Развод из-за рыжей плутовки

ГЛАВА 24. ВАРВАРА

Я с волнением и трепетом в груди слушала, как Никита практически признаётся мне в любви, как вдруг всё испортил Фёдор.

Но как ни крути, Фёдор хорош собой. Он обошёл уже вдоль и поперёк весь участок, хотя приехали они всего несколько часов назад. Теперь он внезапно решил послушать лекцию про сапборды, наверняка ещё и озеро исследует, а потом и лес.

И что за тяга такая? Городскому жителю обычно такое не свойственно, а этого за уши не оттащить от земли, всё ходит и на нервы действует. Я улыбнулась. Бабушка учила меня быть гостеприимной. Всегда.

Пока гости находятся на твоей территории, молчи и улыбайся, а как гости уехали, делай и говори, что хочешь.

— Федя, ты вовремя. Присоединяйся.

Я не забыла, как буквально полчаса назад на этом же месте Фёдор схватил меня за руку. Мне кажется, он решил пошутить, но я не поняла его шутку. Я постараюсь забыть эту ситуацию.

Никита посмотрел на Федю, у него в глазах была ярость. Я чуть не прыснула со смеху: «Подеритесь ещё тут! А что, двое накачанных мужчин дерутся за рыжую красотку? Романтично!» Инга, где же ты? Я посмотрела за плечо Феди, но, к сожалению, Инга не шла спасать меня.

— Хорошо, вы продолжайте, не стесняйтесь. Эх, молодёжь! — Федя сел на стул и внимательно посмотрел на озеро.

Никита глубоко выдохнул и выжидающе посмотрел на меня. В его глазах я увидела просьбу о помощи, как будто всё его выражение лица так и молило об одном: «Прогони его отсюда, пожалуйста».

— Ты сказала, вы с Никитой недавно на сапборде плавали? Доска вас двоих спокойно выдержала? — спросил Федя с искренним любопытством.

— Да, — сказала я, — но доски бывают разные. Есть доски, которые выдержат только одного человека весом до шестидесяти-семидесяти килограмм, такие доски чаще покупают детям. Доски среднего размера выдерживают до ста-ста двадцати килограмм, и есть ещё длинные доски, у них грузоподъёмность сто сорок-сто восемьдесят килограмм.

— Так, ух ты! А у тебя какие доски?

Фёдор смотрел прямо мне в глаза. Как ловко он сместил Никиту с пьедестала и переключил всё моё внимание на себя. Никита молчал и даже не пытался вмешаться.

— У меня есть средняя доска, мы как раз на ней плавали, и есть доска поменьше.

— Фёдор, можешь поплавать прямо сейчас, — включился в разговор Никита, — зачем слушать сухую теорию, если можно испытать сразу на практике? Гарантирую, тебе понравится.

Федя задумался. Внутри себя я подумала: рискнёт или нет? Мне казалось, что такой, как Фёдя, с лёгкостью может броситься в речку и переплыть её, а проплыть на сапборде ему вообще будет раз плюнуть.

— А давай, — сказал Федя, — в принципе, я готов. Скажу честно, я ни разу не пробовал, но мне интересно.

— Никит, принеси доску, — попросила я, — или ты, Федь. Она тяжёлая, вы же не заставите девушку самой её тащить.

— Я принесу, — сказал Никита и побежал за доской.

Чтобы доска не нагревалась, я положила её на старый диван, который стоял под деревьями при входе на мостки.

— Я ещё хотела сказать несколько важных вещей. Во-первых, нужно держать баланс при помощи весла и использовать его как руль, стараясь вращать в нужную сторону; во-вторых, при поворотах нужно согнуть колени и перенести вес тела на соответствующую сторону; в-третьих, лучше всего плавать в спасательном жилете.

— Насмешила, — сказал Фёдор, — скажу по секрету: я сам из деревни и отлично умею плавать.

Неужели? Федя деревенский? Я не могла поверить своим ушам. Зато теперь всё встало на свои места, и его тяга к природе была мне понятна.

— А я всё думаю, почему тебя так к земле тянет, — сказала я.

— Это заметно?

— Обычно городские, если приезжают к нам, то сидят дома, ну максимум в беседке. На мостки один раз придут. А ты за несколько часов уже весь участок несколько раз обошёл, я заметила.

— Ты внимательная, — улыбнулся Фёдор.

Никита принёс доску с веслом и положил перед нами.

— Надеюсь, ты выносливый, — сказал Никита. — Вода ошибок не прощает, а упасть с этой доски — в два счёта.

— Уж поверь, я справлюсь.

— Давай я проведу инструктаж, как залезть на сапборд, — сказала я и, не дожидаясь его ответа, продолжила: — Спустись с лесенки, зайди в воду по колено, поставь доску на воду…

Я объяснила Фёдору все нюансы, и он, сняв шорты и оставшись в одних плавках, аккуратно сделал всё согласно инструктажу.

— Вау! — крикнул Фёдор. Он оттолкнулся веслом и поплыл.

— Далеко не уплывай, — попросила я.

Фёдор кивнул и отплыл от нас примерно на пятнадцать метров.

— Варь, мне, наверное, пора. Поговорим в другой раз, — сказал Никита, — сейчас вообще не до этого.

— Хорошо, Никит, прости, что у меня тут гости, суматоха. Может, встретимся с тобой позже? Завтра тебе будет удобно?

— Варь, ты только не смейся, но мне нужно завтра отвезти маму в город, она очень просила. Вернёмся мы уже ночью, но на день рождения к Игорю мы обязательно придём.

Я улыбнулась. Сама судьба мешает нашему разговору. Хотя, если бы Никита сильно хотел, то мог сказать прямо сейчас всё, что он хочет, но ему что-то мешало или кто-то.

Я посмотрела на Фёдора: он плавал недалеко от нас, но если говорить тихо, то он точно ничего не услышит. Но я не буду давить на Никиту, пусть сам принимает решение.

— Поняла тебя. Всё нормально. Ты с нами постоишь? Никуда не торопишься?

Я снова посмотрела на тропинку до дома, но больше к нам никто не шёл. Я бы очень хотела проводить Никиту, но не могла оставить своего гостя Федю одного на своей сап-доске, в каком-то смысле я сейчас чувствовала ответственность за него.

— Я уже пойду, — сказал Никита. — Я обещал маме, что ненадолго, туда-обратно. Она меня там мужскими делами запрягла, а то у отчима мигрень. Брат, как обычно, в компьютер играет.

— Хорошо, была рада увидеться, иди тогда. Я бы тебя проводила, но сам понимаешь, — я показала глазами на Федю и неловко улыбнулась.