Развод для травницы. Хозяйка лечебницы

Глава 1: Предательство мужа.

- Прости, Мия, но ты должна умереть, чтобы я смог жить так, как хочу.

Тихий шепот вырвал меня из липкой тьмы беспамятства.

Голос принадлежал моему мужу Тайлеру. В этом не было сомнений: эти низкие бархатистые ноты я узнала бы где угодно. Но слова... слова не имели смысла. Мой затуманенный разум отказывался их распознавать. Возможно, мне снился очередной кошмар, навеянный тревожными мыслями после ужина.

Я попыталась открыть глаза, но веки налились свинцовой тяжестью. Все тело казалось чужим и непослушным. Голова кружилась так сильно, что даже в полной темноте перед лицом плыли разноцветные пятна. Во рту пересохло, язык прилип к небу, и я с трудом сглотнула вязкую, горьковатую слюну.

Мне было чертовски холодно. Я лежала на чем-то жестком и неровном, сырая земля прижималась к спине через тонкую ткань ночного платья нежно-розового цвета. Влажность пробирала до костей, заставляя мелко дрожать. Где мое одеяло? Где теплая перина? Где наш дом?

Сквозь пелену в сознание пробился шум завывания ветра и мерный стук дождя по листве. Я ощутила холодные капли на лице, шее и открытых руках. Боги! Меня похитили из дома и вытащили на улицу посреди ночи!

Страх парализовал от макушки до пят, но я заставила себя дышать ровно. Паника - плохой советчик. Сначала следовало разобраться, что происходит.

Я сосредоточилась на ощущениях. Во рту стоял приторно-сладковатый привкус любимого мятного чая, который мы пили с мужем накануне, но что-то было в нем не так. Какая-то посторонняя, терпкая горчинка с легким металлическим послевкусием не давала покоя. Я перебирала в памяти известные мне травы и снадобья, пока узнавание не ударило по сознанию, будто молния. В чай добавили Морфееву Петлю - сильнодействующее снотворное, которое в малых дозах погружало в глубокий сон, а в больших останавливало сердце. Зачем кому-то понадобилось меня убивать?

Мое сердце все еще слабо билось. Значит, расчет был неточным. Или меня спасла привычка организма к травам, ибо годы работы с целебными растениями выработали определенную устойчивость.

Я с трудом приоткрыла глаза. Мир расплывался мутными пятнами, но постепенно картина начала складываться в нечто осмысленное. На фоне темного неба виднелся неровный круг лунного света, то и дело скрывающийся за рваными тучами. Дождь хлестал по лицу, смешиваясь с грязью, что липла к щекам.

Двинула руками и тут же ощутила тугое сопротивление, веревка впилась в запястья, стянутые за спиной. Лодыжки тоже были крепко связаны.Так вязали скот, чтобы не брыкался перед забоем.

В нос ударил запах влажной земли, прелых листьев, червивого перегноя. Я лежала на дне ямы слишком правильной формы, слишком глубокой, с отвесными стенами. Могила?!

- Не думал, что ты очнешься, - с нескрываемой досадой раздался сверху голос Тайлера. Ему не нравилось, что план дал трещину.

Я подняла взгляд. На краю ямы рядом с маслянистой лампой стоял мой муж, моя любовь, моя опора на протяжении трех лет брака. Тайлер выглядел иначе. Нет, черты остались теми же: высокий лоб, острые скулы, мощная челюсть. Длинные черные волосы, которые я так любила пропускать сквозь пальцы, мокрыми прядями прилипли к щекам и шее. Но выражение... выражение стало чужим. Привычные мягкие черты исчезли, уступив место жестокости, грубости, холодной отстраненности. Тайлер смотрел сверху вниз, и в его взгляде не было ни капли той нежности, которой он одаривал меня каждое утро. Остались лишь презрение, ненависть и отвращение.

Мой мир рушился. Не постепенно, не по кирпичику, а одномоментно, с грохотом, от которого закладывало уши и перехватывало дыхание. Человек, который клялся мне в вечной любви, который шептал ласковые слова по ночам, который не отходил от моей постели, когда я заболела прошлой зимой, собирался меня убить.

Шок был настолько сильным, что на секунду я перестала чувствовать холод и боль от веревок. В голове звенела пустота, а сердце пропустило несколько ударов. Предательство такой тяжести невозможно было осмыслить сразу, ум отказывался верить очевидному, подсовывая альтернативные объяснения. Может, его заставили? Может, он действовал под угрозой?

Вот только стальные нотки в голосе говорили об обратном. Тайлер делал это по своей воле с холодным расчетом.

Собрав остатки сил, я нащупала под пальцами в земле небольшой камень с гранями и принялась осторожно, чтобы не вызвать подозрений, тереть веревку на запястьях.

- Ты выбрал неправильные пропорции для яда, - мои зубы стучали от холода, а дрожь пробирала до костей. - Вот и очнулась. Почему решил избавиться от меня, да еще таким топорным способом? На тебя это не похоже. Ты и мухи не обидел за всю свою жизнь.

Тайлер поморщился, будто я сказала что-то неприятное.

- Взял из твоих заметок самую сильную отраву, - нехотя признался он, словно это оправдывало его ошибку.

Тайлер рылся в моих личных записях, где я годами собирала рецепты и знания, выбрал наугад самое опасное и даже не удосужился проверить дозировку?! Небрежность человека, который считал мою смерть всего лишь досадной помехой, приводила в ступор.