Развод. Другого выхода нет

Глава 18

Стою у ворот особняка, сжимая телефон в руке так крепко, что пластик начинает трещать под пальцами. Экран показывает, что такси прибудет через восемь минут. Восемь бесконечных минут ожидания в холодном весеннем вечере, когда за спиной остается дом, полный лжи и предательства, а впереди только пустота и неизвестность.

Поднимаю взгляд на освещенные окна второго этажа, где когда-то чувствовала себя желанной гостьей. Семейные обеды за длинным столом из красного дерева, смех детей во время праздников, теплые объятия свекрови на пороге. Все фальшь. Тщательно выстроенная декорация, за которой скрывалась правда о браке-сделке, о расчете вместо любви, о планах избавиться от ненужной функции, выполнившей задачу.

Рука инстинктивно ложится на живот, где под слоями одежды скрывается едва заметная выпуклость. Малыш растет, не подозревая, в какой кошмар попала его мать. Доверчиво развивается, клетка за клеткой, не зная, что родители разыгрывают партию, где дети всего лишь пешки в большой игре амбиций и эгоизма.

Слезы жгут глаза, но сдерживаю их усилием воли. Хватит плакать. Хватит быть слабой, податливой, покорной. Именно покорность привела к нынешней ситуации. Пять лет играла роль идеальной жены, не задавая лишних вопросов, не требуя объяснений поздним возвращениям домой, не замечая холодности в прикосновениях.

Папа...

Воспоминание пронзает острой болью под ребрами, отдается спазмом в груди, заставляет на мгновение забыть о дыхании. Отец скончался всего через полгода после свадьбы. Инфаркт на деловой встрече, внезапный, быстрый, не оставивший времени даже попрощаться. Помню последний разговор по телефону, когда он интересовался, счастлива ли с Максимом, хорошо ли муж относится.

Солгала тогда, сказала, что все прекрасно, что супруг любит и заботится, хотя мы очень сильно поругались, уже и не вспомнить из-за чего. А отец поверил, ведь почему бы не поверить любимой дочери? Умер в убеждении, что устроил судьбу единственного ребенка, выдав замуж за перспективного молодого человека из хорошей семьи. Умер спокойным, не подозревая, что свадьба была сделкой, где дочь оказалась разменной картой в игре амбиций.

Как бы все изменилось, будь папа жив сейчас! Отец никогда не позволил бы Максиму относиться подобным образом. Никогда не допустил бы, чтобы дочь терпела унижения и предательство. У него были связи, влияние, деньги. Мог противостоять семье мужа, мог защитить права на внуков, мог обеспечить достойную жизнь.

Но папы нет. Осталась только память о сильных руках, подбрасывающих в детстве под потолок, о строгом, но справедливом взгляде, когда учил жизненным урокам, о гордой улыбке, когда вел к алтарю в день свадьбы. Память, которая греет душу холодными вечерами, но не может защитить в реальном мире.

Единственное, что могу сделать теперь, это почтить отцовскую память. Не стать жертвой обстоятельств. Не позволить растоптать себя людям, считающим, что деньги и положение дают право распоряжаться чужими судьбами. Отец вырастил сильной, независимой, научил отстаивать собственное достоинство. Пора вспомнить эти уроки.

Холодный ветер пробирается под воротник пальто, и дрожь пробегает по спине. Достаю зеркальце из сумочки, оцениваю отражение при тусклом свете уличного освещения. Ужасное зрелище. Размазанная тушь оставила темные круги под глазами, помада стерлась, кожа бледная как у привидения, губы дрожат мелкой дрожью.

Вытираю следы туши влажной салфеткой, пытаюсь привести лицо в относительный порядок. Руки механически продолжают работу, давая мозгу передышку от тяжелых мыслей. Нужно держаться. Нужно собраться. Нужно действовать.

Экран телефона загорается уведомлением. Такси прибыло и ожидает у ворот. Быстро иду к машине, стараясь не оглядываться на проклятый особняк. Водитель, тот же добродушный мужчина средних лет, открывает дверь.

Называю адрес и забираюсь на заднее сиденье.

Машина трогается с места, и особняк постепенно исчезает в темноте за окном. Откидываюсь на спинку сиденья, закрываю глаза, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. План созревает в голове с каждой секундой. Простой, отчаянный, возможно безумный, но единственный доступный.

Приеду домой. Соберу самое необходимое: документы, деньги, одежду для себя и Саши. И исчезнем. Куда, решу по дороге. Главное, уехать как можно дальше, пока Максим не узнал о планах.

Денис выполнит угрозу, это очевидно. Расскажет брату о мнимой измене, представит все так, будто сама бросилась на шею деверю. Максим поверит родному брату безоговорочно, особенно учитывая странное поведение жены за последние сутки. Подаст на развод немедленно, не дожидаясь рождения второго ребенка.

Но если к тому моменту уже исчезну с Сашей, получу фору. Время, чтобы придумать защиту, найти адвоката, собрать доказательства... чего именно? Измен Максима? Его планов бросить семью? Шантажа со стороны Дениса?