Развод дурнушки или сделка с генералом драконов

Глава 8

– Да, милая. Убийство – грязь и привлекает слишком много внимания. Не переживай, это зелье не причинит тебе непосредственного вреда. Только косвенный.

Меня отпускают. Откашливаюсь: я едва не задохнулась и не захлебнулась одновременно.

Игрис ходит взад-перед откровенно красуясь. Вид самодовольный, словно его императором персиковой рощи назначили.

Тон как у судьи во время процесса:

– И мы имеем факт ТВОЕЙ измены. Кроме того, в твоей крови зелье, вытравливающее плод, а за такое полагается очень серьезное наказание. Изменила, зачала от другого или же не хотела дать ребенка законному мужу. Считай, что прилюдная порка и длительное заключение в каменном мешке тебе обеспечены. Убить было бы не настолько эффективно, мышка.

От его слов у меня по коже бежит мороз. Застывают перетянутые веревкой руки, низ живота пересекает холодом, как от удара.

– А дальше рабские работы на полях под палящим солнцем в цепях, как и положено каторжнице. Хотел бы сказать, что тебя отправят в бордель, но, боюсь, в здравом уме никто на эти кости не бросится. Так что поля ждут тебя, моя дорогая.

– Это не правда! Как ты можешь таким быть? Что я тебе сделала?

– Ничего не сделала, – вздыхает Игрис. – Ты просто лишняя в моей жизни. Так что подпиши документы на развод по-хорошему. Публичный скандал помешает мне жениться на дочери лорда Катену.

Сжимаю зубы, которые стучат от страха. Пытаюсь не показать боли в заломленных руках. Мысленно возвращаюсь к нашей брачной ночи. Нет, дорогой, есть вещи, в которых меня обвинять очень глупо. И эти вещи могут ударить по тебе.

Не допускаю даже загадочной улыбки на лицо. Меня уже научили не раскрывать ценных карт в начале партии. В рукаве есть последний козырь. Шансы на суде будут. Поэтому добровольно от семейного поместья я не откажусь!

Как вытянется лицо Игриса, когда все их обвинения разнесет в пух и прах простенькое обследование!

А когда мои слова подтвердятся, то дознаватели расследуют другие обстоятельства моего дела. И вот тогда мы еще посмотрим, кто победит!

– Я не солгу и не предам имя своего рода, – глухо отвечаю ему.

– Ну и дурочка, – вступает Зельна. – Жаль, что перед новой свадьбой придется подождать год-два, пока утихнут слухи.

Я клялась тебе, папа. Клялась, что никогда не сниму твой подарок. Но вышло иначе.

У меня странное чувство. Руки перестали ныть, а волосы развевает ветер, которому неоткуда взяться – мы же в помещении!

Во мне что-то неуловимо меняется, а потом становится хорошо.

Как мне может быть хорошо сейчас? Я в невыносимом и ужасном положении. Меня ограбили, оскорбили и несправедливо обвиняют. Лгут в глаза.

Но что-то происходит с каждым ударом сердца. Что-то, чего я не понимаю.

Вдруг действие зелья? Однако душой чувствую, что нет. Меня словно обнял кто-то сильный и посулил защиту от любой подлости. Или сама внутри стала сильнее.

Мир меняется на глазах. Замечаю, что потоки силы на моем теле, стали ярче и четче. А ведь раньше едва ли могла их видеть. Моя аристократическая кровь предполагала такую возможность. Только я оказалась слишком слабой. Зато сейчас во все глаза смотрю на переливающиеся трассы магии, заметные даже через ткань платья.

Дышать становится легче. Воздух наполняет легкие. Боль в связанных руках не ощущается вовсе, а ведь только что иглами кололо до слез. Мне казалось, что буду кататься и скулить, умоляя развязать и прекратить пытку.

Это так странно, что крепко задумываюсь о происходящем.

К сожалению, Зельна находит способ переключить мои мысли на другое:

– Молодец, что выпила зелье, – говорит, словно с собакой, а потом гладит меня по голове.

Резко дергаюсь, и Игрис перехватывает руку матери, оттаскивая ее в сторону. Видимо, укушенное бедро хорошенько ноет и отбивает охоту трясти пальцами в зоне поражения моих зубов.

Презираю его за трусость. Понимаю, что они не шутили. Хорошо, что Игрис игнорировал супружеские обязанности, потому что иначе, я сошла бы с ума от мысли про возможный вред ребенку. Много раз думала, как хорошо было бы иметь малыша. Он стал бы для меня лучом надежды и счастья. Мне всегда хотелось детей. Я легко нахожу с ними общий язык. А еще их запах. Что-то сладкое и невыносимо нежное. Обожаю.

Перенянчила всех малышей в поместье. И думала, что брак даст мне своего собственного. А они…

С ужасом осознаю, что зелье могло что-то во мне сломать! А если никогда не получится зачать ребеночка? Слышала о таких магических побочках. Нет… Я не вынесу… Не переживу. Пусть я худая и бледная, но матерью хочу стать всей душой.

Правда, сложновато будет без мужа, без поместья.

Кто же женится на мне с такой-то внешностью, еще и после скандального развода?

И все же я даю себе обещание обязательно стать матерью. Так или иначе. Муж не будет лордом? Ну и наплевать! Мне рукастый селянин больше подойдет, чем напыщенный щеголь.

Лишь бы зелье не сказалось на мне в дальнейшем… Только бы дети у меня были.

– Как вы могли? – спрашиваю я. – А если бы у меня под сердцем был бы ваш внук или внучка? Как можно совершить такое злодеяние?

В нашем литмобе Дурнушка много интересных романов

Мадемуазель Катастрофа (не) ищет любви

Лина Леманн, Елена Третьякова

https://litnet.com/shrt/Z2fV