Развод. Лучшая подруга моего мужа

Глава 17. План Ларисы

Лариса

Маячок в машине Гриши — невероятно полезная вещь. Мне спокойнее на душе, когда я знаю, где он и что он.

Главное, чтобы он не спутался со своей серой мышью женой. Сама-то она к нему после моего ночного звонка не полезет. Я ее разозлила, и тем самым взяла ее эмоции под свой контроль.

Теперь, что бы я ни делала, для Оленьки я — триггер.

Отлично. От этой мысли я широко улыбаюсь, но тут…

— Ауч, — зашипев от боли, я смотрю в зеркало заднего вида. — Да твою ж…

Только что зажившая губа треснула и снова начала саднить.

Даниил не хотел бить мне пощечины. Прям отпирался и лез целоваться. Влюбленный дурак.

Сначала не хотел, а когда кровать под нами начала плавиться, он делал все, что я просила, и пощечины были самым невинной просьбой. На моем теле не осталось места, где бы он ни побывал…

Это тоже было частью плана, ведь чем больше мое тело напоминало тело жертвы насилия, тем больше сострадания я должна была получить от Гриши.

И он примчался. Взвинченный, злой на Олю, и полной заботы обо мне. До сих пор помню, как расширились зрачки, когда он увидел мою раскуроченную спальню.

Я сидела на кровати полностью обнаженной, прикрываясь тонкой простыней. Пришлось слегка растрепать себе волосы и пару раз бедром «упасть» на острый край комода, чтобы к его приезду налились кровоподтеки.

— Твою мать, — Гриша, ошеломленный и безумно сексуальный, подошел к постели и хрипло спросил: — Ты как?

— Теперь лучше, — обронила я и расплакалась, чтобы он меня обнял.

И он обнял. Прижал к своей вкусно пахнущей груди и пообещал, что отвезет меня снять побои, а потом найдет Даню и прибьет его.

Я тогда удовлетворенно улыбнулась ему в грудь, пока он не видел, и сипло попросила:

— Не бросай меня…

— Не брошу, — пообещал он и помог мне одеться.

Сил у меня и само́й хватало, но надо было играть роль до конца. В свою машину он вел меня, держа за руку, и у меня тогда от счастья чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

Так и должно быть. Никой аморфной Оли между нами. Гриша ошибся, когда на ней женился, и я ему это докажу.

Ее нервы у меня в кулаке, надо будет только надавить на нужную болевую точку, и она покажет себя Грише с такой стороны, что он сам поспешит с ней развестись.

Мужчины не любят обозленных и склочных баб. А именно такой Оленька и станет, потому что я при каждой возможности буду тянуть за нужные ниточки.

Смотрю в приложение трекера и не понимаю, где сейчас Медведев. Это точно не его офис. Забиваю адрес в поисковик и с досадой понимаю, что он на работе у своей дуры жены.

— Да вы издеваетесь? — зло колочу по рулю, затем беру себя в руки и срываюсь с места так, что покрышки скрипят.

Хорошо, что я рядом.

Неполных пять минут, и вот я уже узнаю у дурочки с ресепшен, как мне найти Олю Медведеву, по легенде, свою младшую сестренку.

Вид у меня скверный, и блондинка за стойкой, нехотя, но все-таки выдает мне точное местоположение серой мыши.

Поднимаюсь на нужный этаж и сразу же замечаю выделяющуюся на фоне остальных могучую фигуру Гриши вдалеке. Прихрамывая как можно более реалистично, я иду к нему, не видя никаких препятствий.

Первой меня замечает Оля. Бледнющая, как будто скоро сдохнет от малокровия. Щеки провалились, под глазами тени.

Что же, расставание с Гришей дается ей не так легко, как хотелось бы. Так ей и надо!

— На ловца и зверь бежит, — небрежно бросает она мне так еще и смотрит с отвращением.

Вот коза. Так бы и повыдергивала патлы! Но это я еще успею сделать, а сегодня у меня другая, куда более важная роль.

— Оль, ты должна меня выслушать! — голос Гриши на грани.

Кажется, им не хватает всего одной искры до полноценного скандала…

Чиркнуть спичкой, что ли?

— Я потеряла интерес к этой беседе. К тому же, обернись. Медведев. Пришла твоя так называемая подруга. Вы прям неразлучны! — гордо вскидывает подбородок мышь, а Гриша почему-то даже не оборачивается на меня.

Более того, он весь к ней тянется. Как будто Оля медом намазана. Его поза, положение корпуса, все направлено к ней.

К ней!

— Гриш, — хрипло произношу я и обвиваю его мускулистое предплечье пальцами. — Я увидела снаружи твою машину и решила вас с Олей проведать, так и знала, что вы вместе…

Медведев поворачивается ко мне, как в замедленной съёмке. Я не узнаю этот взгляд, он никогда так на меня не смотрит. Веки слегка прищурены, глаза как два ножа, ноздри раздулись, а губы сжаты в плотную линию.

— Пошла отсюда! — он стряхивает мою руку, как ядовитую змею, пока настоящая бледная змеюка за этим наблюдает, стоя у рабочего стола. — На хрен вышла. Бегом. Меня задрало, что ты вечно подкидываешь мне проблемы…

Я захлебываюсь воздухом, ощущая себя как во сне.

— Ты… это… мне?..

— Тебе, Лара, тебе. Кому еще? — он грозно нависает надо мной, и его взгляд еще никогда не смотрел на меня с такой ненавистью.

Что эта тварина ему наплела? Какими словами меня опорочила, моль поганая?

— Гриша, ты так со мной никогда не разговариваешь. Что с тобой стряслось?.. — блею, хотя на самом деле хочу разорвать его тварь-жену.

Это ее рук дело. Она его довела до такого состояния.

— Счастливо оставаться, любовнички! — мимо нас пролетает спешащая на выход Ольга.

— Оля, стой! — Гриша забывает про меня и несется за ней как привороженный.

— Гриша? — зову его я, и все оборачиваются. — Гриша! — снова кричу, и мне плевать, кто что подумает. — У меня кровотечение только что открылось, помоги.

Он останавливается.

Сработало.

Я знаю его с детства, эмпатия родилась вперед него, а значит, пока я в статусе жертвы надругательства, он не сможет мне отказать.

— Где болит? — спрашивает он, глядя на меня своими внимательными глазами.

— Там… живот… — жалобно произношу я.

— Поедем, отвезу тебя к врачу. А потом поеду за Олей.