Развод. Извинений не надо

Глава 5

Дмитрий

Дождь бил по стеклу, размывая отражение. Я сидел в машине, не включая двигатель. Не было сил. Не было смысла спешить.

Похороны закончились, люди разъехались, а тишина не приносила ни облегчения, ни ясности. Только гул в груди. И пустоту, которую невозможно заполнить словами.

Вероника.
Если бы кто-нибудь спросил меня при жизни, кем она была для меня — я бы не ответил. Не имел права. Я всегда держался на расстоянии. Она — жена партнёра. Умная. Сильная. Живая. Та, кто видела людей насквозь.
А я — тот, кто выбрал молчание. Из принципа. Из самодисциплины. Потому что лезть в чужую семью — не моё.

Но сейчас я впервые пожалел, что молчал.

Я закрыл глаза. "Стало скучно без тебя". Смешно, что вспомнилась именно эта её фраза — случайная, сказанная когда-то на офисной кухне, с чашкой кофе в руках. Тогда я лишь усмехнулся. А сейчас она резала, как стекло.

Конечно, Лёша произнёс сегодня красивую речь. Правильную. Гладкую. И именно это выбивало из равновесия больше всего.
Живой человек так не говорит на похоронах жены.
Живой человек не стоит с новой женщиной настолько близко, что между ними не продохнуть.

Лена.
Она даже лицо не соизволила держать — ни грамма боли. Удобная. Гибкая. Правильная. Такая, какой Лёше всегда было мало — и вдруг стало достаточно.

Я провёл ладонью по лицу. Злость была — но не на них. На чувство, что меня держат за идиота.

А потом я вспомнил, как Лёша, едва гроб опустили, уже говорил вполголоса с юристом. Оформление бумаг. Доступ к счетам. Доли.
Слишком быстро.
Слишком уверенно.
Как будто ждал.

И ещё одно не отпускало.

Женщина в капюшоне.

Всего секунда. Всего взгляд. Но я его почувствовал. Не глазами — кожей.
Как будто она смотрела так, как никто не смотрит на похоронах чужого человека.
Не любопытство.
Не чужое сочувствие.
Боль. Своя. Личная.

Я поморщился. Глупость. Наверное, нервы. Усталость. Дождь, сырость, недоверие к партнёру — всё вместе создаёт призраки там, где их нет.

Но от мысли избавиться не получалось.

Я завёл двигатель.
Если чувства лезут вперёд логики — надо дать слово логике. А логика говорила одно:

слишком много совпадений
и слишком мало фактов.

Я не верю Лёше.
И я не верю в идеальные трагедии, где всё складывается так удобно для одного человека.

— Черт, — тихо выдохнул я.

Нет, я не собираюсь мстить. И не собираюсь никого спасать. Но я хочу знать правду. Потому что правда — единственное, что меня когда-либо держало в этом мире.

Я достал телефон, открыл контакты, нашёл нужный номер.
Авиаэксперт. Старый знакомый. Не пресс-релизы, не официальные сводки — настоящие данные.

Палец завис над кнопкой вызова.

Не ради Вероники.
Слишком поздно уже что-то делать «ради неё».
Ради себя. Чтобы не дать Лёше провернуть то, что он задумал.

Я нажал.