Развод и новая жизнь дерзкой попаданки

10

Пробираясь сквозь заросшую травой тропинку, меня вдруг пробил холодный пот. Ключ… Я совсем не подумала о том, как попаду в дом.

И, оказавшись наконец на пороге, толкнула деревянную дверь. Закрыто.

В один момент навалилось такой отчаяние и усталость, что выть захотелось. Я устало привалилась к двери, осела на ступеньки, прочертив спиной по шершавому дереву. Силы будто вмиг покинули меня.

Конечно, можно было попробовать пробраться в дом через окно, а на утро отыскать плотника и вскрыть дверь. Можно вообще вернуться в центр города и найти ночлег. А уже завтра, при ярком свете дня осмотреться.

Но мне вдруг отчаянно, до дрожи захотелось попасть в свой дом именно сегодня. Сейчас.

Отчаяние придало сил и я, оттолкнувшись, поднялась на ноги. В бледном свете луны в щели между досками порога мелькнуло серебро.

Ключ! Это был он…

Мои руки дрожали, когда я подняла холодный металл, аккуратно вставила его в замочную скважину и повернула. Сердце пропустило удар и, дыхание замерло на мгновение.

За дверью меня встретил полумрак, а после нервного вдоха в носу поселился запах пыли, старого дерева и немного сырости.

Я сделала первый, уверенный шаг.

Впереди узкой змейкой тянулся коридор, стены которого были обиты светлым деревом, и заканчивался он гостиной. Спустя десяток шагов я оказалась прямо в ней. Центром гостиной, безусловно, был камин. Присмотревшись, в его темном зеве очага я увидела аккуратно сложенные сухие поленья и растопку, предусмотрительно оставленные прежней хозяйкой.

Мне тотчас же захотелось впустить в дом немного тепла и света, поэтому я провела рукой по каминной полке в поисках спичек. Но вместо привычного коробка с шершавым краем, я нащупала холодный камень с острыми гранями под слоем пыли. Это было что-то вроде кристалла.

Новое, неизвестное до этого момента приспособление, вызвало замешательство. И как им пользоваться?

Я аккуратно сдула пыль, покрутила в пальцах темный, чуть прозрачный вытянутый кристалл. И в сумерках, что клубились в гостиной, вдруг заметила едва заметное свечение, что шло от него. Искра!

Я потерла кристалл быстрее, а затем, когда он стал горячим и красным, бросила прямо в жерло камина.

Сухой мох и тонкие лучины вспыхнули мгновенно, с радостным треском пожирая огонь и передавая его более толстым поленьям. Очаг ожил. Мягкий, золотисто-оранжевый свет залил гостиную, отбрасывая на стены причудливые, танцующие тени. Тепло коснулось моего озябшего лица, и я поняла, что у меня получилось.

На полке нашлись два тяжелых бронзовых подсвечника с толстыми восковыми свечами. Я зажгла их от пылающей лучины и, вооружившись этим теплым светом, отправилась знакомится с домом дальшем.

Из гостиной арка вела в просторную кухню. Здесь царила атмосфера старинного сельского дома: длинный дубовый стол, массивный буфет с потускневшими медными ручками, пузатая печь и, что стало для меня бесценным подарком — глубокая керамическая раковина с медными кранами. Я с замиранием сердца повернула вентиль, из крана с тихим шипением хлынула вода. В доме был водопровод!

На первом этаже также нашлась небольшая кладовая и дверца, ведущая вниз. Подняв деревянный люк, я спустилась по крутым ступенькам в погреб. В лицо пахнуло сухой прохладой и запахом земли.

Свет свечи выхватил из мрака аккуратные деревянные стеллажи. Дом был продан мне вместе с остатками запасов: я нашла несколько пузатых банок с ягодным джемом и соленьями, мешочки с сушеными травами под потолком, крупу в полотняных мешках и пару ящиков со сморщенными, но вполне съедобными зимними яблоками и корнеплодами. Умереть от голода в первые дни мне точно не грозило.

Вернувшись наверх, я заглянула на второй этаж. Деревянная лестница тихо поскрипывала под ногами. Наверху располагались две спальни со скошенными потолками под самой крышей. В одной стояла широкая кровать с резными столбиками, накрытая пыльным пологом, в другой — кровать поменьше, старинный комод и кресло-качалка. Обои в мелкий цветочек немного выцвели, но придавали комнатам особое очарование.

Несмотря на длинный день, проведенный в пути, я не могла просто лечь спать. Во мне бурлила энергия и жажда дела.

Найдя кухне старые тряпки и деревянное ведро, набрала теплой воды и засучив рукава, принялась за уборку.

Я протирала влажной тряпкой дубовый стол на кухне, смывала серую пыль со всех поверхностей, куда только смогла дотянуться. Затем с усердием прошлась шваброй по деревянным половицам гостиной и, вдыхая свежий запах мокрого дерева, и с каждым движением чувствовала, как с души спадает тяжелый камень. Я отмывала свой дом, свое убежище. Когда деревянные поверхности блестели, отражая свет камина, а в воздухе запахло чистотой, я позволила себе остановиться.

В маленькой ванной комнате, смежной со спальней, обнаружилось еще одно чудо местной сантехники: подобие душевой кабины с большим медным рожком-лейкой. Скинув грязное, пропахшее пылью дорог платье, я встала под упругие, обжигающе горячие струи воды.

Я смывала с себя пот, пыль, усталость прошедших суток и липкий страх всей моей прошлой жизни. С особым усердием терла шею. Раз за разом проводя по тонкой коже, я будто старалась убедиться, что на мне нет ошейника Денвера. Больше нет…