Разведёнка прилично за 40

Глава 13

Зоя

В воскресенье Сергей снова отсутствует.

К обеду звоню ему напомнить о вчерашнем обещании отвезти меня в магазин за продуктами и забрать оттуда, чтобы я не таскала тяжелые сумки в руках. Гудки идут и идут в никуда, трубку он не поднимает. Поэтому, плюнув, пишу эсэмэску.

В ответ через полчаса прилетает почти ожидаемое:

«Занят, отъехал по своим делам в район».

И еще пять минут спустя:

«Давай где-нибудь в районе восьми скатаемся. Раньше мне по-любому никак».

Ну никак и никак.

«Окей», – набираю коротко и, отбросив телефон в сторону, соглашаюсь пойти с Димкой и Ингой на каток.

Что ж теперь из-за одной неудачи весь выходной на помойку выкидывать?!

Не скажу, что на льду я – профи, но за многие годы зимних вылазок с детьми, вполне уверенно научилась стоять на коньках, разгоняться и не падать, рисовать фонарики и даже скользить, поочередной меняя ноги.

Выбравшись на улицу, радуюсь, что не отказалась. Погода прекрасная. Небольшой морозец, безветренно и очень-очень солнечно. Так, что даже глаза слезятся.

– Ну наконец-то весна чувствуется, – озвучивает мои собственные мысли Инга, когда мы, притормозив с ней у бортика, решаем чуток передохнуть.

– Да, пора бы уже. Как-никак почти середина апреля, – поддакиваю, а заслышав новую веселую мелодию, что играет из колонок, поднимая настроение, киваю в сторону усвиставшего вперед Димки, – пойдем-ка, дочь, его догонять!

В шестом часу вечера, едва передвигая ногами, возвращаемся домой. Уставшие, промокшие до нитки – ну как же было не поваляться в сугробах и не покидаться снежками, раз уж решили идти в отрыв! – а на лицах счастливые улыбки до ушей.

– Срочно переодеваться и за стол! Буду вас горячим чаем с малиновым листом отпаивать и оладушками из кабачков кормить, – командует мама, узрев в каком мы виде заявились.

Спорить никто не берется. Дураков нет.

Чай пьем с удовольствием. Некоторые даже по паре чашек, а потом разбредаемся кто-куда и укладываемся поваляться.

Сергей выходит на связь в начале девятого.

«Буду через полчаса у подъезда. Собирайся!»

«Спасибо, но нет. Уже поздно, я легла отдыхать», – отбиваю в ответ и никак не реагирую, получая обидчивое:

«Ну не нет, так нет. Тогда еще задержусь на работе»

– Да пожалуйста, кто ж против, – комментирую вслух и скидываю переписку в сторону.

Возвращаюсь к увлекательной истории, которую прочитала уже до половины, и засыпаю еще до того, как Решетин переступает порог дома.

Понедельник наступает по расписанию. Дети утром после завтрака отправляются на учебу. Я на работу. Сергей уезжает в столицу.

– Буду каждый день звонить, – предупреждает он меня перед уходом, потянувшись за поцелуем.

И чмокает. Только в щеку, которую я ему в последний момент подставляю.

Не хочу в губы.

Как представлю, аж внутри всю корежит. Будто бабка отшептала.

И что удивительно еще более, все последующие дни я о нем не переживаю. Пишет, что у него «всё норм», и ладно, значит жив и здоров.

До пятницы ничего интересного не происходит. Только Димка интересуется:

– Мам, вы с отцом поссорились что ли? Даже по телефону почти не общаетесь.

– Можно сказать и так, – выдаю, немного подумав.

– Он накосячил?

Хмыкаю.

Слово-то какое не литературное, но ситуацию описывает чётко. Не подкопаешься.

– Накосячил, да, – соглашаюсь, а, чуть подумав, добавляю. – И так сильно, сынок, что всем нам теперь надо быть осторожными.

– Почему?

– Потому что нехорошие люди теперь на него зуб точат. А может быть, даже на нас.

Не в моих правилах обманывать детей или замалчивать о проблеме, тем более, если она серьезная. Неправильно это, а порой и чревато плохими последствиями. К тому же и сын, и дочь – оба уже немаленькие. Инга – совершеннолетняя. Димке через год с копейками паспорт получать, а значит, привыкать к ответственности.

И ведь жду, что возмутится или закидает вопросами.

А он выдает невероятно серьезным тоном:

– Ну теперь понятно, почему бабуля порой по вечерам тихонько плачет. Она за нас всех переживает.

И в глаза мне заглядывает. Взглядом недетским. Подтверждения ищет.

Стою в шоке. Рот открываю, закрываю и толком ответить не могу.

Мама… плачет…

А я даже не заметила. Проморгала и не предположила. Но Димка ж это не с потолка взял. Значит, так оно и есть.

И так внутри горько становится, что еще и маму я в свои беды втянула… так тошно и стыдно, что не уберегла ее, не оградила… и вместе с тем, так обидно за себя саму…