полю чувств, что пронизывало мир, и услышал плач. Беззвучный, разрывающий душу плач коня. Великан по имени Гром, случайно наступил на своего друга — юркого хорька, который любил бегать меж его ног. Один неверный шаг и… характерный хруст. Теперь Гром стоял над могилкой, парализованный чувством вины. Он не мог уйти, не мог простить себя.

Вдруг Белый увидел, как Тень скользнула к корням огромного сухого вяза, нависающего над конём. Не нападал открыто. Это было не в его стиле…
Белый ворон спустился и сел на сухую ветку прямо над головой коня.

— Кар-р! Убийца! — крикнул он, — неуклюжий и глупый! Оборвал жизнь маленького!.. А ведь тот мог бы ещё денёк пожить…

— Что? Уйди, падальщик! — Гром вздрогнул, но не сдвинулся с места. Его вина стала еще тяжелее, придавив его к земле.

— Ещё и грубишь? Лучше признай вину и живи дальше, «громила»…

— Я… не могу…

— Можешь! Кар-р!..

— Ещё как…

Тем временем Тень просочился в гнилую сердцевину корней вяза. Чёрный дым разъедал древесину быстрее силы времени. Дерево, весившее тонны, застонало.
Раздался звук, похожий на выстрел. Ствол резко накренился. Гром даже не поднял головы, был готов принять наказание. Он хотел этого. Дерево падало медленно, неумолимо, набирая скорость. Траектория — идеальная. Оно должно было ровно переломить хребет коню, вдавив его в ту же землю, где лежала его маленькая «жертва».

Пусть Белый и не вмешивается напрямую, но влиять «посредника»… Не проявившись в физическом мире, он сделал то, что умел лучше всего — шёл за ветром. Сконцентрировался, закрыл глаза… Когда ствол был уже в метре от спины коня, произошло «непредвиденное». Невидимый таран ударил в падающий ствол сбоку, сместив его на незаметные дюймы. Удар был такой силы, что с дерева слетела почти вся кора. Земля содрогнулась. Ветки хлестнули Грома по бокам, оставив царапины, но не убив. Конь от удивления и страха вскинулся, заржал, и инстинкт жизни, наконец, пробил пелену горя. Шарахнулся в сторону и ускакал прочь от места смерти.

Из-под упавшего ствола вырвался клуб черного дыма.

— Я не мог… ошибиться…, — прошелестело в листве.

Ворон взмыл в небо, оглядывая окрестности. Белый не стал задерживаться. Он знал, что его заметили, и игра в прятки уже не имеет смысла. Волк растворился в воздухе и потёк ветром дальше, на запад, к «Бескрайнему полю» — месту, где небо сходится с землёй, и где ни одна тень не спрячется.

Глава 2. «На краю мира»

Поле было поистине огромным — бывшая сельскохозяйственная равнина Древних, теперь заросшая дикой пшеницей и васильками. Ветер гулял свободно, создавая золотые волны. Белый появился прямо в центре, сел, обернув хвостом лапы, и стал ждать. Небо темнело, тучи, неестественно тяжёлые и фиолетовые, ползли с севера, следуя за своим господином. Вскоре трава перед волком почернела. Из земли, словно нефть, начал сочиться мрак. Собрался в чёрную фигуру. Теперь-то он не скрывался. Ужасен, величественен, словно король над своим королевством. Его тело состояло из шрамов, из которых сочилась тень. Глаза горели цветом только пролитой крови. Прямо над ним кружил белый ворон.

— Кар-р! Смотри-ка, наш «святоша» решил показать морду! — ворон спикировал, целясь клювом в глаз Белого, но тот даже не моргнул, а лишь глубоко вздохнул.

Порыв ураганного ветра, чистого и холодного, сбил ворона в полёте. Крак, кувыркаясь и теряя перья, улетел на сотню метров и скрылся в высокой траве.

— Не мешайся, — спокойно проговорил Белый. Его голос звучал как звон колокола.

— Ты стал сильнее, «художник». Отыскал свой «ветер»? — Тень усмехнулся. Из его пасти вырвался пар, пахнущий серой.

— Жизнь тебя не щадит, как погляжу…

— Жизнь — это испытание, — Тень сделал шаг вперед. Трава под его лапой рассыпалась в пыль, — испытание, которое проходит душа, закаляясь с каждой ошибкой. Скажи, зачем помешал мне? Он хотел умереть, если заметил…

— Он хотел прощения. А ты — убить его чувством вины…

— Смерть есть смерть. Какая разница, как и когда она пришла?

— Существенная. Смерть — это точка в конце. Ты же пытаешься пробить её в центре…

Ветер усилился. Они стояли друг напротив друга. Белое и Чёрное, Инь и Ян нового мира.