Развод. А был ли муж?

5.2.

Он поднимает на меня взгляд и время словно останавливается, а пространство вокруг сжимается. Я кладу руку на горло и тру его, пытаясь сбросить невидимую удавку, что он набросил на мою шею. Еще никогда я не видела такого взгляда у Мирона.

Его глаза вначале казались удивленно распахнутыми, но теперь словно наполнились холодным огнем. На губах играет ироничная ухмылка. Он взбешен.

В моей голове появляется шум. Я вижу перед собой не просто мужчину или бывшего мужа, а настоящего демона, который никогда не потерпит пренебрежения. Я чувствую его гнев даже на расстоянии.

По мере его приближения улыбка исчезает с его лица и губы сжимаются в тонкую линию, а челюсть напрягается. Когда он подходит вплотную, то наклоняется, приближая свое лицо так близко, что я чувствую его запах. В нем не только резкий аромат дорогого парфюма, но и что-то животное, принадлежащее только ему. Мирон никогда раньше так не пах. Но я же не могла ошибиться. Каждое его слов звучит словно удар:

— Ты думаешь, что так легко отделаешься?

Я была готова к чему угодно, но только не к этим словам.

— С тобой будет интересно и весело, — теперь он говорит так, словно насмехается надо мной. И это после всего, что он сделал.

Но как бы он не пытался запугать меня я собираю все свои силы и поднимаю подбородок повыше решительно смотря в его глаза.

Я сглатываю, пытаясь подавить дрожь в голосе:

— Возможно, но не с тобой. Ты думаешь, что можешь запугать меня? Так вот я не твоя игрушка и не испугавшаяся жертва, — продолжаю я стараясь подобрать нужные слова.

Его глаза вспыхивают, но не гневом, а недоумением. Память ему отшибло что ли?

Теперь я наклоняюсь к нему и шепчу на ухо:

— Я больше не позволю никому управлять мной и доставлять мне страдания.

Слова сами вырываются из меня. В его лице что-то меняется и что-то в его взгляде проскальзывает похожее на уважение.

— Не обольщайся. Твой поступок не останется безнаказанным. Не думай, что последствий не будет.

Он отодвинулся и взглянул на меня словно оценивая.

Я же нервно улыбаюсь, ничего не могу с собой поделать:

— Как скажешь, но помни, что последствия могут быть не теми на которые ты рассчитываешь.

Я не позволю вновь сделать из меня жертву его игры.

— Идем, — произносит он хватая меня за руку. Крепко, но не грубо.

— Отпусти меня, — выкрикиваю я.

Внутри бушуют эмоции от страха до ярости. Пытаюсь вырвать руку. Никто не придет мне на помощь. Все вокруг просто молча наблюдают за происходящим.

Он силой тащит меня по лестнице, через танцпол на улицу. Как назло, Артема нигде нет или он так же труслив, как и все в этом зале. Неужели мой муж такое чудовище?

Холодный ночной воздух бьет мне в лицо и дышать становится немного легче. Прямо у входа в свете фонаря стоит огромный внедорожник.

Мирон щелкает брелком и открывает передо мной его дверь. Слегка подталкивая внутрь.

— Что тебе еще от меня нужно? — с отчаянием спрашиваю я прежде, чем он успевает захлопнуть дверь.

Но он не отвечает, лишь отрезает от мира закрывая дверь.

Я слежу в окно за тем, как он обходит машину кругом.

Лицо его при этом сосредоточено.

— Объясни мне, что происходит? — спрашиваю я как только он оказывается внутри.

Он лишь хмыкает в ответ и заводит двигатель. Через секунду машина срывается с места и я вновь чувствую, как страх накатывает на меня новой волной. Мы едем по ночному городу и иногда его взгляд отражается в зеркале, он смотрит на меня.

Мы словно врезались в эту ночь. город кажется другим, мрачным. Я смотрю в окно и пытаюсь понять куда он везет меня. Но город слишком еще чужой для меня.

Машина скользит вдоль улиц, а я чувствую себя отрезанной от всего мира. Мирон уверенно ведет и в тишине салона не раздается ни звука. Я не помню, чтобы он был когда-то таким в нашей прошлой жизни. Он слишком изменился. Словно я не видела его не несколько недель, а несколько лет. Да и знала ли я его настоящим. Возможно, он притворялся все это время.

— Куда мы едем? — задаю вопрос, понимая, что не получу на него ответа.

На секунду на его губах вновь возникает усмешка. Меня злит, что он не собирается ответить ни на один мой вопрос.

Я в очередной раз бросаю взгляд на его профиль — жесткий и решительный.

Когда машина остановилась я словно прихожу в себя. Прямо перед нами за высоким забором вырисовывается огромный особняк с темными окнами. Сердце начинает биться быстрее. Тишина кажется неестественной. Я вцепляюсь в сиденье.

— Выходи, — произносит он это словно приказ.

По спине бежит холодок.

Он молча выбирается наружу и открывает мне дверь. Как только я оказываюсь на земле он вновь хватает меня за руку и тащит к калитке. Я успеваю замерзнуть пока мы преодолеваем расстояние от ворот до двери в дом. Распахнув ее, он чуть ли не вталкивает меня внутрь.