Развод. А была ли любовь?

Глава 10

Я не спешу звонить в детский сад, чтобы договориться обо встречи с заведующей. Откладываю как могу, ищу сотню отговорок.

Сижу на полу, а сын играет рядом. Одной рукой он ловко может и строить из конструктора, и катать машинки. Тугой бандаж ему не помеха, уже привык.

- Мам, а я долго буду болеть? – Маленькая машинка врезается в мою лодыжку, и я от неожиданности и резкой боли морщусь.

Потом перевожу взгляд на сына, и вновь ему улыбаюсь.

- Ромик, сынок, ручка скоро заживет, не переживай.

- И я смогу в садик пойти? А то я соскучился по Ваське, он там без меня играет. И Каринка мне конфеты должна.

Ерошу темные кудряшки на голове сына и закусываю губу. Так не хочется, чтобы он был, между нами. Участвовал во всех гнусных решениях своего отца. За ребрами начинает раскручиваться боль. И резкими спазмами прокалывать все внутренности.

Он обнимает меня одной ручкой и зарывшись в мои волосы, шепчет еле слышно.

- Я слышал, как папа ругался. – И еще сильнее вжимается в меня. – Он не хочет, чтобы я в сад возвращался? А я с нянькой не хочу сидеть дома. У меня там друзья, и нянечка моя. А котлетки вкусные, а запеканка. Мамочка, пожалуйста, уговори его.

Его слова так точно нащупали свою цель. Что я на грани разрыдаться перед сыном. Вижу, как ему не хочется терять своих друзей. И к воспитателю и нянечки он привык. Это такая редкость с ним, что он сам потянулся к людям.

Если вспомнить, сколько раз мы меняли группы. Сколько раз я оставалась с ним, чтобы поддержать. Отказывался от еды и сидел, забившись в угол.

Рома весь в слезах, не хотел меня отпускать. Так и стояли с ним в дверях.

Я мучила его и себя. Слушала Артура, который был за то, чтобы закалять характер. А я только потакала слезам и жалела сына.

И вот сейчас стоит вопрос в няне. Она сыну не нужна. А Артуру, зачем-то приспичило. Хотя, как выясняется, ему ничего не мешает запереться с ней в кабинете или в подсобке.

Фу, как же мерзко об этом думать. А еще хуже, искать варианты, чтобы не навредить и сыну и мне.

- Знаешь, дорогой, - утыкаюсь в макушку сына, вдыхаю такой родной запах, сладкого моего малыша. – Пока ты на больничном, и мы можем не волноваться. А со временем думаю, папа передумает насчет садика.

- А няня?

- Пока она нам точно не нужна. – Отвечаю, ни капельки не соврав сыну.

Его личико просветлело, потому что он знает, что мама не обманывает. Расслабился и вновь начал играть. Уже полностью позабыв о своей проблеме.

А у меня в голове в это время закралась паника. Она тихими волнами, накатывала на меня, и с каждым разом, все сильнее и больнее.

После обеда приехал Артур, и практически с порога начал на меня наезжать, вспоминая мне старые дела, которые давно были улажены.

- Стась, ты почему забыла договор продлить с банком, мне они опять звонили. – Раздраженно скидывает ботинки в коридоре и кидает ключи на тумбочку.

Выхожу в коридор и смотрю на него в замешательстве.

- Что ты глаза свои красивые на меня округлила? Мне больше нечем заняться, как на звонки отвечать.

Подходит ко мне и опирается ладонью о дверной косяк, рядом с моим лицом. Смотрит с прищуром, с хитринкой. Аромат его парфюма только больше начинает раздражать.

Он словно прощупывает почву, на мое равновесие. А я балансирую над пропастью уже несколько дней.

Как узнала о грязных секретах своего мужа.

- У тебя секретарь есть. – Говорю очевидное.

- И что? Это ты должна была сделать. – Приближается ко мне, сокращая расстояние до минимума.

Сердце в груди разгоняется до бешеной скачки. И дыхание прерывается от его близости. Это не возбуждение и не предвкушение. Это отвращение чистой воды. Только вот жаль, он их путает. И принимает за сигнал к активным действиям.

- Я сделала, продлила договор еще в прошлом месяце.

- Ну тогда, проверь еще раз. – Пожимает плечами, и в следующую секунду обхватывает мою талию своими руками.

- Ай…

Вскрикиваю и тут же прикусываю язык. Рома спит в соседней комнате, и разбудить его своими воплями мне не хочется. И так слишком много стало зыбким в нашей пока еще семье. Формальности надо соблюдать перед сыном до последнего.

- Да перестань ломаться. – Не успокаивается Артур и плотнее прижимает меня к стенке. – Мы женаты, так что это нормально. Хотеть свою жену.

Мои щеки вспыхивают под его взглядом, так же как и шея, руки и грудь. Я словно зажата в горящих тисках.

Брыкаться или сопротивляться бесполезно. Он сильнее меня и без труда может в легкую меня подмять под себя. Поэтому мне остается только одно. Бить правдой. Той, что так легко Артур перешагивает и идет дальше.

- Хочешь меня? – Проговариваю каждую букву, чтобы он меня отчетливо услышал.

Тело перестает с ним бороться. Под его наглыми пальцами, каждый сантиметр моей кожи, безропотно покрывается коркой льда. Стирает все следы, что могут впечататься в нее.

- Ты еще спрашиваешь! – Он ведет кончиком носа от мочки уха, по щеке и скуле. Прикусывает нежную кожу и слизывает языком.

Борюсь со рвотным позывом, потому что боюсь даже представить, сколько раз он мог такое проделывать. С другими.

- Хочешь как Вику? Катю? Лену? А может, уже как Анжелу? Или ты нас всех хочешь одинаково? – Язык щиплет, как от змеиного яда. Но мне плевать. Он меня отравил и теперь получает то, что заслужил.