Развод. Больше не вместе?

Глава 9

Телефон вибрирует в сумке уже третий раз. Рома. Снова. Я не беру трубку, хотя рука так и тянется к телефону. Вместо этого смотрю на Мишу, который идет рядом, рассказывая что-то о школе, о директоре, о коллегах, и чувствую, как внутри все сжимается в тугой узел. Все внутренности напрягаются.

— Тая, ты слушаешь? — спрашивает он, заметив мое рассеянное выражение лица.

— Да, да, конечно, — киваю я, пытаясь сосредоточиться на его словах.

Но мысли разбегаются. Телефон снова вибрирует. Четвертый звонок. Я сбрасываю его, не глядя на экран. Потом еще раз. Пятый. Руки дрожат, когда я прячу телефон глубже в сумку.

— Не хочешь отвечать? — Миша бросает на меня внимательный взгляд.

— Не сейчас, — выдыхаю я.

Мы идем в маленькое, уютное кафе, что недалеко от школы. Там пахнет свежей выпечкой и кофе. Мы садимся у окна, и я пытаюсь расслабиться, но внутри все натянуто словно струна. Миша заказывает нам капучино и пирожные, продолжая рассказывать о том, как здорово, что я теперь буду работать в их школе.

— Знаешь, там действительно хорошая атмосфера, — говорит он, и в его голосе слышится искренность. — Ты не пожалеешь. Правда.

— Спасибо тебе, — говорю я, и голос мой звучит чужим, далеким. — Без тебя я бы не решилась.

— Ты сама все сделала, — улыбается он. — Я просто дал тебе толчок.

Толчок. Да. Именно так это и было. Толчок в пропасть или в новую жизнь, я еще не знаю. Я посматриваю на дверь, потому что жду свою подругу. Я отправила ей СМС еще в такси. Не зная результата собеседования. Сейчас я хочу разделить и с ней свою радость.

— Тая! — голос Регины разрывает мои мысли.

Она входит в кафе, яркая, энергичная, с широкой улыбкой на лице. Подходит к нашему столику, и я вижу, как Миша слегка напрягается. Они не знакомы.

— Ну что, поздравляю! — говорит Регина, обнимая меня. — Я же говорила, что ты справишься!

— Спасибо, — улыбаюсь я, и на этот раз улыбка получается более искренней. – Регина, это Миша. Миша, это моя подруга Регина.

— Миша, привет, — кивает она ему. — Спасибо, что помог Тае.

— Не за что, — отвечает он просто.

Регина садится рядом, заказывает себе эспрессо.

— Так что, когда выходишь на работу?

— Через неделю, — отвечаю я, и внутри все сжимается снова.

Через неделю. Семь дней. Семь дней до того, как моя жизнь изменится окончательно.

Мы сидим, разговариваем, смеемся. Миша рассказывает анекдоты про школу, Регина поддерживает разговор. А я сижу и чувствую, как внутри нарастает что-то неконтролируемое. Радость. Страх. Предвкушение. Ужас.

Я понимаю, что мне придется встретиться с Ромой. С его непониманием. Со скандалом, которого не избежать. Все снова повторится. Упреки, крики, холодное молчание. Но мне все равно. От этого чувства и страшно, и радостно одновременно. Будто я стою на краю обрыва, готовая прыгнуть, не зная, что внизу, вода или камни?

Возвращаюсь домой поздно. Регина подвозит меня на машине. Прощаемся у подъезда, она обещает позвонить завтра.

Внутри меня радость и желание улыбаться. Я иду по лестнице, и на губах появляется улыбка. Настоящая, живая. Я сделала это. Я пошла против его воли. Я выбрала себя.

Но когда открываю дверь, улыбка застывает на губах.

Рома стоит в прихожей. У его ног сумка, на столике лежат документы. Он одет в деловой костюм, проверяет что-то в телефоне. Напряженный. Собранный.

— Ты куда? — спрашиваю я, стоит только двери захлопнуться за моей спиной.

Сердце колотится где-то в горле. Внутри все сжимается в один болезненный узел.

— У меня срочная командировка, — говорит он, даже не поднимая головы. Так сосредоточен в телефоне. — Я тебе звонил, чтобы предупредить.

Звонил. Да. Пять раз. Я не взяла трубку.

— Что за командировка? Куда ты поедешь? — голос дрожит, но я стараюсь держать себя в руках.

— Сегодня после обеда решили проверить кое-что в одном филиале, — отвечает он коротко. — Так что я туда и еду.

Он, наконец, поднимает голову и внимательно смотрит на меня. Изучает. Оценивает. Он замечает все. От его цепкого взгляда ничего не укрывается. Новый костюм. Макияж. Счастливая улыбка, которую я не успела стереть. Румянец на щеках.

— Выглядишь не как больная, — коротко резюмирует он.

В его голосе лед.

— Что? — не понимаю я, хотя прекрасно понимаю, о чем он говорит.

— Утром ты лежала и жаловалась, что болеешь, — продолжает он, и каждое его слово как удар. — Даже встать не могла. А сейчас выглядишь на миллион, и от болезни и следа не осталось.

Пауза. Тяжелая. Давящая.

— Так, где ты была?

Внутри все замирает. Страх. Паника. Желание соврать, убежать, исчезнуть. Но я не могу. Врать я никогда не умела. И даже пробовать не буду. В конце концов, мы оба взрослые люди и имеем определенные свободы.

— Я была на собеседовании, — говорю я, поднимая подбородок. — А потом мы пошли в кафе.

Решаю рассказать ему короткую версию. Без подробностей. Без эмоций.

— Мы? — он заинтересованно изгибает бровь.

В его руке пикает телефон. Уведомление, что машина у подъезда. Но Роме все равно. Он больше не торопится. Он ждет ответа.

— Меня взяли в школу, учителем на замену, — продолжаю я, и голос становится тверже. — Поэтому мы с Мишей пошли в кафе неподалеку и отметили это событие вкусным десертом. Потом подъехала Регина и привезла меня домой.

Я стою и жду бури. Страшной, пугающей бури, после которой от меня ничего не останется. Крика. Упреков. Холодной ярости. Но ее нет. Лицо Ромы не меняется. Он просто смотрит на меня. Долго. Изучающе.

— Значит, ты все-таки пошла на собеседование? — голос ровный, слишком ровный.

— Да.

— Тебе плевать на мое мнение?

— Нет, — выдыхаю я обреченно. Значит, все-таки бури не избежать. — Просто кое-что в моей жизни должно идти независимо от твоего мнения. Ты у меня не спрашивал разрешения, чтобы переехать в другой город. Бросив все.