Разведены.Немного

Глава 22. Игорь

Глава 22. Игорь

Мне не хочется отдавать дом. Катя твердит: «Это единственный способ удержать её». Может, она права. Может, это единственный шанс сохранить всё. Если Оля уйдёт и подаст на развод — конец.

Конец всему.

Я останусь ни с чем. Ноль.

Дурак!

Какой же я дурак.

Всё, абсолютно всё, что у меня есть — записал на неё и на сына. Думал это надежная страховка от всего. Так раньше и было. Я же по факту работаю на собственную жену. Только она пока об этом не знает. Пока...

Если дело всплывёт в суде, если вскроются активы, схемы, присвоения… и этот дом… В груди стреляет так, что дыхание сбивается.

Нет. Нет, я не дам ей уничтожить меня.

Костьми лягу, но не отдам ей ничего.

Хватаю телефон.

Пальцы дрожат — не от страха, от бешенства.

— Срочно. Дом. Перепиши на Олю. Да, сегодняшним числом. Какой покупатель? Мне плевать, хоть сосед, хоть твой племянник, хоть ты сам! Главное, чтобы бумаги были готовы к вечеру. Да, я сказал — сегодня. Сколько? — рык ярости сжимает горло при каждом слове, бью безвучно кулаком по столу. — Да хоть втрое дороже! Я переведу налом. Просто сделай.

Сбрасываю звонок.

Гул крови в висках. Грудь ходит ходуном.

Одно дело — закрыто.

Ок, Оля! Будет тебе дом.

Теперь — грязнее и неприятнее.

— Илья! — ору так, что стены дрожат.

Через минуту он появляется.

Стоит в дверях, руки в карманах, будто пацан, которого училка поймала на сигарете.

— Закрой дверь, — шиплю.

Закрывает.

Проходит ближе.

Смотрит исподлобья с немым вопросом.

— Свету убери из дома, — бросаю резко.

— Что? — он округляет глаза.

— Что слышал! — рвёт меня. — УБЕРИ! Сегодня! Чтобы к вечеру и духа её там не было! — кулак бьёт по столу, пепельница подпрыгивает. — Клининг вызови, всё вылижите, чтоб завтра Оля с Петей приехали и увидели — картинка идеальная! Чистота! Уют! Никакой бабы в доме!

Илья щурится, кривится, но молчит.
— А Свету … куда? – растерянно пожимает плечами.

Мне планку срывает его тупой вопрос:

— Да мне ПОФИГ! — протяжно ору. — Где она до этого жила? Пусть туда и валит! Хоть к маме, хоть в свою сраную деревню! Мне всё равно! Главное — чтобы Оля забыла, что Света вообще существовала.

Илья поджимает плечи. Качает головой.

— Ну… план, в принципе, рабочий.

Хватаю что-то и швыряю в стену. Глухой удар.

— Мне не нужно твоё одобрение! Делай, что сказано!

Он молча кивает.

— И ещё, — продолжаю, стараясь не задыхаться от злости. — Активы. Надо их вернуть мне. Подстраховаться. Вдруг адвоката наняла.

— Так просто не получится, — осторожно, с опаской глядя на стену, говорит Илья. — Её согласие нужно. Иначе никак.

Я чувствую, как зубы хрустят от давления. Челюсть сводит. Я не хочу слышать слово «нет».

— Значит, надо придумать, как её заставить. Чтобы подписала. Без лишних вопросов. Как в прошлый раз.

— В прошлый раз, — напоминает Илья, — она не думала о разводе. И не знала про Свету.

— Чёрт!!! Иди и принимайся за работу. — рычу так, что горло саднит.

Илья поспешно уходит.

Бью кулаком по столу очередью, снова и снова. Пока костяшки не начинают гореть. Злюсь на себя.

Молчание. Мысли скачут.

Переписать активы. Забрать деньги у Оли. Перевести всё. Сделать так, что если она решит копнуть глубже, чтобы у нее не осталось ничего, кроме стен и крыши дома брата Воронцова.

Но времени нет. Надо все делать быстро.

Контроль утекает, как песок сквозь пальцы.

Те самые дни, о которых я когда-то думал — наступили. И я не готов. И как мальчишка растерялся.

Телефон вибрирует.

Номер неизвестный.

Щурюсь.

Сдержано замираю в догадках

Кавказцы? Решили напугать? Не выйдет.

Поднимаю трубку. Ничего не говорю. Жду.

— Привет, Игорь, — спокойный голос. Холодный, уверенный. Слишком уверенный. — Нам пора поговорить.

Руслан.

Меня будто ударили под дых. Воздух в горле превращается в кость. В глазах темнеет.