Развод. А была ли любовь?

Глава 17

Времени плакать нет. И жалеть себя тоже. На улице почти ночь, а нам даже негде переночевать. Рома сидит на своем месте, прижимает к груди рюкзак с игрушками. Будто боится и его потерять.

Куда я его притащила своего сына? Вырвала из привычной среды. Лишила стабильности и всех благ. А сейчас даже не могу обеспечить основным, крышей над головой. Что я за мать? Корю себя, рву нервы, своими мыслями.

Голова гудит, и будто чугунная. Опускаю ее на руль, касаюсь твердой кожи. Глаза жжет изнутри. Прикрываю их, сглаживаю ощущения. А в висках отстукивает пульс, будто удары по наковальне.

- Мам, я есть хочу. – Пищит сынок с заднего сидения.

Отчаяние сжимает мое сердце сильнее. До боли крошит последние здравые мысли, что еще остаются в моей голове.

- Да, дорогой, сейчас посмотрим, где можно перекусить. – Достаю телефон и открываю местную карту.

- Мам, а мы что, спать в машине будем? – Снова вопрос не в бровь, а в глаз.

Проталкиваю с трудом ком в горле. Тяжело выдыхаю, будто бетонную плиту сдвигаю. Ребра ноют от давления, что на них действуют.

- Малыш, мама сейчас все решит. – Улыбаюсь онемевшими губами.

Он отворачивается к окну, вижу, что не верит, а спросить не решается.

И в эту самую секунду меня пронзает острой иглой. Прямо в сердце. До упора. У меня перехватывает дыхание, от мысли, что Рома может сказать, что с папой было лучше.

Эта самая моя большая боль. Та, что может меня разрушить по щелчку пальцев. Просто слова сына, что я не такая хорошая, как отец. Я знаю, что он меня любит. Но за то, что для него было нормой.

А сейчас я за всех. Мои обязанности, стали одним общим делом, от чего зависит здоровье и состояние моего ребенка.

И справится с этой задачей, для меня сейчас самый важный экзамен.

Упрямство доказать, что я могу. Это лучше любого пинка, что может получить человек. На меня это подействовало именно так.

На карте я нашла круглосуточное кафе с домашней едой. Уверена, это лучшее, что можно сейчас найти. Поэтому завожу двигатель, и мы уезжаем.

Ехать недолго, и я очень надеюсь, что дальше будет без приключений.

Спустя сорок минут Рома уже уплетает куриный суп, вприкуску с домашними пирогами. Я же пытаюсь найти нам, где переночевать. Историю с подругой и моей квартирой, сейчас все равно уже не решить. И толку тратить сейчас на это силы.

С гостиницами проблема. Есть только почасовые услуги. Отметаю сразу, понятно, что это за квартиры. Ищу дальше.

С каждой минутой мое настроение ухудшается. Варианты тают на глазах. Сын почти закончил, вижу, как он трет глаза. Обычно он спит в это время у себя в кроватки. А сейчас непонятно, где ему придется провести эту ночь.

Остается еще один вариант. Самый крайний. И я не уверена, что он окажется нашим спасением на сегодня. Но я решаюсь попытать удачу.

Я не звонила этому человеку с того времени, как уехала. Мне было стыдно, неудобно. Знаю, что я подорвала доверие к себе, когда все бросила. Выбрала личное счастье, когда она меня отговаривала.

Просила все обдумать и не бросаться в омут с головой. Словно чувствовала, что все мнимое счастье, про которое мне пел Артур, зыбко.

А я влюбленная дурочка, кричала, что это любовь. Крепче, сильнее и гораздо важнее, чем те перспективы, что открывали мне танцы.

Строгая женщина, но справедливая. Мой первый педагог.

Нахожу ее номер на сайте школы. Набираю, стираю, и так несколько раз. Сложно признать, что она оказалась права насчет Артура и всего, что произошло со мной.

- Можно нам счет? – Спрашиваю девушку, когда она приходит убрать пустые тарелки.

- Наличные или карта?

- Карта.

Она кивает и вскоре возвращается с терминалом.

Достаю пластик и прикладываю. Но слышу странный сигнал.

Свожу брови на переносице. Мозг плохо соображает и будто притормаживает.

- Карта заблокирована.

- Такого не может быть. Давайте еще раз попробуем.

Но и в следующий раз все то же самое.

Девушка с подозрением начинает на меня смотреть. Планка ее доверия ко мне падает. Мое волнение растет вместе с паникой.

- Мам, может, позвоним папе? – Рома переводит взгляд на меня, а потом на официантку. На личике застыл страх, а в глазах стоят слезы. Как два огромных озера с кристально чистой водой.

Закусываю нижнюю губу, пока та не трескается и не выпускает капельку крови. Она растворяется у меня во рту, приправляя все металлическим привкусом.

Я судорожно начинаю шарить по карманам спортивных штанов. Роюсь в сумке. Вытряхивая все содержимое на стул рядом.

Привычка держать наличные полностью стерлась. Ведь карта и места меньше занимает, и всегда под рукой.

Но не сейчас, когда я в финансовом тупике.

Девушка, закатив глаза, забирает аппарат.

- Если денег нет, то зачем приходить? – Едкое замечание, которое мы должны были услышать. Отвернувшись, она кричит куда-то вглубь помещения. – Ден, тут проблемы с оплатой.

О боже! Руки совсем перестают меня слушаться. Пальцы как на шарнирах, ничего не могут удержать. По спине скатывается холодный пот.

В эту минуту я не жду чуда, я просто молюсь. И будто меня услышали, на телефон приходит СМС.

Достаю, чтобы прочитать. Может это из банка, где сообщают об ошибке.

«Верни сына, сука, и я притворюсь, что ничего не было»