Развод. Ложь длиною в двадцать лет

Глава 7

Олег

Оксана. Все мои самые сильные эмоции и переживания связаны именно с ней. Сначала это была страсть, практически одержимость ею, острое желание перевернуть ради нее мир. Потом боль и обида на то, что не захотела меня понять и ждать. С ума тогда сходил. И наверняка благодаря злости и желанию доказать ей, как она была неправа, я и заработал свой первый миллион. Месть — лучшее топливо для амбиций. Потом пошло-поехало, и я остыл. В моей жизни появились другие женщины. Но! Я всех их невольно сравнивал с Оксаной. Вернее, не так — не их, а чувства, которые они во мне будили. Ну и, конечно, никто из них даже близко с Оксаной не сравнится. Роковая женщина в моей жизни. Возможно, первая любовь самая сильная, а я после разочарования зачерствел. Ведь мои женщины были и умными, и красивыми, и умелыми. Или я просто-напросто однолюб. Бывает и такое.

Однако с недавних пор я начал задумываться, что пора обзаводиться семьей. Все же сорок два — солидный возраст. У меня даже появилась достойная кандидатура на роль жены и матери моих детей. Кристине тридцать, она блогер. Яркая молодая женщина, самодостаточная и вроде бы всем хороша, но… Чего-то мне в ней не хватало. От решительного шага я отказывался, и причина лично для меня была ясна — я хотел увидеть перед этим Оксану. Убедиться, что между нами всё прошло. Что я не сорвусь по первому её зову и не сделаю несчастными жену и наших детей. Поэтому и выбрал время для этой встречи с прошлым. Ну и со своими одноклассниками заодно. Убить двух зайцев одним выстрелом.

Ну и чего я добился?

Только одного: понимания, что ничего между нами не кончено. Мы — и я, и Оксана — горим как и прежде. Она с годами стала ещё красивее. Расцвела, фигура стала женственнее, движения и жесты приобрели плавность и грацию. Она нашла свой стиль и теперь выглядела не как девчонка в поисках себя, а как очень дорогая, знающая себе цену женщина. А ещё я чётко уловил, что в браке она несчастлива. Это читалось в её глазах.

Я наводил о ней и о её семье справки, поэтому прекрасно знал, что её муж Ринат Зарянов — бизнесмен средней руки и не то чтобы верный семьянин. Достаточно было по своим каналам проследить движение средств по его счетам, чтобы понять: мужик тянет на себе расходы не только на содержание законных жены и дочери. Явление это нередкое. Есть и другие любители организовать себе гарем, даже на скромную зарплату. Я только не мог понять: Оксана этого не знает или её всё устраивает? Поэтому и спросил её за столом, не собирается ли она разводиться. Решил проверить её реакцию.

Она вздрагивает и смотрит на меня со смесью испуга и удивления. Значит, в точку попал. Задел за живое.

— Это странный вопрос, Олег, — шепчет, пытаясь уйти от ответа.

Но я уже как та гончая взял след и с тропы не сверну. Не отстану.

— Только не для нас с тобой, Ксан. Он был бы странным, если бы я задал его той же Маринке или даже Танюхе, — неопределённо киваю в сторону одноклассниц.

Они обсуждают сериал Веры и на нас внимания не обращают. Можем шептаться беспрепятственно сколько угодно.

— Таня давно уже развелась, — хмыкает Оксана.

Так и пытается перевести стрелки, будто не знает меня и моё упорство. Может, забыла? Да вот только я не забыл. Я слишком хорошо знаю Оксану, чтобы понимать: семья Заряновых на грани развода. Я радуюсь этому, и мне ни капельки не стыдно. Оксана — моя женщина, моя вторая половина, которая из-за превратностей судьбы на какое-то время сбилась с нашей общей дороги. И что в этом во всем самое удивительное — у меня нет ревности к её мужу! Я как будто принял её ошибку и заранее простил. Всё, что меня сейчас волнует, это ускорить распад их семьи и вернуть Оксану туда, где она и должна была изначально быть — в мой дом. Да, мы потеряли много времени, но у нас ещё вся жизнь впереди. Главное — не упустить Оксану снова.

— Ксан, перестань. Ты всё прекрасно понимаешь. И зачем я интересуюсь твоим разводом, и зачем я вообще сегодня за этим столом, и какова моя цель, — говорю прямо. Хватит ходить вокруг да около.

Глаза Оксаны округляются, губы дрожат. Она сильно нервничает, и я беру её руку в свою. Она ледяная!

— Я боюсь предполагать, — шепчет она.

— Замёрзла? Пойдём в дом, согреешься, и там поговорим, — предлагаю, предпринимая попытку встать и потянуть её за собой. Наедине нам будет лучше.

— Сиди на месте! — неожиданно властно рявкает Оксана. — Позже, когда все на перекур и размяться пойдут. Не будем привлекать лишнее внимание.

Мне совершенно наплевать, кто за этим столом что о нас подумает. Я в родном городе даже не живу. И Оксану планирую забрать. У меня прекрасный дом на берегу Чёрного моря. Но если для неё чужое мнение важно — не проблема. Я подожду. Готов пойти на уступки ради неё.

— Ладно, — киваю и возвращаю внимание к разговорам за столом.

Но руку Оксаны не отпускаю. Так и держу в своей, согревая.

— …И вот жена мне говорит: хочу дочку, три сына — это чужие мужья! А я ей: с дуба рухнула? Мы уже старые! А вдруг опять мальчик? — жалуется Илюха Виноградов.

Он на заводе работает. Кажется, мастером или даже начальником цеха. Простой мужик.

— Да какие вы старые? — возмущаюсь. — В Европе в таком возрасте только начинают рожать. У нас ещё всё впереди.

Вообще-то я планирую с Оксаной детей, и тема про старость мне не нравится.

— То там, а то у нас, — хором возражают мне сразу несколько девчонок.

— Ой нет. Я пас. Теперь только для себя жить буду, — заявляет Танюха, лучшая подруга моей Ксанки.

Я перевожу взгляд на свою уже почти точно будущую жену.

— А ты что думаешь об этом? — спрашиваю.

И даже дышать перестаю, дожидаясь её ответа. В этот момент решается моя судьба.