Развод. 32 декабря

Глава 18.

Глава 18.

Мира

-Не говорите ерунды! – впервые за годы брака повышаю голос на свекровь.

Она тоже собирается прочищать мне мозги? Вот такая, оказывается, поддержка. Рано я обрадовалась. Еще и обнять хотела.

-Мирочка, не кипятись, - просит всё тем же тихим голосом, который начинает меня раздражать. Она, конечно, была прекрасным педагогом в детском садике, но я уже давно вышла из возраста её подопечных.

-А как еще я должна реагировать на подобные слова? Так любит, что таскал в отсутствие жены дома шалав? Елена Петровна, Вы хоть отдаете отчет своим словам? Или это Юра стоит сбоку и подсказывает, что говорить?

-Нет-нет. Он в другой комнате, - отвечает поспешно.

И на том спасибо!

-Дорогая… - снова пытается начать свою речь Елена Петровна, а меня едва ли не подкидывает от злости.

-Остановитесь, пожалуйста. Я не хочу обсуждать то, что случилось! – заявляю со всей категоричностью, на которую способна.

-Но как же… Это ведь серьезный вопрос, требующий решения! – словно удивляется моему нежеланию говорить про измену Юры.

Правда? Серьезно? А я то думала, что это всё забавная игра. Господи… За что мне всё это?

-Решение я уже приняла! Я подам документы на развод!

Громко охает. Уже не понимаю, верить ли ей. Где заканчивается искреннее сочувствие и начинается игра?

-Как же так?.. Почти тридцать лет брака…

Ну, еще не почти, но даже это не главное!

-Да хоть два раза по столько же! Я уважаю себя и не позволю вытирать о себя ноги. Развода не избежать!

-Он просто ошибся, - Елена Петровна с головой бросается на защиту своего великовозрастного сыночка. – Мужчины, они же, - запинается на секунду, - как дети!

-В пятьдесят? Как дети? – я не понимаю, что мне делать: то ли смеяться, то ли плакать.

-Он раскаивается, - не слышит меня свекровь. – Ему плохо! Мирочка… Он открыто мне сказал, что любит тебя и не представляет без тебя своей жизни.

Мирочка… Дорогая… Меня начинают раздражать даже эти обращения. Хотя свекровь так обращается ко мне всегда.

-Елена Петровна, давайте на этом остановимся, - прошу, понимая, что, если она сейчас продолжит говорить про Юру, я просто отключусь. Даже не прощаясь.

-Хорошо! Конечно, тебе пока больно об этом говорить. Я позвоню через пару дней. Когда полегчает.

-Звоните. Но только поймите уже сейчас одно – ваши звонки ничего не изменят! Полегчает… Но не отменит факта измены!

Распрощавшись со свекровью, откидываю голову на подголовник и смыкаю веки. Тишины хочу. И покоя. Пусть меня никто не трогает!!!

Не трогают меня часа три. Два из них мне даже удается поспать. И даже на кровати, куда я каким-то чудом перехожу в полудреме. А потом дверь в мою комнату открывается, и на пороге возникает мама.

-Долго еще будешь строить из себя тяжелобольную?

Еще не до конца проснувшись, пытаюсь понять, что она имеет в виду. Не строю я из себя никого. Я ведь выпила таблетку – голова не болит.

-Иди нормально хоть поешь за весь день! Или голодом морить себя собралась?

Понятно. Несмотря ни на что, волнуется. Но подача чувств, конечно, отвратительная. Ну, почему она никогда не могла сказать что-то по-доброму? Всегда вот так: с каким-то обвинением, недовольством.

-Я потом поем, - произношу, стараясь унять судорогу, которая схватила ногу.

-Потом будет уже совсем вечер. Ты за фигурой не следишь разве? Зря! Возраст такой… Разнесет, и не заметишь. Кстати! Юра и Петя не могут до тебя дозвониться! Игнорируешь? А Петька то уже чем провинился?

-Я спала. Как я могла ответить им? – хотя даже если бы не спала – не ответила. Ибо не хочу! - Мам, можно я еще немного посплю? – пытаюсь избежать конфликта.

-Вставай! Ты ведь уже проснулась, - не желает ничего слышать родительница.

Кажется, моё «недолго» в этом доме будет совсем недолгим!!!

Завтра же позвоню на работу, скажу, что хочу выйти из отпуска пораньше.

Заодно начну себе искать съемную квартиру.

Жить здесь… Это оказалось безумной затеей.