Развод: быть в тренде

Глава 24.

Славик согласился! Согласился принять в воскресенье. На клиентку произвело впечатление, что ее приглашенная «девочка» могла договориться со стилистом, работающим в доме моды Лисиных. В этот момент или в какой-то другой запись в дневнике Светки о том, что Славик Куйнов непременно будет на нее работать, нашла своё воплощение – значение не имеет. Имеет значение, что Славик взял эту клиентку.

Он усадил в кресло женщину, ходил вокруг, тёр переносицу:

— Готов поспорить на мои профессиональные ножницы, что ты любишь скандалить и плохо спишь, — обратился он к «жирной клиентке».

Славик со всеми на «ты». Ему можно. Он улыбнулся и подмигнул.

— Чтобы было настоящее чудо, здесь работать и работать косметологу. Но стрижку и макияж правильные сделаем. – Славик стал в пол-оборота по отношению к Лане. – Правильно сделала, что пришла сначала ко мне. Гардероб будешь под новый внешний облик подбирать. Я всегда чувствовал, что в тебе есть разум, в отличие от рыжих гномов.

Славик звонко щелкал ножницами, рассказывал какие-то побасенки из жизни модного дома. Он хвалил клиентку за то, что она пользуется хорошими средствами по уходу за волосами, и ругал за то, что не обращается к стилистам, а пользуется просто «стригалем». Да, так и сказал. «Стригалем».

Славик клиентку слегка приобнимал, касался лица, поднимал подбородок. Лана им залюбовалась. Да это же не стилист, это змей-обольститель! Она не замечала за ним такого, когда он работал «со своими». Ай да Славик! Когда Славик снял жестом фокусника пеньюар и позволил посмотреть на новую стрижку и выполненную новую форму бровей, все лицо клиентки было изменено кардинально. Нос-клюв превратился в нос с изюминкой. Глаза стали больше, а взгляд мягче. Иначе выглядела форма головы, и даже казалось, что голова посажена на тело как-то иначе.

То, что сделал Славик с «жирной клиенткой», ввело ее саму в состояние программного зависания. Лана сразу поняла, что ей теперь разрешат делать с гардеробом всё.

Непомерный, по представлениям Ланы, счет за работу Славика был оплачен, и счастливая женщина еще взяла контакты именно того косметолога, которого «назначил» Славик Куйнов.

Перед уходом Славик шепнул Лане на ухо:

— Тебе самой нужно перестать выглядеть как «девушка с распущенной косой», — и еще на полтона тише: — Состригаем эту длину. На деловую женщину ты не похожа никак. Приходи.

Лана отработала с клиенткой не три дня, а неделю. Она не только получила двойной гонорар, она получила согласие на то, что неактуальные брендовые вещи Лана изменит по своему усмотрению. Это была победа. Одновременно пришел страх, сомнения, неуверенность, колебания. Если ее идея провалится еще раз – конец клиентуре. Никто не станет работать с девочкой, у которой привычки старьевщицы.

Тем не менее разрешение резать все отбракованные от употребления вещи было дано. Лана устроила в их небольшой квартирке настоящий склад. Она порой опаздывала на занятия, потому что допоздна выбирала, что станет первым ее экспериментом.

Она все время спрашивала у мужа, показывая свои бесчисленные эскизы, хорошо ли, нравится ли ему.

— Нравится, — отвечал Игорь. — Очень красиво.

— Ой, нет! Что-то здесь не так. Нет! Мне не нравится!

Работа с эскизами продлилась больше недели. Отличавшаяся ровным характером Светлана была всё время на нерве. Поначалу Игоря это настораживало.

— Свет, ну ты чего? Да зачем тебе вообще это всё? Не делай это, раз ты из-за этого так психуешь!

Светлана только еще больше нервничала от советов бросить и жить спокойно. Она почти лишалась сна. Но было и то, что Игоря радовало и настораживало. Она становилась в такие дни страстной, активной, порывистой, словно пыталась что-то взять у Игоря, что поможет ей создать идеальный образ.

Сегодня Лана уснула уже перед рассветом. Примерно в полночь осторожно, чтобы не разбудить, выбралась из постели под невнятное сонное бормотание Игоря. Надела теплые тапочки с натуральным мехом внутри: муж всегда помнил ее особенность и с удовольствием покупал теплую обувь даже для дома. У Ланы каждый раз словно оранжевый бутон лепестки внутри ее тела распускал, когда Игорь подавал согретые шерстяные гольфы, грел ее ноги руками, приносил домашние особые тапочки. Чего ему стоило найти это чудо. Ладно, что они с мехом, ладно, что розовые, занятно, что с помпонами, но это всё вместе с сорок вторым размером приравнивалось к рыцарскому подвигу.

Лана задохнулась от волны нежности, признательности. Этот момент был решающим для неё. Ворох эскизов был отодвинут. Она схватила восковые мелки. Уже через два часа во всех деталях было отрисовано пальто. Лана больше не шла от того материала и тех вещей, которые были в ее распоряжении. Условный рыжий цветок горел в ней где-то в районе сердца и заставлял рисовать, рисовать, рисовать…

Когда она вернулась в кровать, Игорь, не просыпаясь, обнял и проворчал, что она холодная и замерзшая. Она из протеста повела по его телу холодными руками. Но много ли нужно молодому и здоровому мужчине прикосновений, чтобы он захотел и сумел согреть не только руки желанной женщины? Она не уснула, она просто выпала после близости в небытие.

Проснулась уже в полдень. Расслабленная и довольная. Игоря дома не было – ушел на занятия. Светлана не могла ждать – нашла несколько вещей, которые могли быть разрезаны для ее придуманного более чем своеобразного пальто. Оставались мелочи – найти такое ателье, которое согласится взять в работу ее необычный заказ.