Развод. Его ошибка

Глава 4

Если кому-либо вручить смертный договор, который нужно подписать себе самому, станет ли человек это делать, не сопротивляясь? Конечно, нет. Даже не успев задуматься, чисто инстинктивно он постарается что-то исправить

И сейчас подобный договор протягивают мне. Конечно, развод нельзя приравнять к смерти. Но меня принудительно хотят лишить того, от чего я отказываться не хочу. Может, это вовсе не искреннее желание, а чистый принцип ─ бороться за свое во что бы то ни стало.

─ Варя, что ты делаешь? ─ всплескивает руками Никита и накрывает лицо ладонью, когда я разрываю заявление и демонстративно разбрасываю клочки во все стороны.

─ Я не стану это подписывать, ─ твердо заявляю я.

Даже не знаю, откуда во мне внезапно взялось столько смелости и даже какой-то жесткости. Возможно, на фоне стресса мозг отключил эмоции, которые заставляют его страдать. Или я просто сошла с ума. Потому что сейчас я ─ совсем не я.

─ Я не понимаю, к чему это упорство?! ─ срывается на крик Никита.

А прежде он никогда не позволял себе кричать. Похоже, его измена изменила не только меня, но и его.

─ Зачем ты все усложняешь? ─ продолжает он.

─ Я не усложняю, а просто стою на своем.

─ Я тебя совершенно не понимаю. Любая другая женщина послала бы куда подальше мужа, который ей изменил.

─ А любой другой бы мужчина на твоем месте отрицал бы свою вину, просил бы прощения, или просто стоял бы на том, что разводу не бывать, ─ пожимаю плечами. ─ Оговорюсь: любой мужчина, который любит свою жену и не собирается уходить к любовнице.

─ Я тебе уже сказал, что у меня нет таких намерений, ─ цедит он сквозь зубы, уперев кулаки в стол. ─ Я просто хочу быть честным по отношению к тебе.

─ Честно будет, если я сама решу, разводиться нам, или нет.

─ Да боже ты мой, Варя! ─ Никита бьет кулаком по столу так, что посуда начинает звенеть.

А я даже не вздрагиваю, не моргаю.

─ Развод все равно будет, и это больше не обсуждается, ─ по слогам произносит он, будто так я пойму и приму его решение. ─ Если ты не подпишешь заявление, то я подам его без твоего участия. Так будет дольше и болезненнее для нас обоих. Подумай, нужны тебе эти сложности?

─ Никит, ─ хватаю его за руку, и он непонимающе смотрит на мою ладонь, а в глазах его вспыхивает какая-то необъяснимая тоска. ─ Может, это тебе стоит подумать? Похоже, ты не в себе. Ты поступаешь необдуманно и причиняешь боль нам обоим. Хотя ведь можно поступить иначе. И я прошу тебя это сделать! Даю тебе такую возможность! Просто подумай, прошу.

─ Это для тебя все случилось только вчера, ─ качает он головой и нехотя отрывает мою руку от своей, на пару мгновений задерживая в своей ладони. ─ А для меня уже прошло достаточно времени, чтобы все хорошо обдумать и принять единственно правильное решение.

─ Ясно, ─ со вздохом произношу я. ─ А почему ты до сих пор не на работе, если ты считал, что нам не о чем больше говорить?

─ Я сегодня уезжаю в командировку, ─ сухо отвечает он. ─ Вернее, уже должен был уехать.

─ А почему задержался? Только ради моей подписи? ─ веду я бровью.

─ Нет, не только ради нее, ─ резко отвечает он. ─ Ты вчера была в плохом состоянии, и поэтому я не мог уехать и не убедиться, что тебе уже лучше.

─ И почему же?

─ Потому что ты мне небезразлична, ─ раздражается он, словно я задала совершенно глупый вопрос. ─ Ты мне не чужой человек, чтобы не волноваться за тебя.

─ Так это забота, ─ задумчиво протягиваю я.

─ Да, это забота, ─ кивает он в ответ. ─ Как и наш развод. Он тоже только с заботой и тебе и твоем будущем.

─ У тебя какие-то смазанные понятия о заботе, ─ хмурюсь, потому что никак не могу сложить кусочки пазла.

Картинка не сходится. Слова мужа противоречат друг другу.

─ Но мне уже пора ехать, я не могу больше задерживаться, ─ тяжело вздыхает он. ─ Так ты подпишешь заявление?

─ Нет, не подпишу, ─ вновь повторяю я.

─ Ясно, ─ нервно усмехается он. ─ Ты еще не успела осознать произошедшее. Ладно.

Он резко разворачивается и идет в прихожую, а я спешу за ним. Здесь уже и его чемодан стоит, который я даже не заметила, когда бежала вниз.

Он надевает ботинки, которые я вчера вечером начищала воском, а затем и серое шерстяное пальто. Оно старое, и можно было бы уже давно купить новое, ведь средства позволяют. Но Никита так его любит, что я исправно срезаю шерстяные катышки, которые портят весь вид. И этом я тоже занималась вчера.

Никита застегивает последнюю пуговицу на пальто, одергивает полы и молча смотрит на меня своими голубыми глазами, готовый уйти. Весь такой красивый, опрятный. Даже щетину сбрил перед поездкой. А вот я люблю в нем эту легкую небрежность.

А вот я помятая, растрёпанная, с заплаканным лицом и опухшими веками. Во вчерашнем халате, который сидит набекрень, в неудобном белье, передавившем за ночь все тело.

Чувствую себя каким-то отработанным материалом рядом с этим идеальным мужчиной, который так легко готов отказаться от меня.

─ Меня не будет три дня, Варя. И у тебя будет достаточно времени все обдумать и решить, хочешь ли ты трудного, или легкого развода, ─ произносит он, схватившись за ручку чемодана.

─ У тебя тоже будет три дня, ─ киваю я. ─ Целых три дня, чтобы еще раз подумать, правильно ли ты поступаешь со мной.

Он недовольно поджимает губы и качает головой. Затем бросает на меня короткий взгляд, в котором столько эмоций перемешано, что и не понять, что он думает сейчас и чувствует. А после уходит, оставляя меня одну.

Я окончательно запуталась и не знаю, что мне делать. Можно и дальше сопротивляться, позволить Никите самому подать на развод, что отсрочит этот момент. И посмотреть, что будет дальше. Но почему-то мне кажется, что он останется непреклонен в своем решении.

Но ведь мужчина не откажется от своей жены просто так, если она ему нужна. И вывод из всего этого у меня лишь один ─ все не так, как он говорит, и я больше не в его интересах.