Разведены.Немного

Глава 25. Оля

Глава 25. Оля

Какое унижение. Как будто он выбрал не просто одежду — а роль.

Роль в его театре, где всё подчинено правилам Игоря.

Конечно. Жена, которая молчит. Жена, которую можно затыкать вещами и своим «сложным» расписанием. Жена, которой не дано выбора – я сам за нее все решу.

Моё лицо словно онемело и стало каменным. А в внутри распирающий огонь. Глаза сами уставились на этот чёртов синий костюм. Ненавижу...

Документы. Телефон. Ключи. Всё это можно получить только ценой себя. Сломать. Изобразить счастливую семью. Подыграть Великому Игорю.

Настоящие муки презрения к самому себе.

Злость сжимает грудь, кровь стучит в висках.

А что дальше? Что будет потом? Он будет карать меня молчанием, травить своим чаем, лишать воздуха всякий раз, когда я попробую сказать «нет»?

Ох... Нет. Этого не будет. Я так не хочу.

Надо уходить.

Но Петя… Слезы отчаяния сжимают горло.

Всё упирается в него.

В это маленькое, хрупкое существо, которое так преданно любит своего отца. И всегда будет любить. Он не простит меня.

Сердце обрывается при мысли о том, что я могу ранить и разрушить жизнь сына. Он ведь ещё верит: мама и папа любят друг друга. Что мама счастлива. А папа — сильный и всегда защитит нас. Я тоже так думала... раньше... Теперь – мой муж это не мой муж. И я неуверенно, что он безопасен для нас. Я не уверена, что это вообще – ЛЮБОВЬ.

Боже… Как ему все объяснить? Как объяснить, что мама обнаружила – ложь, предательство, измену и угрозу для своей жизни? Сына он не тронет. А вот меня... Холод по коже.

Поднимаю глаза и встречаюсь с отражением в зеркале.

Передо мной женщина, в которой погас свет. Всё былое счастье просто выключили одним щелчком. И она потерялась в темноте. Я реально – потерялась.
Если я выйду в синем костюм — он увидит меня именно такой. Жалкой. Сломанной. Податливой терпилой.

Нет. У Пети не такая мама.

Я резко встаю.

Хватаю чертов костюм и с силой бросаю его в угол. Это не мой выбор.

Открываю шкаф. Достаю бельё — чёрное, тонкое, шёлковое.

Когда я надевала его в последний раз? Даже не помню.

«Я не люблю вульгарности и пошлости» – слащавый голос Игоря в голове.

Ага. Я все видела. И пошлость. И твою – вульгарность.

Закручиваю волосы в локоны — давно не делала этого.

По губам ложится красная помада. Чёткая линия, дерзкий вызов.

Рука тянется к платьям.

Это или … да, вот это...

Бархатное. Красное. Яркое. С открытой спиной.

Никакого синего. Никакой покорности. Только мой вызов. Моя борьба. Мой огонь.

Смотрю на себя в зеркало — и впервые за долгое время улыбаюсь. В отражении снова женщина. Живая. Настоящая. Сильная.

Глубоко заглядываю в свою душу. Растерянная девчонка вся сжалась и забилась в угол от разочарования: я так мечтала о семье. Я так хотела быть счастливой, что растворилась. Стала блеклой простыней в его постели.

Но больше — нет.

Кольцо блестит на пальце. Как клеймо. Метка несчастливого брака.

Поджимаю губы, стягиваю его и кладу на столик.

Лишнее. Мне это больше не нужно.

И сразу становится легче.

Возвращаюсь к шкафу. Шпильки. Самые острые.

Дёргаю ручку двери спальни.

Она поддаётся. Не запирал.

Делай глубокий вдох. Затем выход.

Путь к свободе.

Выход в гостиную.

Петя на секунду зависает и тут же подскакивает с дивана. Его глаза горят восторгом и удивлением, он кричит:

— Мамочка! Какая ты красивая! И… ты крутая! Ты как – суперагент под прикрытием.

Легкая улыбка сама ложится на мои губы.

"Я — преданная и униженная жена под прикрытием. Но тебе, малыш, этого не понять", — говорят мои глаза.

Он бросается ко мне, обнимает за талию.

Я наклоняюсь, прижимаю его к себе, вдыхаю запах сына. Прошел толкьо день, а я так соскучилась.

— Спасибо, мой хороший, — шепчу я. Ради него я не сломаюсь.

Игорь стоит в стороне. Ошарашенный.

Он жадно глотает воздух, словно забыл, как дышать.

Я выпрямляюсь.

Поднимаю подбородок.

Смотрю прямо на него.

— Я немного улучшила твой вкус, — произношу ровно, с дерзостью, протягивая руку. — Отдай то, что забрал.

Его взгляд падает на мою ладонь, потом возвращается ко мне.

И тут глаза темнеют.

На губах появляется улыбка. Ядовитая. Хищная.

Такая, что обещает беду.

— Одну минуту, дорогая, — тянет он. — Ты кое-что забыла…

Следущая глава — 23 августа.