Развод и запах свежего хлеба

Глава 8

Мы сидим с Юлей на её маленькой уютной кухне. Круглый деревянный стол, старенькие, но такие удобные стулья. Юля любит “бабушкин” стиль, как я называю новомодный винтаж.

Часы показывают за полночь, но сна нет ни в одном глазу. Я прижимаю горячую чашку с ромашковым чаем, смотрю в темноту за окном и пытаюсь унять дрожь в пальцах.

Чай обжигает руки, но я не чувствую боли, наоборот, это помогает оставаться в реальности.

Мы молчим уже несколько минут. Юля не торопит. Она знает, что если нужно, я сама заговорю. Так всегда было.

— Значит, ты действительно всё провернула прямо при начальнике и его жене? — наконец не выдерживает она и накрывает мою руку своей, теплой и ободряющей. — Эй, ты кто такая и что сделала с моей подругой!? Мне прямо не верится, что ты могла такое устроить!

Я нервно усмехаюсь и делаю глоток чая.

— Знаешь, Юль, я ведь даже не знала до последнего момента, что решусь. Это было как в тумане. Он сидел там, такой довольный, самоуверенный… Карина эта явилась растерянная, глупая… Меня словно накрыло волной. Я просто поняла: либо сейчас, либо никогда.

Юля качает головой и задумчиво смотрит куда-то мимо меня:

— И как теперь? Что делать будешь?

— Сначала сниму квартиру, — отвечаю я уверенно, хотя голос немного дрожит. — Уже утром займусь этим. У меня есть хорошая работа, стабильный доход. На улице точно не окажусь.

— А с Максом? Совсем конец? Или ещё будешь думать?

— Думать? — повторяю я чуть резче, чем хотелось бы. — Юль, он меня предал. Унизил. Я всё ещё люблю его, и от этого ещё больнее, но жить с ним после такого я не смогу. Такое не прощают!

Юля понимающе кивает, а я вижу в её глазах грусть и сожаление. Ей казалось, что мы с Максом идеальная пара. Как и всем вокруг. Но они не знали его настоящего, каким он стал в последнее время, каким его знала я.

— Развод, Юль. Только развод. Пусть теперь живет, как хочет и с кем хочет. С меня хватит!

— Ты молодец, — тихо и искренне говорит Юля. — Сильная ты, Ника. Я бы, наверное, так не смогла.

Я вздыхаю, и в горле снова встает комок. Юля замечает это и ласково гладит мою руку.

— Не плачь, — нежно просит она. — Ты же знаешь, я рядом. Всегда.

Я не успеваю ничего ответить. Неожиданно раздается резкий, требовательный звонок в дверь. Мы обе вздрагиваем и переглядываемся.

— Кто это в такое время? — тревожно спрашивает Юля, вставая со стула.

— Кто угодно, только не Макс, — уверенно отвечаю я, хотя сердце уже неприятно ёкнуло. — После такого он точно не рискнет заявляться сюда.

Но звонок повторяется снова и снова — нервный, настойчивый, раздражающий.

Юля подходит к двери и осторожно смотрит в глазок. Она резко оборачивается, её лицо напряжено. Глаза как два блюдца.

— Ника, это Макс, — произносит она почти шёпотом.

Я чувствую, как кровь приливает к лицу, как бешено начинает стучать сердце. Я не готова сейчас к выяснениям отношений.

— Не открывай! — говорю я резко, вскакивая со стула и отставляя чашку. — Пусть уходит. Не хочу его видеть сейчас!

Но Макс, будто услышав мои слова, громко стучит в дверь:

— Вероника, я знаю, ты здесь! Открой дверь, нам нужно поговорить!

Юля смотрит на меня вопросительно, явно растерявшись.

— Ладно, открывай, — вздыхаю я, понимая, что бежать некуда. Я не стану прятаться. — Сейчас поговорим и закроем эту историю.

— Я возьму скалку, на всякий…- Юля бежит в кухню и хватает тяжелую скалку.

— Да, Юль, он дурак, но не настолько, - успокаиваю я, - он же знает, что я засужу его.

Юля нехотя поворачивает ключ в замке, и дверь резко открывается. На пороге стоит Макс взъерошенный, бледный, в мятом костюме. Он смотрит на меня глазами, полными ярости и боли одновременно.

— Ты с ума сошла? Что ты устроила сегодня? — начинает он с порога.