Развод и новая жизнь дерзкой попаданки

6

— Откуда вы знаете, что я ищу? — способность говорить вернулась ко мне вместе со способностью мыслить здраво. Старушке я по-прежнему не доверяла.

— Глаза у тебя такие, — хрипло прокаркала она, — ищущие. А больше мне и предложить тебе нечего.

Из-за пазухи она достала потрепанный свиток, свернутый в трубочку. Казалось, он может рассыпаться прямо в руках.

Я аккуратно развернула переданный мне пергамент. Черные жирные буквы заплясали перед глазами, складываясь в слова.

— Всю жизнь я провела в деревушке Форкс на Южной окраине империи. Домик у меня там, хоть и плохонький, но край наш плодородный.

— Почему же вы его продаете?

— Мой век почти прошел. Решила на старости лет пожить в столице. Сколько мне осталось? Лет пять, не больше. Вырученных средств как раз хватит.

Я так же аккуратно свернула пергамент и передала женщине обратно.

— Сожалею, — искренне отозвалась я. — Но мне нечем вам заплатить.

Разочарование крапивой жгло внутри, но о покупке дома не стоило и мечтать. Побег в неизвестном направлении — это авантюра, опасная и несбыточная.

— И впрямь, — эхом отозвалась старушка. — Но вот колечко у тебя красивое.

Мой взгляд упал на руку. Безымянный палец украшал золотой обруч, увенчанный самоцветом, лучистым и чистым.

Сердце екнуло и сбилось с ритма, внутри поселилось ощущение, что кольцо очень дорого Ариэлле. Ей, но не мне.

Помявшись несколько долгих секунд, я все же стянула кольцо с пальца.

— Возьмите, — протянула его старушке. — Этого будет достаточно?

— С лихвой, — беззубо просияла она.

Пожилая женщина ловко спрятала кольцо в складках грязной одежды, сунула пергамент мне в руки и засеменила прочь.

— Постойте! — осознание вдруг ушатом ледяной волны хлынуло на меня. — Но как добраться до Форкса?

— Вокзал там, — кинула она через плечо, блеснув желтыми глазами. — Сутки в пути.

И растворилась в толпе.

Я осталась стоять одна, посреди толпы, прижимая к груди заветный свиток.

“Держатель сей бумаги устанавливается хозяином/хозяйкой дома 13 на Тисовой улице деревни Форкс Южного предела Империи” — так гласили строчки, выведенные ровным почерком в нем.

Я загнанно обернулась, силясь отыскать взглядом ожидающую меня карету и кучера. Но ни того, ни другого видно не было. Я слишком далеко ушла.

Надо было решаться, и чем быстрее, тем лучше.

Не дав себе времени на раздумья, я быстро зашагала в ту сторону, которую указала старушка.

Я не знала, удастся ли мне совершить побег, но понимала точно: если не попробую, то буду жалеть.

Остановившись пару раз, чтобы спросить дорогу, через десяток минут я оказалась около двухэтажного здания с надписью: «Вокзал».

Едва нога коснулась первого камня лестницы, как меня пронзила молния животного, неуправляемого ужаса. Ноги превратились в непослушный кисель, отказываясь двигаться. Инстинкты, вбитые Денвером в Ариэллу, глубоко укоренились и руководили телом, превратив его в дрессированную собачку.

Именно эта мысль, словно ядовитый шип, породила волну ярости, которая, столкнувшись с парализующим страхом, одержала верх в жестокой схватке. В несколько стремительных рывков я оказалась в сумрачном чреве вокзала, где воздух был пропитан запахом сырости и тлеющего угля.

В кармане тихо звякнули последние золотые монеты, всё, что удалось найти в вещах Ариэллы. Я отчаянно надеялась, что этой жалкой суммы хватит на билет до Форкса. Ожидающая меня неизвестность в этой забытой богом деревушке настойчиво стучала в висках, но я отгоняла эти назойливые мысли.

Здорова, цела — значит, выстою, а трудиться я не боялась никогда.

Заветный билет до Форкса стоил половины моего "золотого запаса". Но, стоя на пронизывающем ветру платформы, я вдруг ощутила ростки неистового счастья. Почти на свободе, почти вырвалась из удушающих объятий прошлого. Впереди меня ждал чистый лист новой судьбы.

Задыхаясь, с грохотом и скрежетом, к платформе подполз огромный поезд, распахивая свои утробы для пассажиров. Страха больше не было. Ноги легко преодолевали ступеньку за ступенькой, и вскоре меня окутало тепло вагона.

С резким толчком поезд дернулся, набирая скорость, унося меня прочь от столицы, которую я успела лишь мельком увидеть. Может быть, однажды, когда-нибудь, я и вернусь сюда. Но сейчас эта глава моей жизни навсегда закрыта.

Расслабившись, я откинулась на спинку сиденья. Мысли потекли неспешно. Я мечтала о доме, который теперь принадлежал мне. Без особых надежд. Главным была осторожность: никаких настоящих имен, никаких упоминаний о прошлом. Я должна была оборвать все нити, связывающие меня с Денвером, отрубить эти ядовитые корни.

В вагоне становилось невыносимо душно, хотя желающих отправиться в Южный предел империи было немного: всего две женщины и мужчина.

Внезапный прилив жара заставил меня жадно глотнуть воздух, словно выброшенную на берег рыбу. Бесполезно. С каждой секундой становилось все хуже: казалось, воздух отказывался проникать в легкие.