Разведенка не приговор!

Глава 5

— Насколько я вижу, твои недомогания уже закончились. Собирай вещи, завтра мы уезжаем.

“Недомогания”? Всего-то? А если бы оказалось, что у меня что-то сломано, это как называлось? Головокружением от нервов?

— Ты не решил еще мой предыдущий вопрос.

— Что? Какой еще вопрос?

— Кадров, — но это слово ему ничего не объяснило. — Обслуживающего персонала точнее.

— Ты про Константина? Отчитаю его позже.

— Отчитаешь и все? А если бы он застал меня в нижнем белье или принимающую ванну, что бы ты сделал?

— Не вижу ничего предосудительного. Он, в конце концов, всего лишь слуга.

— А слуга, это не мужчина, по-твоему?

— А разве нет? — и тени сомнения не мелькнуло на его лице. — Меня он полностью устраивает. Я не понимаю смысла твоего недовольства.

— Меня он не устраивает.

В меня вперился ледяной взгляд.

— Ты кажется или ты меня плохо расслышала? Это МОЙ слуга и Я буду решать, что с ним делать.

— Вот как? — большего мне было и не надо.

— Именно так, — отчеканил он. — Тебя что-то еще не устраивает?

— Ну раз мы так разграничиваем наши позиции, то нет. Ты распоряжаешься своими слугами, а я своими. Я правильно все поняла?

— Правильно. А теперь займись сборами.

Я позволила торжествующей улыбке появиться на своих губах, только после того как вышла из кабинета. Загнать его в эту ловушку оказалось настолько легко, что даже немного скучно.

Девушки еще не ушли и даже вытащили огромные чемоданы и начали скрадывать мои вещи. Я не видела в этом особого смысла.

— Что вы делаете?

— Укладываем вещи, — слегка растерялись они, переглянувшись.

— И кто вам велел?

Юлия просто не осознавала, что ее пристрастие к парфюму выдает ее с головой? В моих комнатах ее не было, но дух стоял, как только что в кабинете. Перефразируя классика: “Тут Юлькин дух, тут Юлькой пахнет”. Видимо она была в курсе нашего отъезда, и появлялась здесь, чтобы дать девушкам распоряжение на сборы.

Девушки молчали, опустив глаза. Третировать их я не собиралась. Терпеть не могу людей, что пользуются своим положением, чтобы самоутверждаться или того хуже, сливать свой негатив на нижестоящих, прекрасно понимая, что им не могут достойно ответить.

— Впредь, не надо делать того, что я не просила. И эти платья я не буду брать с собой. Не нужно их упаковывать.

Примерив один наряд, я теперь поняла, что весь этот гардероб мне не подходит. Может это и было модно и дорого, только этого было недостаточно. Я очутилась в теле молодой красивой девушки, только любую красоту надо уметь правильно подчеркивать. Эх! Да что там говорить. Молодость сама по себе прекрасна. И у меня было время, чтобы это понять. А раз мне все равно придется ехать в город, я планировала заняться своим гардеробом вплотную.

До вечера я скоротала время в библиотеке. Нашла для себя несколько интересных книг и усиленно их штудировала. На память я не жаловалась никогда. Конспектировала только самые ключевые моменты. Девчонки мои всегда жаловались, что по моим записям только клинопись изучать. Но ведь главное, что мне все было в них понятно?

Ночью я заперла дверь. Проснулась посреди ночи сама не понимая почему. А потом услышала, что за дверью кто-то есть. Ее словно толкнули чем-то мягким, может быть плечом? А потом раздался шорох и все затихло.

Для отъезда были готовы два экипажа, всего на шесть человек. Двое хозяев и четверо слуг. Я собиралась скоротать время за чтением. Жаль что суперобложек здесь не придумали, но я по их образу просто завернула обложку в бумагу.

Только уселась и достала книгу, в ожидании супруга, как он явился. И не один. Такого поворота я не ожидала. Юленька, скромно опустив глазки, следовала за ним. То есть мы тут втроем должны были тискаться. Пока они не подошли ближе, я быстро передвинулась на середину сидения и пошире расправила свои юбки. К дорожному платью “напопник” слава Богу не полагался, сидеть в нем длительное время просто невозможно.

Муж на меня едва взглянул. Зато подал руку моей камеристке помогая ей сесть. И сам уселся рядом с ней, будто так и было задумано. Я не уставала поражаться его наглости. Каков гусь! И гусыня у него подстать…

Спускать с рук такое поведение я не собиралась. Опустила глаза в книгу и читала себе, пока мы не отъехали. Потерпела еще минут пять, после выезда за ворота имения и слегка покашляла. Потом еще. Зачем захлопав ресничками, прижала указательный палец к носу. После этого уже вытащила платочек и откровенно прикрыла им нос.

— В чем дело? — не выдержал Карл. — Разве тут чем-то пахнет?

— А ты не чувствуешь?

— Нет!

— Неудивительно. Женщины более чувствительны к таким вещам. Липкий такой запах, — пожаловалась я. А потом зажала рот рукой с платком и поспешно попросила: — Вели остановится. Мне не хорошо.

Муж с нескрываемым раздражением дернул за шнурок рядом с ним. Едва дождавшись пока карета остановится, я выскочила наружу. Юлия с каменным лицом смотрела перед собой, щеки ее полыхали красным.

Немного “освежившись”, я вернулась в карету. Но через пять минут снова попросила ее остановить.

После третьей остановки, я еще не успела выйти, как из кареты пулей выскочила Юлия.

— Ну вот. Так гораздо свежее, — удовлетворенно улыбнулась я мужу и снова раскрыла свою книгу.

Муж не мешал мне читать всю дорогу. А может быть думал, что своим молчанием наказывает меня? Не заметила. Много интересного узнала из книги.

Я отложила ее, только когда мы въехали в город. Время близилось к вечеру, мне было интересно посмотреть на прохожих и дома. Атмосферно. Примерно то чего я и ожидала.

Мы подъехали к большому дому, выглядел он весьма внушительно. Карета остановилась, Карл выскочил из нее, не спрашивая моего разрешения. Я выбралась сама. Подъехала вторая карета. Константин пронзил меня недовольным взглядом. Наверное, был недоволен, что ему пришлось всю дорогу просидеть рядом с кучером. Эта карета была меньше, чем та в которой ехали мы с супругом. Учитывая пышность юбок одной ароматной особы, я была удивлена, что в нее трое поместились, куда уж там четвертому.