Разведенка с прицепом. Замуж за босса!

Глава 15

Роман

Родные пенаты по обыкновению встречают атмосферой уюта и сдержанной роскоши. Миновав охранный пост, мы заезжаем на территорию поместья и движемся по двухполосной асфальтированной дороге, пролегающей через небольшой живописный лес. Животных тут почти не осталось, зато есть птицы, которых отец нет-нет да стреляет.

Он у меня охотник. Не профессионал – скорее, любитель. Ему больше нравится процесс подготовки к охоте, нежели сама стрельба. Но вслух в этом он, само собой, не признается.

– А где дом? – интересуется Наташа, недоуменно оглядываясь на охранный пункт.

– Он дальше, – спокойно поясняю я. – За лесом.

– Это ваш лес? – в ее интонациях сквозит недоумение.

– Да, деду удалось сохранить земли. Говорят, это было непросто.

– Ну еще бы!

Кончик Наташиного носа задевает оконное стекло, рот приоткрыт, а голубые глаза напоминают блюдца. Я уже больше пятнадцати лет не возил женщин в родные места, поэтому успел подзабыть, какая бурная у них бывает реакция.

Для меня – это всего лишь дом, в котором я вырос. Да, большой. Да, красивый. Для них – оплот былого дворянского великолепия и просто невероятно статусное место. Все же взгляд на любую в мире вещь зависит от ракурса смотрящего. Ну и от его прошлого опыта, наверное.

Выезжаем на открытый холм, с которого прекрасно обозреваются белокаменные стены усадьбы. Конечно, дом реставрировался. И не раз! Отец, дед и даже прадед потратили уйму денег, чтобы сохранить и модернизировать здание.

Сейчас в усадьбе с удобством можно жить круглый год. Повсюду системы вентиляции и кондиционирования. Воздух чистый и свежий. На зимний период предусмотрен теплый пол.

Помнится, будучи мальчишкой, я воспринимал комфортные условия проживания как должное, а бабушка частенько говорила, что раньше все было совсем иначе. Но я особо не слушал ее. Думал, преувеличивает. И только став взрослым, я понял, сколько денег и сил уходит на содержание такого огромного дома.

Сергей притормаживает на лужайке. Выхожу из машины и вижу, что по подъездной дорожке к нам торопливо семенит Филипп Семенович. Он у нас кто-то вроде дворецкого. Следит за хозяйством, управляет персоналом. Сад, озера и лесные угодья тоже под его присмотром.

Мама с бабушкой души в нем не чают. Он работает у нас в доме уже лет тридцать. Я еще был школьником, когда он пришел.

– Роман Алексеевич, рад приветствовать! – Филипп Семенович обнажает ровный ряд зубов.

Несмотря на солидный возраст, они у него все свои. Да и, в целом, дворецкий держится молодцом: крепкий, смекалистый, воспитанный. Одет всегда с иголочки, манеры безупречны. В общем, я понимаю, почему мама за него так держится. В нынешние времена толковые работники, безукоризненно знающие свое дело, на вес золота.

– Здравствуйте, Филипп Семенович! – жму ему руку. – Как поживаете?

– Не жалуюсь, Роман Алексеевич. Здоровье и силы, тьфу-тьфу, не подводят.

– Ну это самое главное.

– Позвольте взять ваши сумки?

– Да я сам, – отмахиваюсь. – С саквояжем приехал. Вещей-то особо не брал.

– А ваши… м-м-м… спутники? – мужчина с любопытством косится на вылезающих из автомобиля гостей.

Он привык, что я приезжаю один. Оттого столь многолюдная компания пробуждает в нем живой интерес.

– Это Наташа, – поясняю я, глядя на свою фиктивную невесту. – А это ее дети – Артем и Диана.

– Очень приятно, – роняет Филипп Семенович, воздерживаясь от дальнейших расспросов. – Позвольте я помогу вам с багажом?

– Мне? – Скоробогатько явно не привыкла к подобному обращению.

Ее рот в который раз за день удивленно распахивается, а беспомощный взгляд дергается ко мне.

– Ну да, – подтверждаю с усмешкой. – Филипп Семенович тут у нас отвечает за порядок. Оставь ему свой чемодан.

– Ну… ладно, – Наташа с ощутимым сопротивлением отпускает телескопическую ручку и, приблизившись ко мне, сдавленно шипит. – Роман Алексеич! Почему не предупредил, что ты гребаный наследный принц?!

– Ничего подобного, – отнекиваюсь я. – Это достояние моей семьи. Не мое лично.

– Так говорят все наследные принцы!

– Наташ, угомонись, – пытаюсь ее успокоить. – И, пожалуйста, не делай такие большие глаза.

– Как мне их не делать, если у тебя свой лес и дворецкий?

– Ты скоро привыкнешь, – обещаю я. – И то, что сейчас вызывает у тебя шок, уже завтра будет казаться естественным.

– Сомневаюсь, дорогой босс! – шепчет она. – Я родом из Ульяновска! Мне еще долго придется привыкать к вашим богатым выкрутасам!

– Не называй меня боссом! – так же приглушенно пресекаю я. – Ты забыла? Мы с тобой скоро женимся!

– Забудешь тут… – отзывается ворчливо. – А, может, ну его, а? Что-то мне не по себе, Роман Алексеич…

– Не Роман Алексеевич, а Рома! – припечатываю строго. – Ну-ка соберись!

Я легонько сжимаю ее запястье, приводя в чувства. Наташа вздрагивает. Несколько раз моргает. Облизывает пересохшие губы и шумно втягивает воздух через ноздри.

– Действительно… Чего это я? Все ведь под контролем, верно?

– Вот именно, – тяну одобрительно. – А теперь расправь плечи и улыбнись. У нас впереди прекрасные выходные.

Она выполняет мой приказ. Выпрямляет спину, натягивает улыбку и, обернувшись, поторапливает детей:

– Артем! Диана! Не отставайте!

Поднимаемся по белым мраморным ступеням. Шагаем в распахнутые двери. Едва я успеваю переступить порог дома, как оказываюсь заключенным в крепкие объятия матери. От нее по обыкновению пахнет лимонами и Шанель. Сочетание ароматов, знакомое с детства.

– Ромочка! – восклицает родительница, целуя меня в обе щеки. – Как я рада, что ты приехал!

– Это взаимно, мам. Ты прекрасно выглядишь.

– Мерси, мой дорогой, – она бегает по мне оценивающим взглядом. А затем вновь шагает вперед, притягивает меня к себе и на ухо шепчет. – Ромочка, милый, сегодня Аврора Милявская здесь. Ты уж будь с ней пообходительней, я тебя прошу! Я знаю, в прошлом у вас не сложилось… Но теперь-то вы оба взрослые люди, верно? Дай ей еще один шанс!