Развод. Беременна от подонка

12. Скандал (Марта)

Еще утром мне казалось, что я сумею сохранить наш брак. Я брала на себя типичную для женщины ответственность тащить это бремя, что бы ни подсказывало сердце. Что бы ни вертелось на языке — держать рот закрытым. Не позволяя мужу знать, что тебе противно, тебе больно. И ты хочешь развода.

Но в какой-то момент я сдалась. Я осознала, что наш брак — он мертв. Я не хочу принести себя в жертву этому тирану. Этому предателю. Он не достоин видеть, как растет наш третий ребенок. Не достоин моей верности. Не достоин ничего, кроме призрения. И моего отказа плясать под его султанскую дудку.

— Какого хрена это было?! — набросился Вардан, заломив мне руку за спину. — Ты с катушек слетела — такое говорить при чужих?!

Я плюнула ему в лицо и вырвалась из цепкой хватки.

— А на что ты рассчитывал, когда предавал нас, а?! Думал, я буду как покорная овечка?! Буду молчать и что-то там блеять себе под нос?!

— Да, я думал, что так и будет, Марта! Представь себе, я так и думал! Потому что ты, — ткнул он пальцем в мою сторону, — самая настоящая ОВЦА!

— А ты — ВОНЮЧИЙ КОЗЛИНА!

— Ну давай, не сдерживайся! Говори, что хочешь — они ж еще не успели уйти, дорогая! Выйди еще на улицу и попозорь нас там! Стань посреди дороги, останавливай соседей и каждому на ухо кричи, что я сходил налево!

— Ты об этом с такой легкостью говоришь, будто ты и правда буквально сходил налево! А на мои чувства тебе насрать!

— Какие еще чувства, Марта?! Мы живем с тобой без малого двадцатник уже вместе! Какие, нафиг, чувства после двух десятилетий совместной жизни?! Ты меня уже давно не возбуждаешь! — упивался он сказанным. Говорил и как будто гордился этим. — Секс с тобой превратился для меня в рутину! В скучное занятие! Вот реально — супружеский ДОЛГ! И когда я сделал тебе одолжение — развлекся с другой — ты орешь, словно контуженная, что мы теперь разводимся! Никакой идиот после такого не разводится! Семье такое не помеха! С кем не бывает, Марта?!

— Со мной вот, почему-то, никогда не бывало, Вардан, — ответила я и снизила тон. — Я за все эти годы не бывала ни с кем, кроме тебя. Я вообще за всю свою жизнь не имела отношений ни с кем, кроме тебя. Только тебя я целовала. Только тебя ласкала. Только тебе я отдавалась телом и душой. Для меня ты всегда был один-единственный. Первый и последний. Мне и в голову не приходило, что кто-то из нас может изменить. Я почему-то никогда даже не думала о том, чтобы переспать с другим. Хотя мне многие мужчины делали намеки.

— Ну и кто же это? — сморщил он нос со скепсисом. — Кто это тебе намеки делал?

— Ну вот только не надо делать вид, что я уродина. Ты думаешь, что на меня ни у кого не встанет?

— Хватит, перестань, — отмахнулся Рахманов. — Не хочу об этом больше говорить.

Но я продолжала. Видимо, нащупала его болевую точку. Так неожиданно. Мой муж по-тихому пялит других. А вот мне даже заикнуться о таком нельзя? Даже помечтать? Это ведь просто слова…

— Я уверена, что отправься я сегодня в ночной клуб — и я там запросто найду парня для интересного времяпровождения. Причем моложе тебя. Своего возраста. Или даже младше.

— Хватит! — рявкнул Вардан. Было видно, как его задела эта тема. — Ты никуда не поедешь. Так что харе выдумывать. Ты это говоришь, чтобы меня позлить.

— Тебе просто страшно. Ты боишься, что я найду себе кого-то другого. Найду тебе замену, как сделал ты сам в отношении меня.

— Я не находил тебе замену. Фаина — это другое. Она для тела. Ты — для…

— Для чего? — стало мне вдруг интересно. — Хотел сказать, что "для души"? Вот уж не похоже. Скорее, для уборки, для готовки, для воспитания детей. Но уж точно не для души. А знаешь, почему? Потому что души у тебя нет. Мой муж — бездушная скотина!

— У тебя все равно никого нет. Ты блефуешь.

— Так я и не говорила, что есть. — На лице образовалась улыбка. — Как легко ты раскрываешь свои карты, милый. Ты так боишься, что я могла тоже запятнать свои трусы, что уже напрямую спрашиваешь… У меня, кроме тебя, не было ни одного мужчины. Но благодаря твоей измене, — улыбалась я загадочно, — я решила нарушить свою брачную клятву. Ведь ты свою нарушил. Значит, мне тоже теперь можно.

Я двинулась к выходу. Но он преградил мне дорогу.

— Куда ты собралась?

— Хочу развлечься, как ты. А что?

— Успокойся и вернись на место.

— Какое место? У плиты?

— Я не отпущу тебя в таком состоянии. Ты сейчас не в себе. Я переживаю, чтобы ты не наделала глупостей.

— Не беспокойся. Убиваться я не стану.

— Я не об этом беспокоюсь. Просто не хочу, чтобы ты создала нам с парнями новые проблемы.

— Отпусти ее! — послышался голос Ильяса. — Отойди и дай маме пройти!

— Иля, ты ничего не знаешь, — выгораживал себя Вардан. — Все не так, как кажется.

— Папа, ты ей изменил.

— И что? — сказал этот отморозок на полном серьезе. — И что теперь? Разводиться из-за такого? Ты будешь разводиться со своими женами каждый раз, когда захочешь попробовать новую девку?

— Я не буду пробовать новых девок! Я не буду изменять своей жене! Я никогда не буду таким, как ты!

— Ага. Я понял. Собираешься сопли размазывать, как мама? Мне казалось, я ращу мужика. А по факту — девочка. Ты в туалет по-маленькому как ходишь — стоя или сидя?

После этих слов произошло то, чего никто не ожидал. Ильяс буквально бросился на отца. Влетел в него плечом и протащил до самой стены. Пока Вардан не скрутил нашего сына в бараний рог.

— Отпусти его, урод!

— Я тебя ненавижу! — кричал Ильяс, трепыхаясь в звериных лапах мерзавца, который называл себя отцом. — Ты убиваешь нашу семью! Ты так себя ведешь, как будто у тебя еще есть семьи! Словно мы для тебя не имеем значения! Ты нас не любишь! Ни маму, ни меня! Ты любишь только себя! Ты просто вонючий эгоист! Ненавижу… — не выдержал Ильяс и заплакал. — Ненавижу тебя… Ты подонок. Мне стыдно быть твоим сыном.

У него снова пошла кровь.