Развод. Грязными ногами по душе

Глава 4

Хлопает дверца машины, и я вижу, как ко мне приближаются дорогие мужские ботинки, начищенные до зеркального блеска. Тихо ругаясь себе под нос, я пытаюсь выбраться из грязной лужи так, чтобы не испачкаться ещё сильнее.

— Вы в порядке? — раздается над моей головой глубокий бархатистый бас, и сильные руки подхватывают меня под мышки, чтобы поставить на ноги.

Смотрю на мужчину, и во мне поднимается волна ярости. Он весь такой холёный, ухоженный, модная бородка, костюм с иголочки, безупречно сидящий по фигуре, вызывающий ярко-жёлтый галстук, изысканный парфюм, окутывающий дорогим ароматом, ещё и акцент иностранный, едва уловимый. А я тут в безбожно испорченном пальто стою перед ним, вся в грязи, обтекаю, как сосулька весной.

— А похоже, что я в порядке?! — рявкаю, прожигая его гневным взглядом. — Разве можно так гонять по городу? Вы не на гоночной трассе! Напокупают прав, а пешеходам бойся теперь!

Мужчина хмурится, его брови сходятся на переносице, образуя сердитые складки, выразительные светло-карие глаза сужаются до злобных щёлок.

— А вам до сих пор никто не говорил, что когда переходишь дорогу, нужно смотреть по сторонам, а не копаться в сумке?! Вроде взрослая женщина, должны головой думать! — рычит он в ответ.

И до сих пор не отпускает мою руку! Держит меня за локоть крепко, словно я собираюсь убежать.

— Я посмотрела по сторонам, прежде чем перейти дорогу! Никого не было! Значит, это вы неслись как угорелый и превышали скорость, нарушая все правила! — не сдаюсь я, не собираясь признавать свою вину — во мне говорит обида.

Он меня невероятно злит! Вот взял и назвал взрослой женщиной! А у меня и так самооценка тяжело ранена и лежит в руинах. Ещё бы старухой обозвал! Почему-то слышать что-то о моём возрасте от такого брутального красавчика на дорогой машине особенно обидно. Прекрасный повод сорвать на нём злость, выплеснуть накопившееся раздражение!

Но… По какой-то непонятной причине мужчина не хочет со мной ссориться, не стремится к конфликту. Он резко отступает назад, отпуская мой локоть, поднимает ладони, словно сдаётся, признаёт свою вину и лучезарно улыбается, обезоруживая ямочкой на щеке. Эта улыбка совершенно меняет его, преображает, словно стирает с лица следы надменности и высокомерия. Если сначала я решила, что ему под пятьдесят, то сейчас отчётливо вижу, что ему максимум сорок, а может, и меньше.

— Простите, ради бога, простите меня, пожалуйста. Я был неправ, вспылил, погорячился. Могу я отвезти вас почистить пальто и оплатить работу химчистки? — говорит он бархатным голосом, и в его интонациях сквозит искреннее сожаление.

Когда он так мурлычет, акцент становится отчётливее. Явно иностранец, причём не из простых, а из каких-нибудь богатых арабских шейхов. Наверное, боится, что я могу засудить его и содрать с него кругленькую сумму, и поэтому пытается меня умаслить, подкупить своим обаянием. Я знаю, что у них там, за границами, принято наживаться на богачах с помощью судебных исков, чуть что — сразу в суд. Но, разумеется, это не мой путь. Я и в мыслях ничего подобного не держала.

— Не нужно, спасибо. Я в состоянии оплатить чистку своего пальто, не обеднею, — говорю с достоинством, стараясь не смотреть ему в глаза, и иду к переходу.

Смотрю вправо-влево — машин нет. Выхожу на эту чёртову дорогу с гордо поднятой головой, стараясь не показывать, как погано себя чувствую.

— Подождите! — Мужчина вдруг решает меня догнать, проявляя неожиданную настойчивость, и идёт через дорогу рядом со мной. Ну точно как старушку переводит! Скреплю зубами. — Вот моя визитка, если вдруг возникнут какие-то вопросы или вы почувствуете себя плохо, то звоните в любое время, — говорит уже на другой стороне, протягивая мне небольшую прямоугольную карточку.

— Да всё нормально, ненужно, не стоит беспокоиться, — отказываюсь, из последних сил стараясь выглядеть независимой и самодостаточной.

Тогда он недолго думая просто засовывает визитку мне в карман пальто и стремительно уходит к своей машине. Наверное, бедняга замёрз — на нём один тонкий костюм, а на улице весна только начинается, ещё холодно.

Я не оборачиваюсь и за ним не бегу — хрен с ней с визиткой, потом выброшу, — но слышу, как он садится в машину и уезжает. И только когда машина сворачивает, решаюсь посмотреть, кто такой этот наглый красавчик и как его зовут. Лезу в карман и достаю плотный прямоугольник из дорогой бумаги, а к нему прилипла сложенная пополам иностранная купюра! Разворачиваю… Пятьсот евро! Я ахаю от изумления и застываю. До профилактория рукой подать, всего несколько шагов, но ноги отказываются двигаться — я в полном ступоре и не знаю, что делать, как поступить. Куда бежать, к кому обратиться за советом?! Пятьсот евро — это сколько в рублях?! Сумасшедшие деньги! Пятьдесят тысяч?! Да моё пальто даже новое столько не стоило! Наверное, банкнота случайно оказалась у него в кармане и зацепилась, когда он засовывал мне визитку! Это какое-то недоразумение! Нужно срочно вернуть её, пока он не хватился!

Переворачиваю картонку и читаю: «Генеральный директор компании “Рипресса” Евгений Конте». Ниже указан номер телефона и адрес электронной почты. Руки начинают дрожать, выдавая моё волнение. «Рипресса» — это же та самая компания, которая выкупила наш профилакторий! Неужели я только что умудрилась поссориться с новым владельцем и испортить себе репутацию в самом начале? Убейте меня кто-нибудь прямо сейчас!