Развод. Иди к чёрту, дорогой

Глава 6

– Ты зачем сына в наши разборки втянула?! – заорал он в трубку так, что я невольно отдёрнула телефон от уха, словно опасаясь, что сейчас из динамика вырвется огненный поток.

Внутри всё сжалось от этого знакомого рёва, но я быстро взяла себя в руки. Прошли те времена, когда он мог на меня орать, а я в ответ молчала, глотая слёзы обиды.

Он продолжал орать, не давая мне вставить ни слова, переходя на отборный мат. Обвинял меня в том, что я настроила сына против него. Хотя это не так! Я всего лишь рассказала правду.

Я стояла возле теплицы, скрестив руки на груди, и смотрела на розовеющий горизонт вдалеке, стараясь абстрагироваться от этого потока брани. В ладони вибрировал от рычания Игоря телефон, я слышала лишь обрывки его фраз, стараясь не принимать близко к сердцу всё, что он говорил. Я отлично понимала, зачем он это делает: хочет меня запугать, морально растоптать, чтобы я снова стала такой же доверчивой и послушной, как раньше. Но этому не бывать! Никогда!

– Что ты молчишь?! – рявкнул он в телефоне после всей своей тирады. Наверное, он уже понял, что я его не слушала, и это взбесило его ещё больше. – Ты где вообще? Ты меня слышишь?!

– Слышу, – спокойно ответила я, чувствуя, как внутри поднимается волна холодного гнева. – Ждала, когда ты закончишь. Ты закончил?

Мне показалось, что я услышала скрип зубов и тяжёлое пыхтение. Игорь явно был взбешён моим спокойствием.

– Закончил, – процедил он сквозь зубы.

– Хорошо. Во-первых, наш сын взрослый и имеет право знать, что происходит в его семье. Во-вторых, я его на свою сторону не перетягивала, он сам её выбрал. В-третьих, готовься к разводу. Завтра иду в суд.

– Какой, нахрен, суд?! Ничего у тебя не выйдет! Я в суде докажу, что ты двадцать лет на моей шее сидела! И на компанию мою никаких прав не имеешь. Я вообще на тебя заявить могу! Ты с ножом на меня кидалась, сумасшедшая! По тебе либо тюрьма, либо психушка плачет! – снова заорал он.

– Давай, заявляй, – холодно ответила я. – Я тоже на тебя заявлю. За угрозы.

Он что-то ещё начал орать, но я уже не слушала. Просто отключила телефон. Мне даже захотелось выкинуть гаджет за забор, но я сдержалась. На новый телефон у меня денег пока нет. Лучше отведу душу другим способом…

Глядя, как в вишнёвых кустах, что высажены в самом конце участка, копошатся воробьи, меня вдруг посетила "гениальная" мысль.

Я нашла в доме вещи “благоверного”, что он оставил здесь на случай, когда соизволит приехать сюда “поработать”. В последнее время он только и делал, что на веранде в длинном махровом халате чай пил, прям как барин. Сеточку на голову ещё надеть – и хоть картину с него пиши: "Портрет лентяя в халате".

В кладовке я нашла крепкие плечики, одела на них халат “благоверного”, засунула внутрь подушку, плотно запахнула и туго завязала пояс. В подсобке нашла старый эмалированный чайник, оставленный прежними хозяевами участка. Взяла толстую прямую палку, хозяйственные перчатки, шарф мужа и его шапку.

Примерно через час я, довольно ухмыляясь, смастерила чучело. На перевёрнутом чайнике, что я водрузила на палку вместо головы, красным лаком для ногтей нарисовала огромные, круглые глаза и большой страшный рот прямо под носиком-сливом. Немного подумав, взяла ещё и чёрный лак и подрисовала нахмуренные брови. От этого чучело стало выглядеть ещё ужасней.

Этот “шедевр” огородного искусства я с гордостью пронесла через весь участок, заинтересовав соседей с обеих сторон: и справа, и слева сквозь решётку забора выглядывали любопытные глаза.

Как только я подошла к вишнёвым кустам, оттуда стаей выпорхнули воробьи и с громким чириканьем разлетелись. Что ж, надеюсь, они надолго напугались. Для этого и оставлю здесь этого “красавца”.

Воткнула палку с чучелом рядом с кустами. Отошла чуть подальше и с удовлетворением смотрела на рук своих творенье. Побить бы его ещё, как грушу. Ну да ладно, хватит с него и того, что им воробьёв пугают.

– Юль! А твой не обидится, когда увидит? – крикнула мне тётя Валя из-за забора, смеясь до слёз. – Уж очень похож! Особенно бровями! Ах-ха-ха…

– Да пошёл он к чёрту! Пусть обижается, на это и рассчитано, – ответила я, чувствуя, как злость снова поднимается внутри. Ещё раз осмотрела свободные от воробьев вишнёвые кусты. – Зато вишня целая будет.

– А чего это ты на своего взъелась? Поругались, что ль? – поинтересовалась соседка.

– Лучше! Разводимся! – честно ответила я, радуясь возможности выговориться хоть кому-то.

Лицо пожилой женщины удивлённо вытянулось.

– А чего так? – с участием спросила она.

– Лучше себе нашёл, – горько усмехнулась я.

– Вот же кобель, а! Куда уж лучше-то?! Ты вон какая красавица! – воскликнула тётя Валя, и мне стало приятно от её слов.

– Мне сорок, а ей двадцать с хвостиком, – пояснила я, вздохнув.

– Ну, значит, твой скоро с рогами будет, ах-ха-ха! – снова расхохоталась соседка.

– Рога, говорите… – задумалась я, внимательно приглядываясь к чучелу. А ведь это идея! – Спасибо за подсказку, тёть Валь!

Ножовкой я отпилила пару нижних веток от яблонь, почистила их от листвы и прикрепила к чайнику, проделав прорези в шапке. Вот теперь образ завершён!

Теперь уже обе соседки хохотали и громко обсуждали моё чучело. Мне тоже сначала было смешно. А потом представила себе лицо Игоря, когда он увидит своего рогатого двойника, и как-то взгрустнула, так как стало на секундочку его жаль. Но только на секундочку. Тут же вспомнила его, голым и привязанного к изголовью кровати, а на нём его белобрысую шмару. Меня передёрнуло от отвращения.

– Как же они ему идут, – произнесла я тихонько вслух, глядя на рога у чучела, и горькая усмешка тронула мои губы. – Когда-нибудь ты тоже это испытаешь, дорогой. Поймёшь, как это больно – когда тебя предают.

– Юль! – крикнула соседка.

– Да, тёть Валь! – откликнулась я, возвращаясь к реальности.

– Хочешь, с сыном моим познакомлю? – последовал от неё неожиданный вопрос, от которого я на секунду застыла в недоумении.