Развод. Доставлено курьером

Глава 3

Утро началось, как всегда, с пронзительного звука будильника в шесть часов. Я открыла глаза — они были опухшими, воспаленными от вчерашних слез и бессонной ночи на диване. Тело ломило, шея затекла от неудобной позы. Несколько секунд я просто лежала, глядя в потолок, где рассветный свет рисовал бледные полосы.

Вчерашний вечер. Слова Андрея. Запах чужих духов в час ночи.

Обида накатила снова, острая, режущая. Но я глубоко вдохнула и заставила себя встать. Не сегодня.

Я быстро умылась ледяной водой, пытаясь смыть следы слез, привести лицо в порядок. Густо нанесла тональный крем, маскируя темные круги под глазами. Немного румян на щеки, чтобы не выглядеть как призрак. Накрасила губы нейтральной помадой. Посмотрела на себя в зеркало. Лучше. Не идеально, но терпимо.

Расчесала волосы, собрала их в аккуратный хвост. Надела чистую домашнюю футболку и джинсы. Расправила плечи. Улыбнулась своему отражению — неуверенно, натянуто, но все же улыбнулась и отправилась на кухню.

Там я включила кофеварку, достала из холодильника яйца, сыр, помидоры. Руки двигались на автомате, сколько таких утренних завтраков я приготовила за десять лет? Тысячи. Каждый день одно и то же. Но сегодня, накрывая на стол, я чувствовала странную отстраненность, словно смотрела на себя со стороны.

Вот я жарю яичницу. Вот нарезаю хлеб. Вот наливаю кофе в его любимую кружку, с логотипом его компании. Все правильно. Все как всегда. Идеальная жена.

Андрей вышел на кухню в половине седьмого, уже одетый. Выглядел свежим, бодрым, словно и не приползал домой в час ночи, пропахший чужим парфюмом.

— Доброе утро, — сказала я, и мой голос прозвучал удивительно ровно.

Он бросил на меня быстрый, настороженный взгляд. Наверное, ожидал сцены, упреков, холодной войны. Я видела, как он напрягся, готовясь к конфликту. Но я улыбнулась. Широко, светло, искренне. Как улыбалась когда-то, много лет назад.

— Садись, завтрак готов. Твой любимый — яичница с беконом.

Растерянность мелькнула на его лице, но он быстро взял себя в руки.

— Спасибо, — пробормотал он, усаживаясь за стол.

Я разбудила Лизу, помогла ей одеться, заплела косичку. Дочка еще зевала, сонная, но послушно ела кашу, которую я поставила перед ней.

За столом мы сидели втроем — образцовая семья. Муж читал что-то в телефоне, не поднимая глаз. Дочка болтала о предстоящем дне в школе. Я молча пила кофе, держа на лице легкую улыбку.

— Как корпоратив? — спросила я невинным тоном, подливая Андрею еще кофе.

Он на мгновение замер, но ответил небрежно:

— Нормально. Обычное дело. Скучновато даже. — Ложь лилась из него так легко, так естественно.

— Жаль, что скучно, — я склонила голову набок, продолжая улыбаться. — Зато теперь отдохнешь от таких мероприятий.

Он хмыкнул и снова уткнулся в телефон. Я же встала и начала собирать посуду. Андрей допил кофе, встал из-за стола.

— Ну, я поехал. До вечера.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня на прощание формально, как всегда. Я подставила щеку, все так же улыбаясь.

— Хорошего дня, дорогой.

Дверь за ним закрылась. И только когда звук его шагов растворился в лестничной клетке, моя улыбка сползла с лица, как маска.

Внутри не было ничего. Ни боли, ни злости. Просто ледяная пустота и четкое понимание: я знаю, что делать.

— Лиза, солнышко, собирайся быстрее. Нам нужно выезжать.

Мы собрались за десять минут. Я помогла Лизе натянуть куртку, завязала шарф, проверила портфель. По дороге к машине я крепко держала ее за руку.

— Лиза, — сказала я, усаживая дочку на заднее сиденье и пристегивая ремень безопасности. — Сегодня тебя заберет дедушка.

— Дедушка? — Лиза удивленно подняла глаза. — А почему не ты?

— Потому что завтра у тебя начинаются каникулы, — я улыбнулась, на этот раз по-настоящему, глядя в ее ясные карие глаза. — А ты давно хотела погостить у бабушки и дедушки, помнишь? Ты просила поехать к ним еще месяц назад.

Лицо Лизы засветилось от радости.

— Правда? Я поеду к ним? На всю неделю?

— На всю неделю, — подтвердила я, чувствуя, как внутри теплеет от ее восторга. — Бабушка обещала испечь твои любимые ватрушки.

— Ура! — Лиза захлопала в ладоши.

Я завела машину и выехала на дорогу. Утренние пробки были в самом разгаре, но мне было все равно. Я вела машину спокойно, слушая болтовню Лизы о том, чем она будет заниматься у бабушки с дедушкой.

У школы я припарковалась, помогла дочке выйти, поправила ее шарф, который съехал набок.

— Хорошо учись, солнышко, — я присела на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, обняла, крепко прижала к себе.

— Люблю тебя, мама, — прошептала Лиза, целуя меня в щеку.

— И я тебя люблю, моя хорошая. Больше всего на свете.

Я стояла у машины и смотрела, как Лиза бежит к школьному крыльцу, ее розовый рюкзак смешно подпрыгивает на спине. Она обернулась у дверей, помахала мне рукой. Я помахала в ответ. Потом она скрылась внутри здания.

Только тогда я достала телефон и набрала мамин номер.

— Мам, привет, это я, — голос прозвучал спокойно, деловито. — Лизины вещи я собрала. Попроси папу заехать ко мне в офис за ними, хорошо? Я выйду, передам.

— Конечно, Оленька, — мамин голос был осторожным, встревоженным. Она всегда чувствовала, когда со мной что-то не так. — Доченька, у тебя все в порядке? Ты какая-то... странная.

— Все хорошо, мам, — соврала я легко. — Просто устала. Неделька отдыха от быта мне не помешает. Ты же понимаешь.

— Понимаю, — мама помолчала. — Оля, если нужно поговорить...

— Спасибо, мам. Я знаю. Потом обязательно поговорим. И спасибо тебе огромное за помощь. Я не знаю, чтобы без вас делала.

— Мы всегда рядом, помни об этом.

Рабочий день тянулся бесконечно. Я сидела за своим столом, смотрела в монитор, водила мышкой по экрану, открывала таблицы Excel, сверяла цифры. Но ничего не видела. Мысли были далеко.