Развод. Лучшая подруга моего мужа

Глава 2. Божий одуванчик

Слабыми шагами на ватных ногах я подхожу к приоткрытой двери в гостиную и толкаю ее.

Она бесшумно распахивается, и картина измены моего мужа является мне фрагментами.

Первой в глаза бросается стройная белая нога Ларисы, что находится поверх бедра Гриши. Он в том же костюме, который я вчера ему гладила полночи.

По легенде ему нужно было встретиться с инвестором, чтобы обсудить сделку.

Откуда мне было знать, что та самая бизнес-встреча произойдет у нас дома посреди рабочего дня?

А вот Гриша точно знал, что меня дома не будет, потому что я никогда до сегодняшнего дня не возвращалась в обеденный перерыв.

На Ларисе короткое красное платье, которое задралось неприлично высокого оттого, что она сидит верхом на моем муже, разведя ноги. Бретельки платья болтаются на локтях, намекая, что именно она так настойчиво предлагала потрогать.

К случке они пока не приступили, уж не знаю почему.

— Кстати, я забыла тебе сказать, Гриша, — сладко и с полу стоном в голосе говорит Лариса. — Я. Без. Трусиков.

— И без совести! — рявкаю я, потеряв терпение, и это производит эффект разорвавшейся бомбы.

Мой муж резко встает с дивана, отчего его подруга детства кубарем скатывается на пол.

— Оля, — уверенно говорит он, поправляя слегка съехавший галстук. — Что ты делаешь дома в такое время? — клянусь, тон у него такой, словно это он меня с любовником застукал, а не наоборот.

— Извини, что не вовремя, — нахожу в себе силы даже подмигнуть мужу. — Инвестору встать помоги, — киваю на Ларису, что молчит только потому, что пытается натянуть платье размером с наволочку на вываливающуюся грудь, но при этом то и дело оголяется другая часть ее тела.

Та самая, что без трусиков.

Причем, я правда не удивлена. Она в моих глазах никогда не была приличной женщиной, и где-то глубоко внутри я подозревала, что она способна на такой гадкий поступок.

Я, наивная дура, думала, что Гриша как мужчина просто не разбирается в женщинах, и правда воспринимает Ларису как подросшую подругу детства. Свою в доску, так сказать.

Лохушка я.

— Не молчи, Гриша. Сейчас самое время сказать какую-нибудь клишированную фразу, которую говорят все мужики изменники.

— Я не считаю, что должен оправдываться, — говорит в своей коронной манере Медведев, и, выпрямив спину, сует руки в карманы брюк. — Лара просто перебрала вина.

— Просто перебрала вина? Ты обалдел? — я аж прыскаю от наглости.

В ответ на мой смех в синих глазах мужа вспыхивают грозы. Он щурит веки. Черты его лица становятся еще более волевыми, чем обычно. Даже злыми.

— Оленька, — поднявшись на ноги, Лариса смотрит на меня бегающими глазками. Именно бегающими, а не пьяными, как пытается убедить меня муж. — Ты…

— Серая мышь и божий одуванчик? — возвращаю ей ее же слова.

Она белеет. Вот прям белеет до цвета бумаги и туго сглатывает.

— Нет-нет, ты сейчас вырываешь слова из контекста, — спешит оправдаться она и делает это весьма правдоподобно. — Гриша, скажи ей, что она не права. Я же ничего плохого про нее не говорила, ей-богу…

— Обе рты закрыли. Заканчиваем балаган.

Он отодвигает рукав пиджака и смотрит на дорогие наручные часы, которые купил себе после последней удачной сделки несколько месяцев назад.

Он тогда сказал мне, что сорвал большой куш, и что если я хочу родить ребенка, то он будет рад полностью меня содержать, сколько потребуется.

Сам Гриша давно хочет детей, и все годы именно я тормозила расширение нашей семьи. И как оказывается не зря.

Три месяца назад я перестала принимать контрацептивы.

Жаль, что тогда я не знала, что мой муж и сам — контрацептив, какого поискать!

— Мне пора на встречу. Вечером поговорим, — коротко произносит, и прежде чем выйти из гостиной, целует меня в щеку. Я настолько ошарашена его поведением, что застываю на месте. — Лара, собери свои вещи, я отвезу тебя к маме, ты ведь у нее остановилась?

Под вещами он подразумевает лежащий на полу женский пиджак с цветочным принтом и пару черных туфель с красной подошвой.

— Да-да… — суетясь она собирает свои шмотки с пола то и дело поглядывая на меня и Гришу, словно ожидает когда между нами заискрит скандал.

— Медведев! — рявкаю я с такой силой, что связки начинает саднить. — Если ты переступишь порог нашего дома в компании этой дряхлой и потасканной кобылы, то лучше забудь дорогу обратно!

Как бы подруга мужа не строила из себя девочку-припевочку, у нее уже давно вид далеко не первой свежести.

— Я не дряхлая! — возмущается Лариса и ее лицо на мгновение искажает маска бабы-яги. — Гриша, скажи ей что-нибудь. Она оскорбляет мое достоинство! — канючит она, глядя на моего мужа исподлобья.

— Ты оставила свое достоинство там же где и нижнее белье, так что молчи, — осаживаю ее я.

— Это мой дом, Оль, — на отвали отвечает муж, полностью игнорируя мою короткую перепалку с его подругой. — Я не просто сюда вернусь. Мы еще с тобой обо всем поговорим. А пока используй время до вечера с пользой, успокойся и не доводи себя до истерики. Ничего не произошло.

— Только потому, что сюда вошла я! — говорю мужу прямо в лицо, а у него ни один мускул не дрогнул.

Мои слова как об стенку горох.

— Если бы не я, то твоя ненаглядная лучшая подруга детства, скакала бы верхом на тебе, размахивая у твоего лица своими бидонами! Ты что не видишь кто она? Это же волк в овечьей шкуре, посмотри на нее…

— Не говори про нее так, — резко отчеканивает муж и проходит мимо меня. — Лара, у тебя минута, или я уеду без тебя.