Развод. Лучшая подруга моего мужа

Глава 14. Ты нужна мне...

На новой, чужой и холодной квартире, куда еле поместились сумки и чемоданы с моими вещами, я, наконец, даю выход чувствам.

Запираю дверь на замок, прямо вдоль нее съезжаю на пол.

Роняю лицо в ладони и плачу.

Быстрые ручьи горячих слез сменяются громкими рыданиями, которые рвутся из самой глубины души, и мне совершенно не стыдно за себя.

Я же не железная. И Гришу, каким бы он ни был иудой, я люблю. Хоть сердце из груди голыми руками вырывай, но это так. Врать само́й себе смысла нет.

Я люблю его также сильно, как еще два дня назад, когда я проснулась в его руках и потягиваясь, как кошка, льнула к его губам. В его руках я была самой счастливой на свете.

Он так меня целовал.

Такие слова шептал.

И это вовсе не остановило его от жаркой прелюдии с Ларисой на нашем диване, который мы, блин, вместе выбирали. Я тогда помню, как его увидела, сразу же сказала Грише, что либо этот, либо никакой.

Медведев тогда меня приобнял у всех на глазах в мебельном и сказал, что за одну мою улыбку сделает все.

Сделал. Спасибо. Диван купил, а свою первую любовь из нашего брака вытолкнуть не смог. Потому что не хотел.

Застать мужа с другой на обеденном перерыве — кажется, такая банальщина и клише, что пошлее просто некуда.

А легче от этого не становится. Любовницы — это тоже клише, и все равно каждой обманутой жене больно.

Я, наивная, думала, что вот кому-то там изменяют, а мне нет. А если бы изменял Гриша, так я бы сразу заметила. Ха-ха. Пять лет меня водили за нос, кормили сказками, а я верила.

И в этом моя беда. Я бы не смогла так искусно лгать, поэтому безоговорочно доверяла мужу, ведь мы с ним это одно целое...

Я думала, что взамен на мою любовь он отплатит мне своей. Отплатил, причем в стиле большинства мужчин, только не любовью, а приведенной в дом полуголой бабы.

Рукавом вытираю мокрые глаза и чертыхаюсь от следа размазанной черной туши.

Плывущим зрением смотрю на телефон, который не проверяла последний час как минимум, потому что занималась переездом.

На экране — пропущенные звонки, смски, сообщения в мессенджерах и соцсетях. И все они от мужа. У меня аж смартфон нагрелся от беспрестанного потока информации.

Палец замирает над экраном.

Разблокировать и прочитать? Кусаю нижнюю губу до боли.

Нельзя.

Пошел он в жопу. Или если выразиться точнее, пусть делает то, что у него получается лучше всего — помогает Ларисе. А с меня довольно.

Захожу в список контактов, где блокирую его номер. То же самое проделываю с соцсетями и мессенджерами, чтобы он больше нигде не мог меня найти и написать.

Я не обязана с ним общаться. К тому же народная мудрость не зря гласит: с глаз долой из сердца – вон. Время лечит, и я еще отряхнусь от этого предателя.

Сколько времени мне займет выкорчевать его из своего сердца, я не знаю. Боюсь даже подумать.

А еще, по канону жанра, я уверена, что мне придется лицезреть их с Ларисой свадьбу.

От этой мысли начинает мутить. Причем конкретно.

— Нет, блин! Только не это… — на ходу стягиваю с себя куртку, скидываю кроссовки и лечу прямо к унитазу, разбивая коленки о холодную плитку. — Боже, пожалуйста, я ненавижу, когда меня тошнит!

Мольбы не помогают, и меня выворачивает наизнанку с такой силой, что приходится какое-то время сидеть на полу в ванной и контролировать дыхание.

И только я прихожу в себя, как мне на телефон снова звонят. От имени Ларисы на экране внутри поднимается волна ярости.

— Слушаю, — после тошноты голос звучит хрипло.

— О! Оленька, — сладко щебечет она. Впрочем, я так и думала, что она вызвала к себе Гришу без причины, а он и рад был. — Я тебе звоню по мелочи, не поверишь.

— Поверю, почему же нет? Медведев теперь твой, а это долгожданная победа, после которой остаются только мелочи.

У меня даже хватает сил усмехнуться в трубку этой сучке, которая не имеет ни капли женской солидарности.

Гриша не мог не видеть в ней этой гнили. Все он понимал, просто его все устраивает как есть.

— Я не могу найти у вас дома полотенца, представляешь? — деловито заявляет она. — Гриша ушел в душ, а я не хочу его беспокоить. В шкафу поискала, там ничего. В комоде тоже. Я не там смотрю?

На мгновения я лишаюсь дара речи. Гриша в душе, а она у нас дома?..

— Свято место пусто не бывает, я смотрю.

— Что прости?

— Я забрала все полотенца с собой, — вру я, потому что мне параллельно где у нас лежат полотенца. — Вытирайтесь друг о друга! Уверена, вам не впервой.

— Оль…

— Пошла на хрен! Не смей никогда мне больше звонить! — отнимаю от уха трубку.

Но прежде чем отключить звонок, слышу голос мужа:

— Лара, иди сюда! Ты нужна мне…