Развод Больше не верю

Глава 4 Лариса

От предложения Андрея отвезти её домой Лариса отказалась и пошла на остановку автобуса. Позвонила мужу, но Фёдор сначала долго не брал трубку, а потом ответил и буркнул, что он очень занят и что она вечно отвлекает его от работы.

Лариса позвонила Рите.

- Чем закончилась встреча в верхах? – спросила Рита. – Ты сейчас где? Я уже освободилась, на машине, могу тебя забрать.

- Забери, - обрадовалась Лариса. – Мне надо в папину квартиру, альбом с фотографиями хочу домой увезти, ещё раз их пересмотреть. По дороге расскажу тебе, как с нотариусом встретилась.

Рита приехала быстро. Узнав, что у Ларисы вдруг обнаружился новый родственник, подруга громко возмутилась.

- Не верю я! Надо сделать экспертизу почерка и подать в суд!

- Ты не знала деда так хорошо, как я, - улыбнулась Лариса. – Я верю. Только не понимаю, как Андрей будет за мной «приглядывать». И, вообще, у меня есть муж.

- Объелся груш, - добавила Рита.

- Рита!

- Всё, всё, молчу. А то опять поругаемся. Когда дело касается твоего ненаглядного Фёдора, ты становишься жутко обидчивой.

- Потому, что если ты не можешь говорить о нём хорошо – не надо вообще никак. Лучше скажи, чего мне теперь с этим родственничком делать.

- Он красивый?

Лариса задумалась. Пожалуй, да. Высокий, широкоплечий, с крупными чертами лица. Нос, наверное, был сломан, потому что на переносице есть характерная горбинка. Глаза добрые, смотрят внимательно и, как-то заинтересованно, что ли. Нет, пожалуй, просто слишком внимательно.

- Симпатичный, - определилась Лариса. – Тебя познакомить?

- Нет, не надо. У меня Алекс есть.

- Угу, в Португалии, - усмехнулась Лариса. – Ближний свет! Встречаетесь раз в три месяца, просто идеальный мужчина.

- Ничего ты не понимаешь, - легко отмахнулась Рита. – Зато у нас любовь и полное взаимопонимание. Ссориться не из-за чего, надоесть мы другу другу не успеваем – просто идеальный брак.

- Чтобы был брак – надо расписаться, - напомнила Лариса.

- Зачем? Нам и так хорошо. Девчонки его любят, он нас тоже – вполне достаточно для счастья.

Рита растила детей одна. София и Далия росли погодками и кардинально отличались друг от друга. Старшая – стеснительная и романтичная, младшая – пробивная и практичная. Рита называла её бухгалтером – за умение просчитывать ситуацию на несколько ходов вперёд. Копилка десятилетней Далии никогда не была пустой, и наполнялась, как кубышка.

С отцом девочек Рита разошлась несколько лет назад и никогда об этом не жалела. Рите надоело подстраиваться под мнение свекрови, ругаться с мужем и доказывать, что она будет сама решать, как ей жить, что есть, как одевать своих детей и какие книжки читать им перед сном.

Мама мужа категорически не признавала Ритину самостоятельность. Иногда ситуация доходила до смешного. Свекровь, недовольная тем, как готовит Рита, привозила в судочках супчики и котлетки для любимого сына.

Рита бы перетерпела налёт на её кухню, если бы свекровь так же трогательно заботилась о внучках. Но девочки мать мужа не волновали – обе были внешне похожи на Риту, и свекровь не воспринимала их, как внучек.

Последней каплей было требование сделать тест ДНК. Муж уверял, что он, конечно, Рите верит, но надо же успокоить маму!

Разрешение на тест Рита дала. И в тот же день написала заявление о разводе.

Никакие упрёки и уговоры её не остановили. Она забрала дочерей и оставила свекрови её любимого сына.

С Алексом Рита познакомилась, когда отдыхала с детьми в Португалии. Отношения, которые начинались как необременительный курортный роман, стремительно переросли в большую любовь.

Его родители переехали в Португалию, когда Алекс был ребёнком, и он отлично разговаривал на обоих языках. Теперь в России Алекс бывал довольно часто. У него тоже была довольно авторитарная мама, поэтому Рита не спешила выходить замуж второй раз.

До места Лариса с Ритой добрались быстро – всё-таки на машине, это не на автобусе с пересадкой.

Квартира у деда была в старом, прошлого века, доме. Трёхэтажная «сталинка» располагалась в центре города, в единственном уютном месте, между двумя тенистыми скверами. Просторный двор, в который можно попасть только через ворота или калитку, если есть ключ. Высокие потолки, толстенные стены, просторные кухни и ванные комнаты.

- Слушай, Ларис, а чего твой дед такого капитального сделал, что ему здесь квартиру дали? – спросила Рита, поднимаясь по лестнице.

- Он же почти тридцать лет был директором завода. Партийный был, тоже какую-то должность серьёзную занимал, я не помню. Ещё у деда много наград за доблестный труд, есть даже правительственные.

- Ого! – протянула Рита. – Он, оказывается, большая шишка!

Они вошли в квартиру. Лариса щёлкнула выключателем и замерла.

- Что это? - выдохнула она.

Вешалка для одежды лежала на полу, тумбочка отодвинута от стены. По всему полу валялась обувь.

В комнатах тоже был бардак. У шкафов открыты двери, вещи кучей лежали на полу. Диван и древний сервант отодвинуты от стен и тоже открыты. Под ногами валялись дедовы, безукоризненно чистые и выглаженные рубашки и майки. После смерти бабушки дед не требовал обеспечить его быт, наоборот, отказывался от Ларисиной помощи. Уверял, что всё может сделать сам и не стоит волноваться – он не инвалид.

Разве что соглашался, когда раз в неделю Лариса приходила к нему готовить. Сварить простую еду дед мог и сам, но говорил, что ему приятно есть то, что делает внучка.

- У кого ключи от квартиры? – спросила Рита.

- У меня, оба комплекта.

- Надо полицию вызывать. Давай, проверяй, что пропало.

Лариса растерянно окинула взглядом развалы из вещей. Что, собственно, могло пропасть? Деньги деда на карте в банке, несколько простеньких колечек и сережек, которые остались после бабушки, давно лежат у Ларисы дома. Что здесь может быть ценного?

- У него брать нечего, Рит. Всех ценностей – эта квартира и дача. Дача давно переписана на меня, ещё до моего замужества. Дед и тут подстраховался – сказал, что имущество, подаренное до свадьбы, всегда будет моё. Квартира вот она. Всё.