Развод. Когда умирает любовь

Третья глава

Внутри меня бушует ураган. Кажется, что сейчас каждая клеточка моего тела кричит от боли и ярости. "Администратор" – эхом отдается в моей голове. Он назвал меня администратором? После всего, что между нами было, после всех этих лет?

А её предложение – это просто плевок мне в лицо. Презрение окатывает меня с головы до ног. Я смотрю на них и ощущаю невыносимую мерзость.

Он предал меня, а для неё это все лишь забава, интересная игра для получения удовольствия. Уверена, что не один такой «рыбак» побывал в этом кабинете. А мой муж настоящий кретин, если считает, что он весь из себя такой уникальный.

Несмотря на все это меня разрывает на части от его предательства, но я не дам им увидеть мою слабость. Не дам им насладиться моей болью. Я глубоко вдыхаю, собираю остатки самообладания и смотрю Витале прямо в глаза.

– Да я лучше останусь одна, – говорю я, и мой голос звучит на удивление ровно. – Чем буду тратить время на кого попало.

Я перевожу взгляд на рыжую и одариваю ее ледяным взглядом.

– Не уверена, что этот боливар выдержит двоих. Он еще толком ничего не сделал, а уже устал, даже руками пошевелить не может.

Сказав это, я разворачиваюсь и ухожу. Не бегу, не кричу, не плачу. Иду медленно, с высоко поднятой головой, хотя внутри меня все окончательно рушится. Каждый шаг дается с трудом, но я иду. Я должна уйти. Должна сохранить хоть каплю достоинства в этой грязной ситуации.

– Ну что, лодку-то выбрали? – окликает меня тот мужчина, что восхитился моим желанием сделать такой подарок мужу.

– Нет, – устало качаю головой. – Оказывается, у меня теперь нет мужа и дарить лодку больше некому.

Он озадаченно смотрит на меня, а я разворачиваюсь и молча выхожу на улицу. С каждым шагом я чувствую, как меня покидает что-то важное. Кажется, что часть меня умерла прямо там, в этом проклятом кабинете.

Выйдя на улицу, я делаю глубокий вдох. Городской воздух кажется свежим и чистым после всей мерзости, что я там застала. Сажусь в машину и завожу мотор, чтобы как можно скорее уехать отсюда. Вернусь в салон и там уже дам волю своим чувствам.

Грудную клетку тут же сдавливает тисками, но я делаю еще один глубокий вдох и крепко сжимаю руль. Опускаю ручник и уже собираюсь тронуться с места, как внезапно прямо перед машиной появляется мой муж.

Мы какое-то время сверлим друг друга взглядами. А потом он жестом показывает, чтобы я опустила стекло. Мой первый порыв показать ему средний палец и надавить на газ, но мне вдруг становится интересно, что он собирается мне сейчас сказать.

– Что ты там устроила? – говорит он, опираясь на крышу моей машины

– А ты что там устроил? – вопросом на вопрос отвечаю я.

– Ты повела себя ужасно глупо, зачем ты приехала сюда?

– А зачем ты мне соврал?

– Арин, кажется, тебе стоит успокоиться, – вдруг произносит он, барабаня пальцами по крыше автомобиля.

– Мне? Да я совершенно спокойна. Сейчас еще на развод подам и вообще все прекрасно будет.

– Нам вовсе необязательно разводиться, – пожимает плечами он, чем вводит меня в ещё больший шок.

– А что нам тогда делать? Устроить «тройничок», как предлагала она?

– Вот что ты ёрничаешь? Это между прочим для дела. И потом, не понимаю твоих претензий, я вообще-то ради нас стараюсь.

– Видимо, плохо стараешься, поскольку никаких нас больше нет.

– Ну хорошо, допустим, ты вся такая молодец, поймала меня на «горячем», – издевательски произносит он. – И что дальше? Куда ты сейчас поедешь? В мою квартиру?

Смотрю на него, и внутри все закипает с новой силой. Ярость обжигает горло и не дает мне вымолвить ни слова.

– Арин, ну вроде взрослая женщина, законы знаешь. Ты вообще понимаешь, как это все важно для меня? Это мой основной спонсор, я же должен был её уважить.

Уважить? То есть заниматься развратом со своим спонсором – это, по его мнению, такой способ оказать уважение? И если она – основной, то, получается, есть ещё и не основные? Меня буквально тошнит от его слов.

– А меня ты уважал, когда врал мне в глаза…

– Да заткнись ты уже! – рявкает он, резко ударяя по крыше, и я вздрагиваю от неожиданности. – Вечно тебе всё не так. Раньше ты совсем другая была, зря я тебе позволил этот салон открыть. Мужа надо ждать дома в красивом белье и с кастрюлей борща в руках. Вот тогда и домой, к жене, хочется возвращаться, а ты из своего салона затемно приходишь. Мне, знаешь ли, тоже хочется тепла, внимания, нормальной женской ласки.

– То есть сейчас разговор у нас с тобой о том, что это я во всём виновата?

– Вот ты до этого ничего не знала и все было хорошо, чего тебя сейчас-то петух в жопу клюнул? Давай ты перестанешь ерепениться, съездишь куда-нибудь отдохнуть, развеешься, а потом мы сделаем вид, что ничего этого не было. И будем жить, как жили.

У меня просто в голове не укладывается весь этот бред, который он сейчас несет.

– Я не собираюсь закрывать глаза на твои похождения. Ты предал меня, растоптал, унизил…

– Вся такая несчастненькая, да? – усмехается он. – Ну, давай, подавай на развод. Только не забудь, что половина салона по закону причитается мне. И я её заберу. Посмотрим, как ты тогда запоешь.

Внутри все обрывается. Я смотрю на него и не узнаю. Это не тот мужчина, которого я любила. Это настоящее чудовище.

– Ты… ты не посмеешь, – шепчу я, чувствуя, как слезы подступают к горлу.

– Посмею, Арина, еще как посмею. Ты сама меня вынуждаешь. Так что подумай хорошенько, что тебе важнее – гордость или твой бизнес.