Разведенка с прицепом. Замуж за босса!

Глава 12

Наталья

– Нет, – безапелляционно отсекает соседка Люся, стоит мне только заикнуться о том, чтобы она приглядела за Кабачком.

– Но это всего на пару дней…

– Нет, – складывая руки на груди, повторяет Люся.

– Но мне некуда его девать! А эта животина за несколько дней от голода издохнет!

– Нет.

– Да что ты все «нет» да «нет»! – кипячусь я. – Заклинило тебя, что ли? Я же по-хорошему прошу! Мы с тобой, в конце концов, соседи!

– Ко мне в субботу утром гости из Хабаровска приезжают, – упирается Люся. – Так что мне твой Кабачок как телеге пятое колесо.

– Так он же смирный, – не сдаюсь я. – И гостей развлекать будет.

– Смирный? – соседка одаривает меня издевательской усмешкой. – Да он у тебя исчадие ада! Сатана в теле кота!

Поспорить с ней сложно, но мне позарез нужно избавиться от хвостатого. Ну в самом деле! Не к Верховским же его тащить!

– А если денег заплачу? – предлагаю по-деловому. – Тысячи две хватит?

– Никаких денег не хватит, – отмахивается. – Он за несколько дней у меня такой балаган устроит, что ремонт придется переделывать.

– Ну Люсь!

– Не обессудь, Наташ, – разводит руками.

Вот же коза упертая! Прямо ни на миллиметр не двигается! Неужто с тех пор, как Кабачок ей колбасу подрал, обиду затаила? Так это же ведь сто лет назад было! Да и деньги за сервелат я ей занесла!

– Зараза ты, Люська! – восклицаю в сердцах. – Души у тебя нет!

– Так я лучше без души, зато с целым ремонтом, – хмыкает соседка.

А затем теснит меня плечом и захлопывает дверь. Прямо перед моим носом.

Прорычав пару-тройку непечатных, я пинаю Люськину дверь – тихонько, чтобы она не слышала – и ни с чем плетусь обратно в квартиру.

– Ну что? Договорилась? – с порога вопрошает поджидающая меня Дианка.

– Нет, – отвечаю мрачно. – Люся твоего кота на дух не переносит.

– И что же нам делать? – встревоженно.

– Что-что… – чешу затылок. – Корма насыплем и дома оставим. Какие у нас варианты?

– Так он же корм за раз сожрет! А потом с животом мучиться будет!

– А кто виноват, что этот кот – самое безмозглое существо из живущих на Земле? – огрызаюсь. – Я, что ли?

– Ну мам! Ну пожалуйста! – она складывает ладошки в молитвенном жесте. – Давай возьмем его с собой!

– Куда?! К Верховским?! Да ты спятила, дочь моя! – негодую я. – Они люди благородные, интеллигентные… Их твой Кабачок в могилу загонит!

– Да не загонит! Он же хороший! – не унимается эта бестия. – У нас ведь и клетка-переноска есть!

Диана – это единственный человек в целом мире, который действительно видит в обнаглевшем пузатом комке шерсти что-то хорошее. Да и Кабачок, надо признать, отвечает ей взаимностью. За годы проживания в нашем доме этот поганец обоссал едва ли не все мои туфли, а вот ботиночки дочери всегда сухи. Он даже руки ей не царапает и иногда, в моменты особо приподнятого настроения, позволяет себя гладить. Будто самый обычный домашний кот, а не демон с усами и хвостом, коим он на самом деле является!

– Ладно, – обессиленно вздыхаю я, устав от бесконечных споров. – Но учти, если это изверг что-то испортит или сломает, возмещать будем из твоего бюджета на школьные ланчи!

– Хорошо, – радостно соглашается дочь и убегает на балкон за переноской.

А я снова тяжело вздыхаю и почесываю бровь. И кого я обманываю? Бюджета дочери едва ли хватит на возмещения ущерба, причиненного усадьбе Верховских. Разве что самого-самого незначительного, но и то не факт.

Я уже представляю физиономию босса, когда он увидит, что я прихватила с собой не только детей, но и рыжего мутанта с презрением ко всему человеческому роду во взгляде. Ох, он явно не будет в восторге! Остается надеяться, что положение Романа действительно безвыходное и он не передумает.

Кое-как собрав пожитки и прихватив клетку с недовольно шипящим Кабачком, мы с детьми выходим на улицу, где нас уже ожидает черный тонированный микроавтобус известного немецкого бренда.

Верховский стоит рядом и с нескрываемым любопытством разглядывает нашу разношерстную компанию. Сам он одет в легкие светлые брюки, футболку-поло и белоснежные кроссовки. На прямом носу красуются темные очки-авиаторы, а темные волосы идеально зачесаны назад.

– А вот и мы! – провозглашаю я, отдавая чемодан показавшемуся из микроавтобуса водителю.

– Рад встрече, – произносит Верховский, поочередно смотря на моих детей. – Я Роман Алексеевич, но называть меня можно просто дядя Рома. В конце концов, мы с вами почти родственники.

– Как скажете, дядя Рома, – отзывается сын, который после получения пригласительных на тот самый матч проникся симпатией к нашей авантюрной затее. – Меня зовут Артем. А это моя сестра Диана.

– Здрасьте, дядя Рома, – подает голос дочка, присев перед ним в неуклюжем реверансе.

При виде ее детской непосредственности Верховский снисходительно усмехается, а затем его внимание цепляется за клетку с котом, и в лице появляется выражение брезгливого недоумения:

– А это что еще такое?

– Не что, а кто, – как ни в чем не бывало поправляет Диана. – Это наш кот Кабачок. И вы непременно его полюбите.

Взгляд Верховского пулей устремляется ко мне. В нем так и читается «Какой на хрен Кабачок, Скоробогатько?! Ты надо мной издеваешься?!»

В ответ я лишь сконфуженно пожимаю плечами и как можно более непринужденно произношу:

– Не с кем было его оставить. Но ты не переживай, он очень воспитанный и не доставит тебе и твоим родственника никаких хлопот.

– Очень на это надеюсь, – цедит сквозь зубы, заметным усилием подавляя недовольство. – А теперь садитесь в автобус. У нас в семье не принято опаздывать.