Развод. Любовь (не) вернуть

Глава 3

Дверь открывается резко, без предупреждения. Артем входит с телефоном у уха, говорит с кем-то по-английски, быстро, уверенно. Видит меня и поднимает палец вверх — жди минуту. Я жду. Сижу в его кабинете, как посетитель на приеме, и жду, пока мой собственный муж соизволит закончить разговор.

Он говорит еще пять минут. Потом еще три. Я считаю секунды, наблюдая за ним. За тем, как он расхаживает по кабинету, как жестикулирует свободной рукой, как улыбается чему-то, что говорит собеседник. Он в своей стихии. Успешный, влиятельный, нужный.

А я? Кто я здесь?

Наконец, он кладет трубку и смотрит на меня. Не садится рядом, не обнимает, не извиняется за утро. Просто облокачивается о стол и спрашивает:

— Ну что, передумала дуться?

Дуться. Он считает, что я дуюсь. Как капризный ребенок, которому не купили игрушку.

— Тем, ты ворвался ко мне на работу и устроил сцену, — говорю я, стараясь держать голос ровным. — У меня был человек. Я не могла просто бросить все и...

— Бросить? — перебивает он, и в его голосе звучит насмешка. — Яна, ты консультируешь пенсионеров бесплатно. Это не карьера. Это хобби.

Хобби. Моя работа — хобби.

Что-то внутри меня болезненно сжимается. Я всегда знала, что Артем не понимает, почему я работаю в центре помощи вместо того, чтобы устроиться в крупную юридическую компанию. Но услышать это вслух, услышать, как он обесценивает то, что важно для меня, — это как удар под дых.

— Это моя работа, — выдавливаю я. — Это важно. Для меня.

— А я? — Он выпрямляется, делает шаг ближе. — Я для тебя не важен? Моя карьера, наше будущее?

— Тем, при чем здесь это? Я просто хочу понять...

— Понять что? — Теперь он стоит совсем близко, и я вижу в его глазах раздражение. — Что я хочу большего? Что я не собираюсь всю жизнь торчать в этом захолустье? Что у меня амбиции?

Захолустье. Наш город, где мы выросли, где встретились, где я построила свою жизнь, — для него просто захолустье.

— А как же я? — шепчу я, и голос предательски дрожит. — Моя работа, мои планы, моя...

— Твоя работа поедет с тобой, Яна. Везде нужны юристы. Везде есть бесплатные консультации, если тебе так хочется играть в благотворительность.

Играть. Он сказал "играть".

Я встаю резко, кресло откатывается назад. Сердце колотится так сильно, что, кажется, он должен слышать.

— Это не игра, Тем. Это моя жизнь. И ты даже не спросил, хочу ли я все это бросить. Ты просто решил. За нас обоих.

— Потому что это правильное решение! — повышает он голос, и я вздрагиваю. — Ты что, не видишь? Это шанс, который выпадает раз в жизни. Зарплата в три раза выше, перспективы, связи...

— А я? — перебиваю я, и меня уже не волнует, что голос срывается. — Где в этих планах я, Артем? Или я просто приложение к твоей успешной жизни? Красивая жена, которая должна улыбаться и кивать?

Он молчит. Смотрит на меня так, словно я говорю на незнакомом языке. Словно не понимает, чего я вообще хочу.

— Малыш, — говорит он наконец, и голос становится мягче, обволакивающе мягче. — Ты устала. Эмоции. Давай вечером спокойно все обсудим дома.

Устала. Эмоции. Еще два его любимых слова, когда он не хочет со мной разговаривать. Когда проще списать все на мою усталость и перепады настроения, чем признать, что я права.

— Нет, — слышу я свой голос, твердый, незнакомый. — Нет, Тем. Мы обсудим это сейчас. Потому что я имею право знать, когда ты принимаешь решения, которые касаются моей жизни.

— Нашей жизни, — поправляет он.

— Тогда почему я узнала последней?

Тишина. Долгая, тяжелая. Мы стоим напротив друг друга, и между нами словно разверзлась пропасть. Когда она появилась? Когда мы перестали быть командой и стали двумя людьми, которые тянут одеяло каждый на себя?

— Потому что знал, что ты будешь сопротивляться, — произносит он наконец. — Будешь придумывать причины, почему нельзя, почему не сейчас, почему не так. Ты всегда боишься перемен, Яна. Всегда цепляешься за свою зону комфорта.

Его слова ранят. Ранят, потому что в них есть доля правды. Я действительно не люблю резких перемен. Мне нравится стабильность, предсказуемость. Но разве это преступление?

— А ты никогда не спрашиваешь, чего хочу я, — отвечаю тихо. — Просто ставишь меня перед фактом. Потому что знаешь: я соглашусь. Я всегда соглашалась.

Что-то мелькает в его глазах — торжество? облегчение? — но исчезает слишком быстро, чтобы я успела понять.

— И ты согласишься сейчас, — говорит он уверенно. — Потому что это лучшее для нас обоих. Поверь мне.

Поверь мне. Сколько раз я слышала эти слова? Сколько раз верила, доверяла, шла за ним, не задавая вопросов?

Я смотрю на него. На красивое лицо, уверенную осанку, дорогой костюм, — и вдруг понимаю: я не знаю этого человека. Тот Артем, в которого я влюбилась пять лет назад, который смотрел на меня с обожанием, который спрашивал моего мнения, — куда он делся?

Или его никогда не было? Или это я сама придумала того Артема, какого хотела видеть?

— Мне нужно время подумать, — говорю я и направляюсь к двери.

— Яна, не устраивай драму...

— Это не драма, Тем. Это моя жизнь. И я имею право решать, как ею распоряжаться.

Я выхожу не оглядываясь. В коридоре сталкиваюсь взглядом с Надей. Она стоит у кулера, держит стаканчик с водой и смотрит на меня с каким-то странным выражением. Сочувствие? Злорадство? Или просто любопытство?

— Все хорошо? — спрашивает она сладким голосом.

— Отлично, — бросаю я и иду к лифту.

Но все не отлично. Совсем не отлично. Потому что впервые за пять лет брака я задаюсь вопросом: а знаю ли я своего мужа вообще?

И еще более страшный вопрос, который я не решаюсь озвучить даже самой себе: а любит ли он меня? Или я просто удобная жена, которая никогда не возражает?

Бриллиантовая капля на шее холодит кожу. Красивая клетка. Дорогая клетка.

Но все равно клетка.