Развод. Когда я сказала "хватит"

3 Глава

Люси
Смаргиваю слезы, пытаюсь успокоиться и предотвратить грядущую истерику, потому что если пущу все на самотек сойду с ума, или же попаду в аварию.
Сосредоточив все внимание на дороге, я стараюсь не думать о том, что я сейчас увидела, и что услышала. Претворяюсь будто я просто еду навестить родителей, а не бегу от мужа, который только что разбил мне сердце.
На удивление я быстро добираюсь до дома отца, глушу мотор, и в этот момент папа выходит на крыльцо, хмурится, смотрит на меня. За ним выбегает мама. Улыбается, обогнав отца, бежит ко мне. Но видимо видит мои красные, воспаленные глаза, понимает, что у меня что – то случилось, и улыбка в ту же секунду с ее лица сходит.
Отстегиваю быстро ремень безопасности, открываю дверь, и буквально бросаюсь в мамины объятия. Плачу навзрыд, отпускаю всю свою боль наружу, и понимаю, что я пугаю маму, но успокоиться не могу. Смотрю в глаза отца, который все так же стоит на крыльце, не шевелится, и не понимаю, знает он уже что случилось, или нет? Позвонил ему этот предатель, сознался в своих делах, или же предпочел оставить все мне.
В глазах отца плещется тревога, а еще кажется, вина? Но, почему? Может это все не правда? Он ведь не мог согласиться на этот брак, и отдать меня в качестве разменной монеты? Гаранта того, что он отдаст долги. Папа ведь меня любит.
- Дочка, что случилось? Почему ты так горько плачешь?
Отрываюсь от мамы, и глядя в глаза отцу произношу:
- Артур мне изменяет. Он привел в наш дом свою беременную любовницу, и сказал, что я должна ей прислуживать.
Папа закрывает глаза, разочарованно опускает голову, но он не выглядит удивленным, получается, он знал? Знал и молчал?!
Мама в шоке смотрит на меня, а то, что говорит дальше папа, ввергает меня в шок:
- Зря ты приехала, Люси. Как я тебя воспитывал? Мужчина в семье – мужчина. Женщина не влезай. Ты должна быть покорной и молчаливой, а ты что устроила?!
Округлив глаза, смотрю на отца, а он просто разворачивается и заходит в дом, громко хлопнув дверью.
- Мама, что происходит? Он... ты слышала, что он сказал? Как это?
По моим щекам вновь бегут слезы, словно кто – то открутил кран, а закрутить его забыл.
- Доченька, милая моя, я сама не понимаю, что происходит. Он уже больше недели как на взводе, хмурый, молчаливый, нервный. Не обижайся дочка, сейчас поймет что ляпнул, и извиняться будет. Вот увидишь.
Мама берет меня за руку, и тянет к дому, а я как – то неуверенно переминаюсь с ноги на ногу, а в голове всплывают слова мужа, и теперь еще и мама подтверждает, что у отца проблемы. Но, как же так? Неужели ради своего бизнеса, он отдаст меня на растерзание? Я ведь и так в свое время пожертвовала многим ради него.
- Пойдем, милая. Все будет хорошо. В беде не оставим.
Заходим с мамой в дом, направляемся на кухню, и я все же решаюсь спросить ее.
- Можно я с вами поживу, по крайней мере, пока не разведут нас? Мне нужно подумать, что делать дальше, и как жить.
- Кон...
- Никакого развода не будет! И жить ты будешь подле мужа! Это мое последнее слово, Люси! Так что, долго тут не рассиживайся, я уже позвонил Артуру, скоро он тебя заберет.
У входа на кухню стоит папа, скрестив руки на груди, и зло смотрит на нас с матерью.
- Что ты такое говоришь Вазген? Это ведь твоя дочь! – Встает на мою защиту мама.
- Не лезь, Марине. Она замуж вышла, слушаться должна. Ну и что, что привел любовницу? Жена ведь Люси, а ведет себя так, словно у нее совершенно другая роль. Я сказал, никакого развода не будет, и нечего мне здесь сопли на кулак наматывать!
Встаю со стула, на котором сидела, и чувствую, как грудь сжимается от очередного предательства.
- Значит это правда. Ты меня просто продал, отдал в залог, взамен денег, которые тебе дал этот предатель. А я ведь не хотела выходить замуж, плакала, просила тебя, что ты мне тогда ответил, помнишь? – Подхожу к отцу, который выглядит не очень, видно, что мечется, и я пытаюсь вывести его на мою сторону. – Что он меня не обидит. Что будет, как принцессу на руках носить, что жизнь наша будет слаженной, светлой и счастливой. Ты говорил, что этот брак только укрепит нас. Что ты защитишь, если меня что – то не устроит. И что же я вижу сейчас? Пап, ты от меня отвернулся? Тебе деньги и бизнес дороже родной и единственной дочери?
Он не смотрит мне в глаза, взгляд в пол опущен, но крепко сжимает руки, злится.
- Не говори глупости. Позоришь меня только. Если бы ты родила в первый же год вашего брака, ничего бы подобного не случилось, но тебе же так была важна учеба, вот теперь пожинай плоды. Любовница родит быстрее собственной жены. Не делай из мухи слова. Многие так живут, и вторых жен принимают, чем ты лучше? Терпи и молчи, придет время, и будешь свободна, а сейчас делай то, что он скажет, и прекрати жаловаться.
- Никогда бы не подумала, что скажу это, но это не я позор в нашей семье, а ты. Предатель, которого я не желаю называть отцом. – Сначала я слышу шлепок, и только потом меня догоняет боль.
Отец впервые в жизни поднял на меня руку. В шоке прикладываю холодную руку к пылающей щеке, смотрю в его налитые кровью глаза, и не узнаю. Это не мой отец, это монстр, который жаждет лишь власть и деньги. Смотрю и понимаю, что если смирюсь, то никогда не получу свободу, потому что отца все устраивает, он и не собирается отдавать долг.
Слышу, как у дома тормозит машина, и понимаю, что это мой палач приехал, и времени у меня больше не осталось, но все же напоследок решаю сказать:
- Я никогда не смирюсь. Лучше убегу на улицу, и буду милостыню просить, чем прислуживать этой вертихвостке. А ты продолжай в том же духе, дочь уже потерял, скоро и все остальное потеряешь.
Отворачиваюсь, смотрю на мать, и вижу в ее глазах жалость, и страх. Она покорно опустила голову, плачет и молчит. Но, я ее не виню. Потому что понимаю, что она такая же заложница этой ситуации, и ничем мне сейчас не поможет. Поэтому, молча обхожу застывшего отца, прохожу в коридор, и резко открыв дверь, сталкиваюсь с насмешливым взглядом мужа.