Развод. Иди к чёрту, дорогой

Глава 15

— Добрый вечер, Наталья Николаевна, — вышла я из машины, ощущая, как привычная тревога сжимает грудь.

— Привет, ба! — поздоровался сын, тоже выходя из автомобиля, чтобы открыть ворота.

— Сколько раз тебе говорить, не “ба”, а бабушка, — сделала она своё обычное замечание.

Внутри меня опять всё сжалось от её вечного желания всех воспитывать. Даже сейчас, на пенсии, свекровь одевалась так, будто шла на работу: строгий серый костюм, белая блузка с жабо, туфли, казалось, из другого века, прилизанные седые волосы и очки в тонкой оправе. К её образу только длинной указки не хватало.

Марк на это лишь улыбнулся. Эх, мне бы его выдержку! Он всегда спокойно воспринимал её замечания, может, потому что больше прислушивался ко мне, или просто понимал, что спорить с ней бесполезно.

Увидев, как из машины радостно выпрыгнул Персик, свекровь испуганно выпучила глаза.

— Почему пса до сих пор не усыпили? — прозвучал её ледяной голос.

— А почему мы должны усыплять здорового пса? — задала я ей встречный вопрос, закипая от возмущения.

— Здорового? Здорового?! — заголосила свекровь, вся кровь бросилась ей в лицо. — Здоровые не кидаются на людей, тем более на своих хозяев!

— Ну, во-первых, хозяйка — это я, — парировала я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё бурлило. — Это раз. Во-вторых, ваш сын спровоцировал пса, намереваясь испортить моё имущество. Это два. Рана у Игоря не серьёзная, у меня свидетели имеются. Это три. И в четвёртых, мой пёс здоров, у нас даже справка имеется. Вот такая вот арифметика.

Наталья Николаевна, кстати, преподавала математику, и, судя по тому, как скривилось её лицо, когда я напомнила ей о её профессии, свой предмет она не очень-то любила.

— Может, уже впустишь меня в дом, и мы поговорим спокойно? — произнесла она и плотно сжала губы.

Персик, почувствовав, что напряжение немного спало, подбежал к ней и начал обнюхивать. Свекровь тут же шарахнулась, прижимаясь к забору, словно её ударила молния.

— Убери от меня свою бешеную псину! — выкрикнула она.

— Ещё раз говорю, Наталья Николаевна, мой пёс здоров, — спокойно повторила я.

Я завела Персика в вольер, закрыв его там, чтобы свекровь хоть немного успокоилась. Марк начал загонять машину в гараж.

Я пригласила свекровь в дом, а сама по привычке первым делом пошла проверять свои теплицы. Уф, всё в порядке. Страшновато как-то стало оставлять дачу без присмотра. Но, увидев соседку, которая махнула мне из-за забора, я почувствовала облегчение.

Здесь, казалось, даже Персик не нужен. Своя охрана есть. Я улыбнулась ей и тоже помахала.

Все-таки хорошая она женщина, надо её как-нибудь отблагодарить. Букет роз, что ли, подарить?

— Юля, вас тут пока не было, — вдруг произнесла тётя Валя. — Тот куст, который Игорь твой попортил, в общем, я с него розы срезала, себе забрала, а то ведь жалко, завянут.

Ну хорошо, сама себе подарок сделала. А то я и в самом деле с этим скандалом забыла про срезанный куст. Я кивнула ей и пошла в дом, ведь мне еще предстояло выдержать словесную битву со свекровью.

Наталья Николаевна уже сама поставила чайник и, по-хозяйски, достала из шкафчика всякие вкусности: печенье, конфеты, зефир. Она всегда любила сладости.

Развернув шоколадную конфету, она закинула её в рот и, быстро прожевав, снова приступила к воспитательной беседе:

— Скажи мне, что это за мода такая пошла, чуть что, сразу разводиться?

— Ну, если вы считаете, что измена мужа — это всего лишь „чуть что“, то вы не правы. По крайней мере я точно такое терпеть не намерена. — ответила я.

— Ха! — громко усмехнулась свекровь. — Подумаешь, изменил! Да все мужчины гуляют. Это нормально, это у них в природе. Они же самцы. Чем больше самок оплодотворил, тем лучше. Думаешь, мой не гулял? Ещё как гулял! Но я молчала. Мудрая женщина должна закрывать на это глаза. Ведь не зря же испокон веков говорится: „Женщина — берегиня очага!” А ты что творишь?

— А что я творю? — парировала я.

— Семью рушишь, вот что! Погулял бы и вернулся, никуда бы не делся. К хорошей жене муж всегда возвращается! — выпалила она и взяла ещё одну конфету.

— Спасибо, не надо мне такого “семейного счастья”, — усмехнулась я, отчего Наталья Николаевна опять поджала губы.

— Зря ты так,— более спокойно произнесла она. — Мой Игорёк не такой уж и плохой муж. Деньги в семью приносит, дом тебе тебе вон хороший построил. А ты всю жизнь на его шее сидела, и хоть бы раз спасибо сказала! Он двадцать лет семью один тащит! Должна же у него хоть какая-то отдушина быть?

— Вот и пусть живёт со своей отдушиной! — не выдержала я. — Считайте, что я вашего сына от себя освободила. Принимайте новую невестку, которая, надеюсь, вам больше будет по нраву.

Наталья Николаевна прожевала ещё одну конфету и снова недовольно заявила:

— На меня-то ты чего сердишься? Я мать, естественно буду своего ребёнка защищать. У тебя ведь тоже сын, посмотрим, как ты за него стоять будешь.

На это мне нечего было возразить. В душе я лишь могла надеяться, что мой сын не станет совершать ошибок отца.

— Поживём, увидим, — ответила лишь я, заваривая для свекрови её любимый чай.

— Розы хоть покажешь свои? — спросила вдруг она, неожиданно подобрев.

— Простите, нет, — вежливо ответила я, улыбнувшись и поставила перед ней чашку с горячим напитком.

— А чего так? Боишься, что сглажу? — съехидничала она, бросив в свою чашку пару кусочков сахара.

— Я в эту ерунду не верю, вы же знаете. Но розы всё равно не покажу, а то вы просить их начнёте, а я их для продажи вырастила.

— Вот как значит! Цветов для меня пожалела! И это после того, что я для тебя сделала! — вспылила свекровь, бросив скомканный фантик на пол.

— А что вы для меня сделали? — вполне невинно спросила я, пытаясь хоть что-то хорошее вспомнить из наших с ней отношений.

— Ты десять лет благодаря моей даче питалась! — судорожно начала она разворачивать очередную конфету.