Развод. Карма для бывшего

Глава 9. Кусочки пазла

«Чтобы больше никаких истерик на моём рабочем месте. Ты уяснила?»

Я читаю сообщение от Кирилла спокойно, потому что ни на какие эмоции я больше просто не способна. Как будто это не он назвал меня дурой и не он целовался с женщиной из прошлого, пока я ломала себя в сомнениях.

Удаляю, не отвечая.

Таких, как Кирилл, нужно вычеркивать из жизни без раздумий, как плохую строчку в черновике.

Только на деле всё, конечно, не так просто.

Человек, с которым прожила восемь лет в браке, не исчезает из головы по щелчку. Его голос ещё звучит в ушах, а память подкидывает кадры из прошлого. Но я стараюсь всеми силами выгонять его из своей головы, шаг за шагом, мысль за мыслью.

Я поднимаюсь с кровати, иду в душ. Долго стою под горячей водой, будто хочу смыть с себя всё: боль, стыд, воспоминания. И быстрее заснуть.

Утром я сажусь за кухонный стол, беру телефон и набираю номер, который когда-то знала наизусть. Голос в трубке немного усталый, но очень знакомый.

— Виктор Алексеевич, здравствуйте. Это Аня. Аня Верникова. Помните меня?

До Кирилла у меня была совсем другая жизнь.

Я работала в ресторанном бизнесе управляющей. Это была тяжёлая, изматывающая работа, в которой не было ни выходных, ни праздников, ни права на слабость.

Но именно там я чувствовала себя живой, уверенной в себе, а главное — нужной. Мной дорожили, к моему мнению прислушивались, я принимала решения, брала на себя ответственность, строила команду.

Моим начальником тогда был Виктор Алексеевич Бородин, человек строгий, но справедливый.

Он не раз бросал меня в бой, проверяя выдержку, но всегда поддерживал, когда было действительно трудно. Мы редко говорили по душам, но он знал, на что я способна, и давал мне шанс расти.

Я уставала до потери пульса, приходила домой на автопилоте, но внутри чувствовала удовлетворение: у меня была цель и место в этом мире.

После свадьбы с Кириллом всё изменилось.
Он очень быстро и мягко убедил меня, что я больше не должна работать.

«Ты заслужила отдых», — говорил он. «Теперь твоя задача — быть счастливой, расслабиться и просто наслаждаться жизнью».

Он обещал, что позаботится обо всём, что я больше не должна никуда бежать, ни с кем бороться. В его словах было столько тепла и уверенности, что я, уставшая после многих лет на износ, в какой-то момент действительно поверила: может быть, это и есть женское счастье — быть любимой, защищённой и нужной.

Мы очень хотели ребёнка. Но всё оказалось куда сложнее, чем казалось в начале.

Месяцы надежд сменялись разочарованиями, визитами к врачам, анализами, диагнозами. Мне казалось, что вся моя жизнь теперь вращается вокруг одной единственной цели — стать матерью.

О работе не могло быть и речи. Я жила между стенами клиник и коридорами ожиданий.

Каждый день начинался с вопроса: «А вдруг получилось?» и заканчивался молчанием.

Я отдалилась от всего, что когда-то наполняло меня.

Перестала быть той самой женщиной, что с утра до ночи крутилась в ресторане, уверенно шагала на смену, решала конфликты, знала цену своему времени и силам.

Сейчас, когда всё разрушилось — брак, доверие, иллюзии, — я начинаю понимать, насколько сильно отказалась от себя. Жила не своей жизнью, верила в нас, в него, в семью.

Но об одном я никогда не пожалею — о Лизе.
Моя дочь, это самое дорогое, что у меня есть. Она желанный и любимый ребёнок. Ради неё стоило пройти весь этот путь.

Да, каким бы подлецом ни был Кирилл, он действительно любит Лизу. Это, пожалуй, единственное настоящее чувство, на которое он способен. Но даже любовь к дочери не удержала его от предательства.

Он разрушил то, ради чего я жила.

— Анечка? Конечно. Как же тебя забыть? — в голосе тёплая нотка. — Как ты там?

— Я развожусь, — говорю без попытки приукрасить или смягчить. — Мне срочно нужна работа. Любая. Я готова хоть полы мыть. Главное, чтобы это было быстро, без лишних ожиданий. Мне очень нужно за что-то держаться, и чем раньше я найду работу, тем лучше.

Он молчит пару секунд, словно усиленно о чём-то думает, а потом говорит:

— У меня есть знакомый, владелец уютного кафе в центре. Им как раз нужна надёжная сменщица. Я ему сейчас позвоню и скажу, что ты — золото. Справишься?

— Конечно, справлюсь, — выдыхаю, с трудом сдерживая ком в горле. — Спасибо вам огромное, правда… Я даже не знаю, как вас отблагодарить. Вы просто… спасаете меня.

На том конце наступает короткая пауза, а потом голос моего прежнего начальника становится тёплым, почти отцовским:

— Держись, девочка. И помни, тебе здесь всегда рады.

Спустя пару часов у меня уже назначено собеседование, а после него я выхожу из кафе с графиком в руках. Работа несложная: смены по пять часов, официантка, но коллектив тёплый, люди улыбчивые, а главное — у меня теперь есть хоть какая-то финансовая безопасность.

Я выхожу на улицу и набираю Сашу.

— Саша, — говорю, как только она берёт трубку. — Ты не поверишь, с кем я сейчас говорила. Виктор Алексеевич. Мой бывший начальник. Помнишь?

Она отвечает быстро:

— Конечно, помню. Что случилось?

— Он помог мне с работой. Представляешь? У его знакомого небольшое кафе в центре, им срочно нужна сменщица. Меня только что приняли на работу.

— Ань, это потрясающе. Вот увидишь, всё у тебя получится, — слышу искреннюю радость в голосе Саши, и становится тепло на душе.

— Я так надеюсь… — шепчу. — Мне правда нужно, чтобы хоть что-то встало на место. Я просто хочу начать всё сначала.

— Слушай, — перебивает она мягко. — Давай сегодня увидимся в нашем любимом кафе, в пять? Я кое-что интересное узнала.

Я не могла дождаться нашей встречи. Саша явно что-то знала: её голос по телефону был слишком спокойным, почти загадочным. Она меня заинтриговала, и я шла в кафе с нетерпением.

Но, если быть честной, где-то глубоко внутри жило ощущение, что удивить меня уже невозможно. Всё, что могло перевернуть мою жизнь, уже случилось.