Развод. Это моя типография, Дракон!

Глава 11

Все прохожие умолки, кто-то даже затаил дыхание, все взгляды были устремлены на нас, а точнее на меня. Казалось, что должно было случиться что-то из ряда вон выходящее. Но так как я не знала, чего именно они ожидают, то и не придавала этому значения.

Взяла ключ из рук Юны и приготовилась использовать его по прямому назначению. Благо магия защиты работал просто, мне достаточно было просто вставить ключ в замочную скважину и прокрутить один оборот. Не нужно было никаких заклинаний или чего-то ещё. Я уже несколько раз делала это, сначала с домом, потом с сейфом. Вот и в этот раз, я, не задумываясь, протянула руку к двери и…

‒ Стоп! Отойдите! Эта чужая собственность!

От неожиданности я чуть не уронила ключ.

Обернувшись, я увидела, как с другого конца улицы к нам бежал толстый мужичок. Он так спешил, что аж потерял свою шляпу и сейчас его лысый затылок блестел на солнце. Это именно он истошно кричал.

‒ Отойдите! Именем закона! Шериф!

Добежав до нас, мужичок попытался отодвинуть Юну и своей тушкой закрыть двери типографии.

‒ Именем закона! ‒ кричал толстяк на Юстаса, вставшего между нами. ‒ Я душеприказчик мистера Морстана. Это имущество принадлежит…

‒ Дочери мистера Морстана! ‒ перебил его Юстас.

Мужичок отступил на шаг назад, поспешно достал платок и кармана брюк и начал вытирать вспотевший лоб и затылок. Его маленькие глазки бегали туда-сюда. То он всматривался в моё лицо, потом его пристальный взгляд переходил на высокого Юстаса, а потом обратно на меня. Юну он не удостоил своим вниманием.

‒ Графиня Сантрей? ‒ наконец оценив ситуацию, задал мне вопрос толстяк. ‒ Простите, Ваше сиятельство, не признал. Только что прибыл, а тут такое. Вы же изволили уехать и вроде как не думали вступать во владение вашей доли наследства.

‒ Её сиятельство передумала! ‒ ответила Эна.

Но толстяк снова проигнорировал её, и обратился ко мне.

‒ Простите, точно не признал. Вы не в трауре, вот я и не…

Мужичок начал расшаркиваться и отвешивать мне поклоны.

Видимо душеприказчик отца Эноры ещё не в курсе того, что я уже не графиня. Хотя возможно, официально я ещё и числилась ею. Ещё пару дней назад похоронив отца, Энора попрощалась с нотариусом, будучи графиней Сантрей. Она покинула дом отца и этот городок навсегда. Ведь ничто не предвещало того, что случиться. Энора и не думала, что в одночасье она станет ненужной женой.

По поведению нотариуса и тихому перешептыванию зевак, я могла точно сказать, он ещё не слышал последних слухов. А может просто ждёт официальных документов, мало ли о чём судачат в городе.

А на то чтобы признать брак недействительным нужно время.

Как бы то ни было, я решила поправлять толстячка. Называет меня графиней? Ну и пусть называет, мне всё равно.

Видимо так же решила и Юна, тут же вступившаяся за меня.

‒ Мы ждём новые траурные платья из столицы, ‒ гордо заявила она. ‒ Всем же известно, что лучшие модистки только там. Но это же не повод не узнавать графиню? Или вы имеет что-то сказать против желания графини Сантрей совершить прогулку в город?

‒ Да, да, ‒ снова начал кланяться толстячок. ‒ То есть, нет. Любое желание графини это благо. То есть, она вольна. И конечно же пока это придёт новые платья из самой столицы. Да столичные намного лучше, чем здешние. Валенс же маленький городок, а графиня Сантрей! Простите, и…

Нотариус так нервничал, что нёс уже какую-то непонятную ересь.

‒ А вот с этим я не соглашусь! ‒ вдруг перебила его дама средних лет.

Она стояла чуть в стороне, но когда толстячок обмолвился о здешних модистках, она вышла вперёд, а следом за ней две девушки.

Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что они родственницы, либо сестры, или всё же моложавая мама с двумя дочерьми. Выглядели они, как знатные дамы. Платья, перчатки, туфли, даже шляпки с перьями, все видимо по последнему писку моды.

‒ Выбирайте выражения, мэтр, ‒ сказала одна из юных девиц.

‒ И не судите о том, в чём сами не разбираетесь! ‒ добавила вторая девица.

Тут же толстячок начал расшаркиваться перед дамами в шляпках.

Я решила, что не обязана выслушивать его оправдание перед ними и снова собралась открыть дверь типографии. Я ведь приехала в город именно за этим.

‒ Погодите! ‒ снова привлёк наше внимание толстяк и задал какой-то странный вопрос. ‒ Ваше сиятельство, вы уверены, что вам это нужно?

Мне послышалась какая-то угроза в самой постановки вопроса или же вызов? Я так и не поняла. Но меня задел и первый, и второй вариант. Поэтому, не желая отвечать на непонятные вопросы толстого коротышки, я без раздумий вставила ключ в замок и провернула его.

В этот момент снова воцарилась полная тишина, а затем как-то все разом выдохнули. Это случилось после того, как по двери и станам типографии пробежала уже знакомая мне серебристая паутинка. Открыв дверь, я отдала ключ Юне и вступила в свои владения, то есть переступила порог и вошла в здание типографии.

Я бы даже не удивилась, если бы нотариус протиснулся в дверной проём прямо следом за мной, такого он был высокого мнения о своей значимости. Но вот обойти Юстаса ему не удалось. А всё потому, что когда я вставила ключ в замок, нотариус почему-то решил отойти подальше. Это я поняла уже чуть позже. Это подтвердило мои предположения, что всё же в его последнем вопросе была скрыта какая-то угроза.

Я сделала себе мысленно пометку, потом спросить об этом у Юны. Наверняка, моя служанка знает ответ и на этот вопрос. Но так как толстяк уже семенил за нами, я решила не демонстрировать ему свою некомпетентность в этом вопросе. Всё же настоящая графина должна была знать, в чём тут подвох.

Ну а так как я не знала, то миновав небольшой холл и короткий коридор, я смело шла туда, куда вело меня сердце, а именно в сторону типографских цехов.

Душа моя пела!

Пусть это и не современная типография, но мне казалось, что даже воздух здесь такой же. И вопрос был не в запахе типографской краски или свежеразрезанной бумаги, нет. Это был неповторимый запах новых побед!