Развод. Довыбирался Нарцисс.

Глава 8.

Игорь смотрел на меня с такой жестокостью, что мне стало еще страшнее. Неужели это мой муж. Неужели с этим человеком я прожила восемь лет. Смотрю на него, а в голове шум. Из его рта вылетают брызги, лицо искажено от злости, брови сильно сведены на переносице. В моменты гнева у него уродливо выдвигается нижняя челюсть вперед: противно смотреть. Какая я же я дура, что выбрала для своих детей такого отца. Как слепа любовь.
– Аллё гараж, – машет рукой перед моим лицом Игорь. – Ты меня вообще слушаешь, или снова пелена невменяемости сейчас накроет.
– Я тебя поняла,– тихо произнесла я. – Ты отец, тебе виднее, а мне нужно отдохнуть, – решила во всем с ним соглашаться. – У Артемки поднялась температура, нужно вызвать врача на дом, что бы дали справку для садика, и он всю неделю должен быть дома, а то и дольше. А мне действительно нужно отдохнуть, как советовал доктор.
Игорь поменялся в лице. Он думал, что я снова брошусь на него и буду выяснять отношения. Но я поняла, что имею дело с психопатом или с кем-то похожим. Я выбрала тактику тишины и согласия. На время. Что бы сочинить теперь план «Б».
– То-то же, – сказал сквозь зубы Игорь . Он еще несколько секунд посмотрел на меня , а потом направился к выходу. Но вдруг остановился в проходе. Он повернулся и кинул напоследок.
– Вот зачем ты это все устроила. Вечно лезешь туда,куда тебя не просят. Все мужики изменяют. Жены это видят и молчат. Как-то люди проще к этому относятся. И семьи целые и дети счастливы. Короче даю тебе время подумать, если тебе нужны дети.
Так хотелось в этот момент плюнуть в его наглое, совершенно лишенное совести лицо. Но я снова сдержалась. Не сейчас. Ты еще получишь свое подонок, бушевали мысли в моей голове.
Игорь ушел.
Я подскочила и закрыла дверь на все замки. Я чувствовала, как пульсирует кровь в моей голове. Мысли путались с чувством страха и несправедливости. И глубокая ненависть опутала моё сердце.
Хорошо, что у меня были деньги на первое время. Срочно нужна была работа и постоянный доход. Я должна буду доказывать в суде, что смогу содержать детей.
Открыв интернет, я жадно стала просматривать вакансии.
Места повара или кондитера были только в муниципальных организациях, а там платят, так, что и мне бы одной не хватило, не то чтобы детей прокормить.
Благо у меня была заведена страничка в социальной сети, где я публиковала свои работы и положительные отзывы клиентов. В свободное от интернета время я договаривалась о встречах с работодателями кафе и ресторанов, вернее с их ответственными по этим вопросам людьми.
В первых четырёх заведениях мне отказали .
Причины были разные: то опыта у меня мало, нужно подучиться, то мои работы – не их формат, я конечно, пыталась себя отстоять и сказала , что могу подстроиться и под нужный стиль оформления кондитерских изделий. Но все-таки ему нужно было мне отказать. В третьем: ресторатор на меня смотрел такими масляными глазами, что я поняла, в мои обязанности будет входить не только выпечка тортов , но и что-то погорячее. Он готов был меня взять, но я отказалась сама. Уж больно как- то не по себе было.
От отчаяния выходя из ресторана, слезы градом полелись из моих глаз. Может Игорь был прав. Я много о себе возомнила.
Разве я смогу сама воспитать и содержать детей. У меня нет опыта самостоя-тельной жизни. В юности я жила в доме у родителей, потом свадьба и я переехала к Игорю. Где занималась только домашними делами и воспитанием детей. Готовя время от времени тортики. Ну это так, для удовольствия. Меня обеспечивал Игорь и его семья. Я была в безопасности. Как мне казалось.
Слезы покатились с моих глаз.
Прохожие оглядывались на меня. Я наспех вытерла лицо и пошла в сторону парка. Скрыться от любопытных глаз.
Телефонный звонок меня напугал. Это звонил администратор крайнего кафе, встреча с которым у меня была на сегодня запланирована.
Я опоздала на встречу. А второго шанса, как оказалось, они не дают.
Не знаю, сколько времени я просидела на обшарпанной лавочке в парке, и смотрела в одну точку. Совсем не было сил.
Утром я звонила Игорю. Он сказал, что они вызвали врача. Теперь и у Андрюши поднялась температура. Открыли больничный лист на неделю. В голосе Игоря чувствовалась какая-то теплота. Хотя это продлилось всего пару минут.
– Ну что, наелась взрослой, независимой жизни, – ехидно спросил он. – Может на неделю к детям приедешь, чтобы мама не брала больничный.
– Почему мама должна брать больничный? Ты же отец, – удивилась я, подняв брови.
Игорь снова поменялся в голосе . Такие частые смены настроения я и раньше замечала, но они были не такие резкие, как сейчас.
– А кто вас кормить будет. Хватит херней страдать. Приезжай и следи за детьми. Потом можешь валить, если перетрудишься.
На минутку, я подумала, что Игорь успокоился и пожалел, когда забрал у меня детей. Но нет, это просто трудно скрываемая безответственность. Всё просто, с детьми никто возиться не хотел, ежедневно. И жертвовать своим личным временем.
Сделать мне больно, пожалуйста, а вот взять ответственность за воспитание и заботу о детях, нет. Это кто еще из нас и инфантильный.
Конечно же я согласилась. Более того я и предполагала, что так будет. Только не думала, что это случится уже на следующий день. Но для меня сейчас главное, что я смогу снова обнять своих малышей.
Дети очень обрадовались, увидев меня. Я их целовала и обнимала. Не видела сутки, а кажется что прошла вечность. Очень хочется проучить эту семейку, но не ценой здоровья моих детей.
Андрюша и Артем крепко сжимали меня в своих объятиях. В тот момент я была самая счастливая, не замечая, как за моей спиной стоит моя свекровь и смотрит на меня с презрением.