Развод. Игра только начинается!

Глава 15 Ира. Адвокат

Наглость моих родственников меня поражает. Он сделал все, чтобы испортить собственную жизнь. А я теперь его спасать должна.

Хорошо устроились.

В очередной раз возвращаюсь к вчерашнему диалогу. Но чувство возмущения у меня не проходит.

Звоню маме и рассказываю о случившемся. Она пытается меня подбодрить и просит, чтобы я так сильно не волновалась.

Я же понимаю, что надо успокоиться. Иначе это навредит ребенку. Сегодня как раз визит к врачу. Нужно убедиться, что все в порядке.

Собираюсь и выхожу из квартиры.

Но возле подъезда меня встречают наглые журналисты. Караулили что ли.

Снова начинают засыпать меня вопросами.

Я просто иду мимо и молчу. Но они преследуют меня.

- Ирина, что вы будете делать? Простите мужа? Будете разводиться?

- Без комментариев, - отрезаю я и сажусь в машину. Они начинают долбить в стекла. Завожу мотор и выезжаю из двора.

Как же они мне уже надоели. Лучше б освещали, какие-нибудь полезные новости. А не лезли в чужую жизнь! И не ковырялись в ней, выискивая грязное белье.

Через час я уже выхожу от гинеколога. Слава богу, с малышом все хорошо.

Но и здесь меня караулят.

Черт побери. Ведь теперь наверняка они узнают, что я беременна.

Вот как можно скрыть хоть что-нибудь в своей жизни, если тебя постоянно преследуют?

Я снова прыгаю в машину.

Лишь бы не слышать их тупые вопросы, не видеть их безумных лиц, в поисках сенсаций.

Хоть бы раз им пришла в голову мысль, что они режут на куски чужие души. Причиняют боль и страдания. Но им же плевать.

Им нужна сенсация. Заголовки. Тиражи и просмотры их статей. Надо быть впереди планеты всей.

Интересно, что бы сказали они, если бы в их жизнь так лезли? Понравилось бы?

Я приезжаю к подруге. Она ждет меня внизу.

- Привет, - здоровается Алла. – Забегай. А то сейчас и здесь настигнут.

Мы быстро поднимаемся в ее квартиру.

- Это невозможно, - произношу я, усаживаясь в кресло в комнате.

- Обратная сторона популярности. Была у адвоката?

- У меня встреча во второй половине дня. Поеду после тебя.

- Надеюсь, проблем с разводом не возникнет, - произносит Алла.

- Возникнет, у Андрея куча долгов. Надо обсудить это с адвокатом.

- Ир, ну это как бы не официальные же долги. Те люди решили вернуть свои потраченные впустую деньги. Это нигде не зафиксировано и фиксировать никто не будет. Палиться с договорняком никто не станет. И Андрею твоему придется выкручиваться самому. Вряд ли они явятся к тебе с претензиями.

- Это не точно. Вдруг им захочется ускорить получение денег.

- Ну, если так, - вздыхает подруга.

Через полчаса уже еду к адвокату.

Подъезжаю к офисному центру. Смотрю на себя в зеркало. Вроде выгляжу вполне нормально.

Поднимаюсь на нужный этаж. Офис адвоката Дмитрия Власова выглядит солидно: кожаные кресла, дубовый стол, дипломы в рамках на стенах.

Надеюсь, он действительно сможет помочь.

- Ирина Владимировна, присаживайтесь, - мужчина лет сорока указывает на кресло напротив. - Слушаю вас внимательно.

Итак, начнем. Выдыхаю.

- Мой муж профессиональный теннисист. Андрей Смольный, может, слышали. - Власов кивает. – Заявил мне недавно, что хочет развод. Потому, что встретил другую, а она от него беременна. Плюс у него обнаружились долги.

- Какого характера долги?

- Двадцать пять миллионов рублей. Он сорвал договорной матч. Не выполнил обязательства перед серьезными людьми, - недовольно произношу я. – Теперь должен букмекерам.

Власов фиксирует подробности в свой планшет.

- А теперь расскажите о вашем имуществе.

- У меня есть своя квартира, еще до брака купила. И совместная с Андреем в ипотеке. Машина на мне оформлена. – Замолкаю на некоторое время. – Скажите, эти люди же не могут требовать с меня его долги?

Власов смотрит на меня внимательно.

- Ирина Владимировна, по закону вы не несете ответственности за личные долги супруга, если не являлись поручителем или созаемщиком. Ваша личная квартира под защитой. Но я так понимаю, что долги не вполне законные.

Я качаю головой в знак согласия.

- Понимаете, - я понижаю голос, - это не те долги, по которым подают в суд. Андрей должен был... проиграть свою подачу в третьем сете. А он выиграл матч. Все ставки сорвались.

Власов вздергивает брови, но не выглядит удивленным. Видимо, не первый раз слышит подобное.

- Договорные матчи, - констатирует он. - Сколько людей пострадало?

- Не знаю точно. Андрей говорит, что ставили крупно. Очень крупно. - Я сжимаю руки в замок. - Он сказал, что просто забыл, что надо было проиграть эту подачу. Увлекся игрой и все. Что-то щелкнуло в голове, и он проявил истинный спортивный характер.

- И теперь они требуют компенсацию?

- Двадцать пять миллионов. - Цифра звучит нереально. - Андрей говорит, что дал слово серьезным людям.

- Ирина Владимировна, вы понимаете, что официально эти долги не существуют? - Власов наклоняется вперед. - Никто не пойдет в суд требовать деньги за сорванную договорную игру. Это уголовно наказуемо.

- Но они же не отстанут просто так! – произношу я. - Они уже избили его. Он просит меня помочь. Но я не хочу в это ввязываться. Я ему сразу отказала. Но вдруг они явятся ко мне, когда поймут, что муж не сможет вернуть им долг.

- Это психологическое давление. Юридически вы чисты.

- А практически? - Я смотрю ему в глаза. - Что если они придут ко мне домой?

Власов молчит. Мы оба прекрасно понимаем, что закон - это одно, а реальность - совсем другое.

- Андрей не может просто уйти из спорта? - спрашивает он, наконец. - Исчезнуть?

- Тогда карьера будет закончена. Репутация рухнет. Если об этом узнают массы . Да и ассоциация профессиональных теннисистов может его дисквалифицировать. Контракты полетят.

- А вы знаете, кто именно эти люди? - Власов поднимает на меня глаза.