Разведенка для дракона, или Личный лекарь генерала

Глава 9

Я очнулась от непривычной, умиротворённой тишины. Она не была тяжёлой или давящей, а, скорее, обволакивающей.

Первое, что я почувствовала, была не боль, а остаточная слабость, словно меня пропустили через центрифугу, но затем тщательно собрали обратно. Очень неприятное ощущение, хочу сказать, — уж лучше бы у меня рука болела или нога. Но увы, имеем то, что имеем.

Я открыла глаза.

Надо мной был не знакомый обшарпанный потолок моей комнаты в особняке Ерина, а белый, лепной свод, украшенный скромной, но изысканной росписью в виде лавровых ветвей. Это точно не походило на «башню», куда меня собирался посадить под замок Ерин.

Но если это не моя комната, не башня и вообще не особняк брата, то тогда… где я?

Я привстала на локтях и повнимательнее оглядела комнату: стены цвета слоновой кости, тяжёлые, изумрудного оттенка портьеры, отсекающие дневной свет, добротный, внушительный шкаф, где преспокойно можно было спрятать человека.

«Или любовницу», — усмехнулась я про себя, почему-то вспомнив сцену, как я застукала бывшего мужа Ильмиры с молодой девицей.

Две двери и огромная кровать с балдахином, в которой я, собственно, и лежала. Это была комната человека, который ценит комфорт, но презирает показную роскошь. Кабинетный шик, если можно так выразиться.

Комната была безупречна. На столике стоял графин с водой и тарелка с фруктами, словно они ждали моего пробуждения.

Я села. Голова немного кружилась, но в целом я чувствовала себя удивительно хорошо для человека, который только что выдавил порчу Тьмы из высокопоставленного военного.

Осмотрела себя и обнаружила, что одета только в тонкую, шелковистую ночную сорочку. Не моя. Чья-то очень дорогая и, надо сказать, довольно облегающая фигуру. Я осторожно спустила ноги на пол, ощущая под пальцами мягкий ковёр.

«Сколько прошло времени? Где я? И, самое главное, кто меня раздевал?» — эти вопросы роились в голове, вызывая сначала лёгкую панику, а затем насмешливое принятие судьбы. В конце концов, я спасла жизнь генералу. Наверное, таким образом он решил «отблагодарить» меня за своё спасение?

«Надо умыться и привести в порядок мысли», — решила я. Мой взгляд упал на дверь, ведущую в смежное помещение.

К счастью, там оказалась ванная комната, с огромным зеркалом и белоснежной керамикой. Я радостно подбежала к раковине, намереваясь плеснуть себе в лицо холодной водой, а затем подняла глаза, чтобы посмотреть на свое отражение и… замерла.

Первая мысль, возникшая в голове, была: это кто? Я несколько раз моргнула и даже зажмурилась, но отражение в зеркале не изменилось, заставляя меня думать, что мир, куда меня занесло, не так прост, как мог бы показаться.

На меня смотрела я… и не я. Вроде бы я была всё той же Ильмирой, но… неуловимо другой. Лучше. Годы, которые раньше тяжёлым грузом лежали на лице, смягчились. Усталая измождённость исчезла. Кожа стала гладкой, посвежевшей, словно я только что вернулась из дорогого курорта, а глаза стали насыщенного изумрудного оттенка и сверкали как два драгоценных камня.

Даже мои волосы! Тот самый «мышиный хвостик», которым я пренебрегала и старалась прятать, теперь казался гуще, приобрёл насыщенный блеск и выглядел живым, а не просто каким-то недоразумением. Я была моложе, подтянутее, и черты лица, которые я считала «серой посредственностью», внезапно заиграли новой яркостью. Это было ошеломительно приятно и немного жутковато, если честно.

Но с чего вдруг произошли такие перемены?!

Может, зеркало зачарованное и показывает улучшенную версию того, кто в него заглядывает? Я даже порылась в полках и ящиках и таки нашла маленькое зеркальце, где тоже отразилась я новая. И даже в отполированной столешнице отражение не изменилось.

«Вот это да! Эдуард же говорил о подарках от магии за служение во благо!» — осознание ударило меня током. — «Может, мой дар — это не просто регенерация, а регенерация с бонусом личной молодости? Магия, похоже, решила, что после стольких лет подавления, я заслужила компенсацию».

Но, в связи с этим стало интересно: мне теперь всегда нужно лечить безвозмездно, чтобы не стареть? Или можно хоть какую-то плату брать? А то с таким подходом я буду молодой и красивой, но бедной и голодной.

Надо будет обязательно уточнить этот момент у кого-нибудь. Или порыться в книгах. Но попозже, сейчас у меня требовательно заурчал живот требуя дать ему хоть что-нибудь.

Я уже собиралась вернуться в комнату, чтобы найти свою одежду и, наконец, узнать, кто же меня сюда притащил, как услышала шорох за дверью.

Служанка, наверное, принесла завтрак.

Я спокойно распахнула дверь и, не успев до конца выйти, застыла на пороге. В комнате была не служанка.

Там был генерал Кассиан Вангаррад. Он стоял у окна, одетый в идеально сидящий тёмно-синий мундир, и, должно быть, ждал моего пробуждения.

Он резко обернулся на звук открывшейся двери. Его взгляд мгновенно упал на меня — обновлённую, посвежевшую и, что самое главное, одетую лишь в тонкую шелковую сорочку.

И в этот момент его глаза вспыхнули.

Не той яростью, которую я видела вчера при чтении бракоразводной бумаги, а чистым, интенсивным, алым золотом — тем самым, драконьим пламенем, которое, по слухам, отражает сильнейшее желание.

Ну, если верить сплетням Мари…

От этого взгляда, сверлящего, жадного, неумолимого, у меня вдруг — ни с того, ни с сего! — сладко потяжелело и сжало внизу живота. Бабочки, которые минуту назад сидели тихо, запорхали в животе, а по коже прошла странная волна жара. Эффект был мгновенным и совершенно нежелательным, а ещё таким ошеломительным, что я даже растерялась.

Сто лет ничего подобного не испытывала… А если точнее, такого желания не испытывала никогда!

А ведь я стояла здесь практически в чём мать родила, в шёлковой сорочке, напротив, наверное, самого опасного и теперь чертовски привлекательного мужчины Империи.