Развод — дело тонкое

Глава 3

— Непростой период. — Мирон цокнул языком. — Решение окончательное?

Я вновь посмотрела на незваного собеседника и процедила:

— Окончательнее не бывает.

И вдруг ко мне пришла гениальная идея. Или безумная. Одно из двух.

— Я могу продать тебе свои двадцать пять процентов акций компании. — Посмотрела прямо в глаза Мирону, наблюдая за реакцией. Голубые, словно озера. Говорят, обладатели таких глаз беспринципны и расчетливы.

Его правая бровь вопросительно приподнялась. Я снова смогла его удивить.

— Все настолько плохо?

— Хочешь побыть психологом? — вопросом на вопрос ответила я. В горле появился ком. Очень некстати захотелось рыдать. Стало так жалко себя… Но я постаралась скрыть слабость за стервозностью. Не показывать же чужому человеку свои чувства.

— Могу быть и психологом, — слегка сузив глаза, сказал он. — Заманчивое предложение. — Мирон наклонился ближе. — Желаешь мести? — он тоже перестал мне «выкать».

— Какая тебе разница? Ты заинтересован в предложении или нет?

— Заинтересован. Озвучь цену. — Он усмехнулся. Странное дело, в его взгляде я не прочитала холодности и расчетливости, которую ожидала увидеть. Он смотрел мягко и даже… С каким-то сочувствием. Только этого мне сейчас не хватало!

Я не спеша взяла в руки сумочку, открыла ее и достала ручку. Потом все так же медленно написала цифры на салфетке и протянула ее Мирону.

А что? Месть штука такая. Мне акции ни к чему. А вот деньги нужны. Но была небольшая проблема, впрочем, ее я надеялась решить с помощью Миланы или ее мужа Саши, ведь они оба юристы. Думаю, условия вступления в наследство всегда можно оспорить.

Когда отец отказал мне в очередной раз в работе в компании, я решила открыть что-то свое. И мой выбор пал на цветочные магазины. Ни родители, ни Костя это стремление не оценили. Шутили над моим занятием, не воспринимая его всерьез. Поддержки от них я и не ждала, одна развивала свое детище. Сначала место на рынке, потом ларек, а затем и магазин.

Сейчас я владела двумя небольшими цветочными магазинами и хотела открыть еще один. Денег от продажи акций мне хватило бы с лихвой.

Мирон покрутил в руках салфетку и посмотрел на меня.

— Нехило.

— Дешевле, чем тебе обошлась покупка предыдущих акций. Тем более с моими ты получишь контрольный пакет.

— Ты права. — Он слегка прищурился.

Дурацкая идея. Видимо, Мирон много потратил на покупку предыдущих акций, а я зря вообще заговорила об этом. А точнее сказать — зря вообще стала разговаривать с ним. Но мне очень хотелось отомстить. Наверное, потому, что мне было жаль себя за потраченные годы и предательство Кости, а еще за то, что он не оценил меня по достоинству.

— Хорошее предложение, — добавил Мирон, немного погодя. — Есть над чем подумать.

— Прости, прости! — услышала голос Миланы.

Не заметив Мирона, она кинулась меня обнимать и целовать в щеку. А мой собеседник поспешил проститься.

— И что за красавчик скрашивал твой досуг, пока я ехала к тебе?

— Мирон Сташевский, — на автомате ответила я, все еще прокручивая в голове его последнюю фразу.

— Красивое имя, как и он сам, — улыбнулась подруга, но затем сразу перешла к делу: — Ты документы принесла?

Я кивнула и достала из сумки папку, которую мне вручил накануне муж. Так тяжело было ее передавать. Эта папка — символ предательства. Подтверждение окончания отношений. Но Милана была адвокатом, поэтому мне пригодились бы ее знания юридических тонкостей.

— Сначала я прочту, только потом подпишешь. — Подруга взяла бокал и сделала глоток. — Не раскисай. Знаю, что это тяжело, но нужно искать плюсы.

Иногда оптимизм Миланы переходил все границы.

— Плюсы? — Я мрачно усмехнулась и тоже пригубила напиток. — Не смеши.

— Ты свободная женщина, — продолжила она. — И сможешь организовать свою жизнь, не совершая старые ошибки.

Скептически посмотрела на подругу. Прозвучало не очень обнадеживающе.

Целый вечер Милана пыталась отвлечь меня, поднять настроение. А мои мысли метались от предательства Кости к разговору с Мироном. Хорошая идея продать ему акции. Но, с другой стороны, зачем? Я импульсивно предложила ему это, да и не смогу я это провернуть из-за условий, которые поставил отец в завещании. Идея бредовая и несерьезная. Мне даже перехотелось мстить. Все, чего я желала, — остаться в одиночестве.

Подруга словно прочитала мои мысли и после телефонного разговора засобиралась к мужу. И мне ничего не оставалось, как с тяжелым сердцем тоже отправиться домой.