Развод. Цена искупления

Глава 11

Ресторан «Феникс» встретил меня внутренней роскошью, приятной музыкой, запахом дорогих духов и тихим звоном хрусталя.

Подойдя к метрдотелю, я с трудом проговорила:

— Добрый вечер. Столик на имя господина Коршунова.

Метрдотель, едва взглянув на меня, тут же расплылся в подобострастной улыбке.

— Да, конечно. Господин Коршунов уже ожидает. Прошу за мной.

Моё сердце опять тревожно забилось. Он уже здесь!

Я шла за метрдотелем по мягкому ковру, чувствуя на себе взгляды других посетителей. Мне казалось, на лбу у меня написано, зачем и почему я здесь.

В дальнем, самом уютном углу зала, за столиком сидел мужчина. Лет пятидесяти, в дорогом костюме, который, впрочем, не скрывал его большого живота. Голова его была гладко выбрита и только по светло-рыжим бровям можно было понять, какой у него был цвет волос.

Он неторопливо пил вино и смотрел прямо на меня. В его взгляде не было похоти или сальности, но была холодная, оценивающая внимательность хищника, изучающего свою жертву.

Когда я подошла, он медленно поставил бокал и поднялся мне навстречу. Невысокий, но крепко сбитый, с аурой абсолютной власти и уверенности в себе.

— Марина, наконец-то мы встретились, — его голос был низким, бархатным, но от этого не менее властным. Он взял мою руку, чуть склонился и поцеловал. Я с трудом сдержалась, чтобы не отдёрнуть ладонь. Не потому, что не привыкла к такому обращению, мне часто целовали руки поклонники в прошлой жизни после выступлений. Просто прикосновение именно этого человека показалось мне неприятным. И меня на пару секунд охватило холодное, отвратительное дежавю. Словно я этот неприятный момент уже когда-то испытывала. Не знаю почему. Может всё из-за моего внутреннего состояния. — Ярослав Коршунов. Прошу, присаживайтесь, — проговорил мужчина, галантным жестом показывая на моё место за столиком.

Я пробормотала что-то вроде «здравствуйте» и опустилась на стул, который тут же услужливо пододвинул официант. Коршунов сел напротив и снова впился в меня своим изучающим взглядом.

— Вячеслав не обманул, — произнёс он после долгой, мучительной паузы. — Вы и впрямь не изменились. Всё так же красивы. Даже больше, чем семь лет назад.

Я нахмурилась, внимательно вглядываясь в него. И в какую-то долю секунды я поняла, что дежавю у меня возникло не просто так.

— Мы раньше встречались?

— Марина, — его взгляд стал ещё более пронзительным и холодным. — Да, мы встречались. Я был твоим давним поклонником, ещё когда ты танцевала в балете и не была замужем.

Я невольно отпрянула от его пристального взгляда. Воспоминания нахлынули неожиданно — роскошные букеты, которые он без устали дарил после выступлений, приглашения в рестораны, от которых я упорно отказывалась.

Я даже вспомнила, как он однажды подкупил охрану и проник в мою гримёрку, хотел подарить бриллиантовый браслет, надеясь, что после этого я стану к нему благосклонной.

Но я и тогда отказалась, отвергнув подарок. Более того, я попросила его выйти и никогда не приближаться.

Он очень мне не нравился, как внешне, так и внутренне. Поэтому я отторгала все его попытки сделать меня любовницей.

Да, он был богат, но и я не была бедной. Я могла сама купить себе бриллиантовый браслет.

Я чувствовала, как в горле возник ком. То время казалось таким далеким, но ярким и болезненным.

В тот вечер в гримёрке после моего очередного отказа Коршунов, со словами: “Что ты стоишь-то из себя?!”, начал ко мне приставать.

Я пнула его в пах и выбежала, позвав охрану. Охранники с виноватым видом пришли и вежливо попросили его уйти. Он тогда уже пришёл в себя от моего удара и со злостью сказал мне, что когда-нибудь я приду к нему сама, а он ещё подумает, нужна я ему или нет.

И вот теперь он сидит передо мной, и ядовито ухмыляется. Я поняла, почему я его не сразу вспомнила, годы явно не пошли ему на пользу: потолстел, облысел, но наглый взгляд остался тем же.

Моё сердце на секунду замерло. Внутри возникло отчуждение, и я поднялась, чтобы уйти.

— Так что, — сказал он вдруг мягче, — твоему мужу нужна работа или нет?

Я заставила себя сесть обратно, зажав края скатерти в пальцах.

— Работа нужна, — ответила я, — но смотря какой ценой.

Коршунов улыбнулся, словно знание чего-то сокровенного делало ему наслаждение.

— Успокойся, Мариночка, — произнёс он с удовольствием, — я давно охладел к тебе. С тех пор, как ты так грубо меня отшила, я легко нашёл себе другую. У меня молодая, красивая жена — супермодель, между прочим. Мы уже три года счастливо женаты, и я о тебе даже думать забыл, пока ко мне Вячеслав не обратился. — Он сделал короткую паузу, аккуратно вытер рот салфеткой и продолжил с иронией: — М-да, некоторые женщины совсем не умеют выбирать мужчин. А ведь ты могла бы сегодня блистать на экранах, мелькать на обложках самых престижных журналов... Но что теперь?

Моя злость вспыхнула внезапно.

— Моя жизнь вас не касается. Я рада, что у вас всё сложилось, — сказала я твёрдо. — И очень прошу вас — забудьте про меня снова.

Коршунов снова ядовито улыбнулся:

— Я бы рад забыть, но ведь ты снова напомнишь! — тут же сделавшись серьёзным, он продолжил трапезу, и, жуя, добавил: — В общем так, скажешь своему пьянчуге, чтобы завтра в десять утра был на съёмочной площадке. Опоздает, потеряет роль. Незаменимых у нас нет, думаю, ты это тоже хорошо понимаешь.

Хотела бы я ему сказать “спасибо”, но язык не поворачивался это сделать. Этот человек напомнил мне неприятный момент из моей прошлой жизни, который я благополучно забыла. А теперь, я вынужденно пришла к нему же просить роль для мужа-предателя. Как же несправедливо может повернуться жизнь!

Я где-то минут пять смотрела на неприятного, жующего мужчину, но так и не смогла выдавить из себя слов благодарности. Потому что это не было с его стороны добрым жестом, это было унижением.

Так и ничего не сказав, я снова собралась уйти, взяв свою сумочку. Но в сумке вдруг звякнул телефон, известив о сообщении.