Разведенка. Право на счастье

Глава 1 Нет худа без добра

— Ты! — Роза Давидовна тычет в меня своим скрюченным пальцем и переходит практически на визг. — Да как ты посмела сюда явиться?! Падшая женщина!

Вздыхаю, считаю до пяти и обратно.

Как там меня на тренингах учили сдерживать свой темперамент?

А, нифига не помню…

Спокойствие. Альбина, только спокойствие.

— И вам доброго дня, мама, — елейным голоском пою, прекрасно зная, как свекровь не любит такое обращение.

Эффект от простого слова «мама» не заставил себя ждать. Густо напудренное лицо женщины перекашивает от злости, и она буквально выплевывает:

— Матерью называй ту бессовестную женщину, что не сумела тебя достойно воспитать!

— Хорошо-хорошо, тетя Роза. — Пряча ехидную улыбку, складываю лапки в молитвенном жесте я. — Только не гневайтесь и не надо мою маму называть бессовестной.

— Я тебе не тетя!

— Ну и не дядя… — Усмехаюсь я и, прежде чем моя «любезная» свекровь вновь разверзнется потоком оскорблений, решительно заявляю: — А пришла я за своим имуществом. Будьте любезны пустить меня в квартиру.

Надо было видеть лицо Розы Давидовны в этот момент. Я думала, у нее прямо тут, на лестничной площадке, случится припадок: глаза вылезли из орбит, рот перекосило.

— Что с вами, теть Роз?! — Участливо кидаюсь к женщине. — Корвалольчику принести-накапать?

Думала, реально удар ее хватит, но нет, а жаль…

— Убирайся! Твоего тут ничего нет и никогда не было!

— Ну как же нет, теть Роз? — возражаю я. — А ноутбук за сто двадцать тысяч, который мне мама подарила?

— Я сказала – твоего тут ничего нет!

— А вот чек из магазина на ноутбук, где указана фамилия Котовой о другом говорит, — цежу, добавляя металла в голосе. — Отдайте мне мой компьютер по-хорошему.

— А то что? — С вызовом смотрит на меня свекровь.

Нет, ну что за гадкая женщина?

Смотрю на нее и не понимаю, как я смогла столько лет с ней бок о бок прожить. Так сильно Хамидова любила, что все терпела.

И куда только любовь делась?

Разбилась о предательство и ложь.

А вот и моя неземная бывшая любовь появляется в коридоре.

Вид явно не трезвый, но виноватый, а значит, на этом можно сыграть.

— Рома, я за компьютером пришла. Отдай, пожалуйста. Мне работать нужно. Ты же знаешь, что я без него как без рук.

Муж не мгновение зависает. Жадно разглядывая меня, а после отодвигает мать в сторону.

— Проходи, Альбина.

Не медлю.

Быстро скидываю кеды и спешу в нашу с мужем бывшую спальню.

Он, естественно, следом.

На секунду замираю в проеме, окидывая взглядом комнату, где я провела множество счастливых ночей с мужем, и чувствую, как во рту фантомно разливается горечь.

Только не думать и не накручивать себя.

Что сделано, то сделано.

Вытаскиваю из шкафа сумку для ноутбука и быстро складываю туда компьютер, не забываю про модную мышку и прочие девайсы, что покупала для работы лично сама. Оставляю Ромкины наушники и жесткий диск. Мне чужого не надо.

Пока я все собираю, спиной чувствую тяжелый взгляд мужа.

У меня все волосы на теле дыбом встают, в таком я напряжении сейчас нахожусь.

— Ну, все! — Оборачиваюсь. — Спасибо. Я пойду.

Когда иду мимо Ромы, он хватает меня за руку, останавливая.

— Альбина, — пытается поймать мой взгляд, — останься.

— Нет, Рома. Я не останусь.

— Мне очень плохо без тебя.

Нет, ну это уже слишком!

Я не намерена выслушивать это нытье.

— А когда мне было плохо – тебе было хорошо? — Намеренно бью словами наотмашь. — Когда я из больниц не вылезала, когда надо мной вся твоя родня издевалась, когда я в церкви на коленях сутками ползала, вымаливала! Тогда тебе было хорошо?!

Молчит, опустив голову, а потом выдает последний аргумент:

— Я буду любить твоего ребенка как своего. Ему нужен отец. Ты же даже не знаешь от кого… залетела.

Ах, вот как ты заговорил.

Вот только словам его я уже не верю.

— Не нужен. Твоя любовь хуже ненависти.

Вырываю руку из цепкого захвата и, сухо попрощавшись с почти бывшим мужем, иду на выход.

В спину мне несутся какие-то претензии в исполнении Розы Давидовны.

И какое же счастье, что мне теперь на них абсолютно наплевать.

На улицу не выхожу, а практически вылетаю, словно за мной все черти ада гонятся.

Торможу уже на детской площадке и, часто-часто гоняя по легким воздух, падаю на единственную свободную лавочку.