Развод дурнушки или сделка с генералом драконов

Глава 19

– Пришла в себя, – выдыхает он.

Мы в небольшой каморке. Так, наверное, должна выглядеть допросная. Посреди комнаты стоит стол с колодками для рук. Здесь же стулья.

На один из них дракон сажает меня.

От страха просто колотит, но Эльтеру, похоже, зол не на меня.

– Зелья не дали, ублюдки, – сплевывает он. – Кормили хоть?

– Нет, ваше великолепие, – отвечаю осторожно.

Снова ярость на лице и что-то похожее на сочувствие. Или мне это кажется? Придумываю, чтобы успокоиться, наверное.

– Руки дай, – приказывает он.

Кошусь на колодки. Когда на меня надели оковы, думала, что хуже и быть не может. Оказывается, всегда есть куда хуже, но отказаться нельзя. Передо мной генерал драконов. Дернусь и испепелит. Даже сейчас чувствую его безудержную магию – бушует как бурное море.

Протягиваю ему скованные запястья – деваться-то некуда. Осторожно принимает мои руки. Сжимаюсь от горького стыда. Так унизительно, но против закона не пойти.

В его ладонях вес цепей почти не ощущается, а потом магия крошит металл в осколки. С тихим звоном распавшиеся звенья и браслеты падают на каменный пол.

– Спасибо, ваше великолепие, – осторожно говорю я.

Эльтеру не отвечает. Его лицо высокомерно, непроницаемо и холодно. Но я чувствую огромную благодарность. Цепи сводили меня с ума, заставляли ощущать себя совершенно беззащитной, отнимали всякое уважение. Даже мое собственное.

Дверь открывается, стражник с опаской входит в помещение с подносом, полным вкуснейшей еды. От одного запаха у меня сводит желудок.

Если дракон собрался поужинать, то не выдержу. Сорвусь.

Стражник уходит, оставляя нас наедине. Вижу, как по стенам бежит маскировочная сеть, отрезая нас от внешнего мира. Не сбежать. Или же он не за этим? Так еще делают, чтобы не подслушивали секреты.

Какие секреты могут быть со мной? Даже смешно.

Смотрю на еду и сглатываю набежавшую слюну.

– Накроешь? – интересуется Эльтеру.

Киваю. Приборы на двоих. Втягиваю носом запах, а потом живот дико урчит.

Но я с самым спокойным видом расставляю на убогом столе тарелки и правильно сворачиваю салфетки.

– Сервировка как в лучших замках, – замечает Эльтеру.

Он не предлагает мне еду. Просто заполняет мою тарелку и чуть двигает ко мне.

– Вы за это что-то попросите? – осторожно спрашиваю я.

Смотрит на меня серьезно и печально.

– Таэлия, мне кажется, тебе просто надо поесть. Я ничего за это не попрошу. Да, разговор будет долгим и секретным, но еда – она даром. Ешь. Ты на ногах не держишься. Даже зелье так не возьмет. Нужно хорошее питание.

Осторожно беру вилку. Делаю все так, как положено леди. Мне очень тяжело не наброситься на тарелку и не смести все махом. Зелье действительно работает в сочетании с едой. От него аппетит бешеный. Мне хочется смешать мясо с салатом, затолкать получившуюся смесь в рот прямо из тарелки.

Но я соблюдаю правильный ритм – так меня учила мама. В высшем обществе положено есть в аристократическом темпе. А общество у меня – выше некуда. Генерал драконов королевской крови, как никак.

– Этикет? – брови Эльтеру ползут вверх. – Знаешь, мне не кажется, что сейчас необходимо так себя мучать. Не представляю, как ты держишься, учитывая действие восстанавливающей магии.

Он выглядит сочувствующим. Думаю, это прием. Скорее всего, часть допроса. Но разрешением пользуюсь. Сметаю всю тарелку махом. Не наелась. Желудок требует еще и еще. Добавки бы.

Дракон усмехается и наполняет мою тарелку снова.

– Не надо стесняться. Мне нужно, чтобы ты была в порядке, когда я перейду к тому, что меня интересует.

– Можете начинать, – вздыхаю я. – Даже не представляю, что способно заинтересовать ваше великолепие.

– Твой дар, – без обиняков говорит дракон. – Тебе грозит огромный срок. Каторга и мучения. Я сниму с тебя обвинения, если дар перейдет ко мне, а ты останешься моей собственностью.

– Нет, – отвечаю уверенно и твердо.

Брови дракона ползут вверх, а я набиваю рот едой напоследок, понимая, что отказ воспринят очень плохо.

– Мы договариваемся на моих условиях, – говорит он. – Или не договариваемся вовсе. Мой разговор с преступниками всегда короткий, какими бы жалкими они не выглядели.