Развод. Кусай локти, козёл!

Ты приведение?

Врываюсь в спортивную школу. На лавке у охранника…никого нет?!

- Простите, а вы не видели маленькую девочку? Русая такая, заплаканная…Должна была ждать меня где-то здесь…- так неловко искать ребенка именно по этим приметам. Но от стресса я даже не могу вспомнить, в какой одежде Ксюша выходила из дома.

Охранник смотрел на меня сначала презрительно, но потом усмехнулся:”Была, а как же. Взмахнула руками и просила передать, что она для вас умерла, и чтобы никто к ней не подходил. И что вы предатели”. Да, это в духе нашей девочки…Сначала насмотрится сериалов по телевизору, а потом копирует, что там вытворяют на экране взрослые.

- И?! Она в таком настроении ушла куда-то?!

Когда девочка надувалась, она могла специально вырвать руку во время прогулки или спрятаться за дверь. И, естественно, наигранно громко вздыхать и ругаться, чтобы к ней пришли мириться. Она для приличия сначала отнекивалась, но потом великодушно всех прощала. В этот раз она могла назло нам выбежать и затеряться в каком-нибудь парке, за гаражами, на парковке и еще бог знает где…Когда она была совсем карапузиком, то грозилась, что напишет на нас заявление в полицию. За то, что мы не купили ей огромную куклу.

- Обижаете. Что мы, совсем дундуки, чтобы детей, куда глаза глядят, отпускать? Где-то тут она на территории. В последний раз уборщицы ее видели в раздевалке. Нянек у нас нет, сидеть с ней неустанно. Но уж на улицу не выкинем. Хотя, если вы понимаете, о чем я, время у нас уже давно к закрытию. Перерабатываю во благо общества.

Бурчу “спасибо” и сую ему в ладонь пятьсот рублей. Не выпустил - уже хорошо. Значит, пойду поговорю с ней. Хотя я так спешила, что даже не придумала, как бы не сыпать ей соль в открытую рану.

- Кто здесь? Приведение? - пискнула Ксюша, когда услышала мои шаги, эхом раздававшиеся в пустом коридоре.

Мест, где она могла спрятаться, к моему счастью было мало - все уже успели закрыть на ключ. Оставался только туалет и раздевалка. Малышка испугалась незнакомых шагов и сама же себя и выдала.

- Нет, это я, Маша, -ласково заговорила я. Столько времени прошло, но мы не называли друг друга “мама” и “дочка”. Может, сложности были и из-за Олеси. Ведь она, хоть и коряво, но присутствовала в жизни дочери. Подначивала пару раз, чтобы та называла меня “тетей” или “мачехой”, но мне такое не по душе.

Ксюша тут же бросила на меня ненавистный взгляд и поспешила юркнуть в свой железный шкаф: “Уходи. Не хочу тебя видеть. Ты мне не нужна!”

Я прекрасно понимала, что ребенок говорит так от злости и обиды. Это она сама чувствовала себя брошенной и никому не нужной, поэтому сейчас переносила все эти ужасные чувства на меня.

И вдруг в моей голове возникает странный план. Как проучить и отомстить изменщика-мужа. Хотя бы самую малость. Потом я придумаю что-то пострашнее.