Развод. Цена искупления

Глава 3

Я бы неизбежно рухнула на дорогой ковер, если бы не пара неожиданно сильных рук, подхвативших меня под локоть и за талию.

Это была она. Та самая девица, которая ещё минуту назад препиралась со мной из-за часов и её сумки.

— Эй, ты чего? — грубовато, но без прежней злобы спросила она, усаживая меня в мягкое, удобное кресло. Её движения были на удивление заботливыми. — Присядь, а то ещё и скорую вызывать придётся.

Безвольно откинувшись на спинку кресла, я смотрела в одну точку, а слова мужа продолжали свербить в голове, как приговор: «Да лучше бы его вообще не было!»

— Что за цирк? — раздражённо бросил Юра, застыв с сигаретой в руке. — Теперь ещё и в обмороки падать будем?

Женщина выпрямилась и смерила его презрительным взглядом.

— Заткнулся бы ты, папаша. Слышать тошно. У тебя ребёнок дома больной, а ты член свой выгуливаешь. Ещё и жену в чём-то смеешь обвинять. Устал он бедненький. А она не устала?! Мразь ты, а не мужик.

Юра, опешив от такого напора, побагровел от злости.

— Заткнись, шлюха! — выплюнул он.

Женщина расхохоталась, громко, зло и вызывающе.

— Уж лучше быть шлюхой, чем таким дерьмом, как ты! — отрезала она. — Я за деньги сплю, и то честнее, чем ты!

Новый скандал набирал обороты. Юра, окончательно потеряв самообладание, ринулся к ней.

— Я тебе сейчас пасть твою поганую закрою!

Но женщина проявила неожиданную сноровку: в тот момент, когда он сделал к ней пару шагов, она с силой пнула ногой низкий журнальный столик, стоявший между ними.

Тяжёлая стеклянная столешница врезалась Юре прямо в голени. Он взвыл от боли, схватился за ноги и, потеряв равновесие, рухнул на кровать, извергая поток грязнейших ругательств.

Пока он корчился и стонал, женщина как ни в чём не бывало присела на корточки передо мной. Вся ярость моментально сошла с её лица, оставив лишь странную, усталую мягкость.

— Как ты? — спросила она голосом, в котором не было и тени недавней агрессии.

Я сглотнула подступивший к горлу ком.

— Уже лучше. Спасибо.

Она бросила короткий презрительный взгляд на скулящего на кровати Юру и снова посмотрела на меня.

— Уходи от этого мудака, — твёрдо, но без нажима сказала она. — Ты достойна лучшего. Вон какая красотка, — скользнула по мне оценивающим, почти завистливым взглядом. — Фигурка — отпад, ничего лишнего. Оно и понятно, балерина.

— Бывшая, — тихо поправила я.

— Неважно, — отмахнулась она. — Главное, что форму не потеряла. Не то что я, — с усмешкой хлопнула себя по пышным бёдрам, на которых так и не успела до конца застегнуть наспех натянутую короткую юбку.

— Я бы рада уйти, — прошептала я, дрожащим от подступающих слёз голосом. — Но Серёжа, наш сын, он его так любит. Ему сейчас нельзя переживать.

Я больше не могла сдерживаться. Прикрыв рот ладонью, я разревелась — горько, навзрыд, оплакивая свою разрушенную семью, больного сына и собственное унижение прямо здесь, в этом роскошном номере, пропахшем чужими духами и предательством.

Женщина тяжело вздохнула, подняла свою сумку, которую я выронила, когда мне стало плохо, небрежно вытащила из потайного кармашка часы и вложила их мне в другую руку. Неприятный холод блестящего металла заставил меня быстро успокоиться. Я удивлённо смотрела то на часы, то на незнакомку.

— Держи, — сказала она мне, легко улыбнувшись. — Твой небось подарок ему? — кивнула на Юру. — Он того не стоит, слышишь? Ни этих часов, ни твоих слёз.

Я подняла на неё пустой взгляд. В её грубо накрашенных глазах в этот раз я увидела не злость, а какую-то усталую, вселенскую тоску.

Ещё меня удивила её догадливость. Как она поняла, что эти часы мой подарок мужу? Когда-то я купила их ему на день рождения, когда ещё танцевала на сцене чёрного лебедя. Да, тогда я могла себе позволить делать такие дорогие подарки любимому.

А Юра в то время не мог себе такого позволить. Ещё шесть лет назад он был неизвестным актёром, играл в маленьком театре, подрабатывал в массовках в сериалах.

Мы познакомились на одном благотворительном мероприятии, куда нас пригласили выступить организаторы. Я влюбилась в него практически сразу. Он был таким милым, внимательным, весёлым.

Несмотря на то, что он не мог делать мне дорогие подарки, его внимание, его желание меня развеселить, столи всех богатств всего мира.

Даже простой букет из полевых цветов, сорванным им на лугу, куды мы могли вырваться из шумного и тесного города, меня приводил в полный восторг.

Мы были так счастливы!

Вспоминая его прежнего, мне нестерпимо больно смотреть на него сейчас. Как может человек так измениться?

— Я приехала ради ребёнка, — прошептала я, обращаясь скорее к себе, чем к ней. — Я спасаю семью ради него.

— Нечего тут спасать, — отрезала она, подхватывая свою сумку. Она бросила последний взгляд на Юру, он к этому времени уже успокоился, удобнее устроился в кровати и снова взялся за сигареты. — Удачи тебе, — сказала незнакомка мне уже у самой двери и тихо вышла, прикрыв за собой дверь.

Я осталась наедине с человеком, который только что растоптал всё, что было между нами. Шок прошёл, но рана на сердце осталась, которая, похоже, долго не затянется.

Я медленно поднялась, держа его часы. Они были тяжёлыми, холодными. Символ нашей прошедшей любви.

— Ладно, не злись, — начал было Юра примирительным тоном, видимо, решив, что буря миновала. — Я погорячился, пойми, нервы.

— Нервы, — безэмоционально повторила я, глядя на часы в своей руке…

***

Книга участвует в литмобе: "Скандальный развод"

Для читателей 16+ и 18+

С другими участниками можете познакомиться здесь:

https://litnet.com/shrt/eOQr