Развод. Эта сладкая месть

Глава 3

Я замерла. Это было как неожиданная пощёчина. У нас никогда не было паролей. Никогда. Мы могли спокойно брать телефоны друг друга, хоть этого почти никогда и не делали.

Но теперь, видимо, есть.

Я положила телефон обратно. Сердце стучало пульсом в ушах. Всё внутри дрожало.

Рома вышел из душа с полотенцем на бёдрах, волосы влажные, кожа распаренная. В свои сорок он был чертовски привлекателен.

— У тебя на телефоне появлялся пароль?

Он усмехнулся.

— Я поставил блокировку недавно. Помнишь, мы с тобой стояли на улице возле ресторанчика, и мимо пролетел велосипедист? Он чуть не вырвал у меня телефон из рук. Вот я и решил, что лучше обезопаситься. Там всё-таки вся работа, проекты, документы. Вдруг потеряю? Что потом будет?

Он пожал плечами.

— Тебе тоже советую. Сейчас время такое. Не безопасное.

Он подошёл, взял телефон, разблокировал, протянул мне:

— На, хочешь — посмотри. Там нет и не может быть ничего такого, что бы я от тебя прятал.

Я почувствовала, как мне становится стыдно. Я оттолкнула его руку.

— Нет. Не хочу.

Он поцеловал меня в висок и обнял.

— Тогда давай спать. Я тебя люблю.

Я промолчала. Попыталась снова коснуться его — легко, нежно, но он лишь устало выдохнул:

— Машенька… я правда очень устал. Очень.

Он улёгся в кровать, повернулся на бок, отвернувшись от моей половину и вскоре уснул.

Я лежала рядом и смотрела в его спину. Слушала, как ровно он дышит. А сама — не могла дышать.

Что-то не так. Я чувствовала это каждой клеткой. И я не знала, что делать. Только лежала и слушала, как за окном в ночной тишине по стеклу тихо капает начавшийся дождь.

Я проснулась раньше, чем хотелось бы, с тяжестью в теле и ощущением, будто ночь пролетела, не дав мне ни секунды настоящего отдыха. На кухне тихо шуршала кофемашина, затем ложка зазвенела о керамику.

Я зашла на кухню — мой муж уже сидел за столом в белой рубашке с расстёгнутым воротом, без пиджака, но с часами на запястье. И с телефоном в руке. Увидев меня, он сразу отключил и отложил его.

— Доброе утро, любимая, — сказал мягко, встал, подошёл ко мне и обнял. Его губы коснулись моей щеки чуть прохладно, от него пахло его одеколоном. — Как ты, выспалась? Он налил мне кофе, присел рядом со мной.

— Я сегодня в клуб, у нас с ребятами гольф. Ты за девочками?

— Да, как и договаривались. — Я сделала глоток. — А ты помнишь, что обещал Алисе? Настолку вечером. Потому что она мне вчера напоминала трижды.

— Конечно помню, — Рома улыбнулся, — я приду к ужину, поиграем всей семьёй.

Он сказал это легко и спокойно. Я смотрела, как он поднимает чашку, откидывает голову, делает глоток — всё это было до боли знакомо. И всё равно что-то подсказывало: я вижу другого человека.

Он ушёл минут через двадцать. Запах его парфюма остался в воздухе, и его шаги ещё звучали в ушах, когда я собралась, взяла ключи — и поехала.

Дорога до мамы заняла больше времен, чем обычно. Я ехала молча, не включая радио, ловя себя на том, что внутри будто звенит полупрозрачное напряжение, как туго натянутая струна. Не тревога, но и не спокойствие.

Я ещё не успела толком снять обувь, как из кухни раздался ликующий крик:

— Ма-а-ам! Ты приехала! Оно готово! Мы его дооостаем! — Алиса, моя младшая, вылетела в коридор, запыхавшаяся, в муке и в фартуке до пят. Щёки раскраснелись, в волосах — кусочек теста, глаза сияют.

Я не удержалась от улыбки. В такие моменты забываешь всё: и странные вечера, и звонки, на которые не отвечают, и усталость, что липнет к телу с самого утра.

— Какое печенье вы испекли? — я присела на корточки, и она накинулась на меня с объятиями.

— Волшебное, — прошептала она, прикрывая ладонью рот. — Но ты не говори никому. Это бабушкиный секрет и мой.

— Обещаю, никому ни слова, лучик.

Мы прошли на кухню, но Алиса на входе поняла, что что-то забыла и убежала вглубь дома. За столом уже сидели мама и Рита. Моя младшая сестра — та самая невыносимая младшая сестра, что всегда говорит чуть громче, чем надо, и всегда видит больше, чем хотелось бы.

— Ну рассказывай, как вы там, — обняла меня Рита. — Только что-то ты, Маш, напряжённая. Всё в порядке?

Я замерла. На секунду. Потом сделала глоток чая и ответила:

— Всё нормально. Просто я что-то подустала. Много дел.. Жара, суета…

Рита чуть наклонилась вперёд, прищурилась.

— Или Рома?

Я не успела сказать ни слова, мама уже вступила:

— Ну всё, опять… Рита, не начинай. Рома работает, старается.

— А я и не начинаю, — спокойно ответила Рита. — Я спрашиваю как дела, не больше.

Я вздохнула. Долго молчала, глядя в окно. Потом сказала тихо, почти себе:

— Знаешь, Рит... Он стал… отдалённый. Исчезает вечерами, говорит — работа. Не берёт трубку. Телефон теперь с паролем. Раньше такого не было.

— С паролем? — Рита вскинула брови. — Ага, я знаю историю, которая так же начиналась.

— Машенька, — мама положила руку мне на плечо. — Ты только себя не накручивай. Мужчины бывают в стрессе. Твой Рома, он не такой, чтобы…

— Я просто… не понимаю, — выдохнула я. — Или не хочу понимать. Или боюсь.

Повисла тишина.

— Ма-а-аам! — Алиса снова влетела в кухню. — Давай чай пить!

Мы пили чай. Потом я собрала Алису, позвала ехать Лизу и попрощалась с мамой и Ритой.

— Поехали, зайчонок, — сказала я, придерживая младшую дочку, пока она устраивалась в своё сиденье. Она пахла печеньем и счастьем.

— А папа уже приготовил игру? — сразу же спросила Алиса, пока я помогала ей застегнуть ремень. — Мы точно сегодня играем?

— Конечно, — улыбнулась я. — Он же обещал, значит, играем. У нас же воскресенье — день настолок, ты что, забыла?

— Я ничего не забыла! — важно заявила она и я захлопнула дверь. — У нас “Мистер Лис идёт на ужин”. Я буду поваром, папа — лисом, а ты — мышкой. Или цыплёнком. Посмотри сама, кто тебе больше подойдёт.