Развод. Любовь (не) вернуть

Глава 18

Неделя проходит в странном двойном ритме. Днем — работа: встречи с клиентами, консультации, суды. Все как обычно, только теперь каждое дело — последнее. Последний раз веду этого пожилого пенсионера, последний раз защищаю права матери-одиночки, последний раз составляю иск.

Вечерами открываю шкафы и начинаю разбирать.

Каждая вещь — это кусочек прошлого, который больно отпускать. Вот свитер, который купила на первую зарплату. Серый, мягкий, из тонкой шерсти, с высоким воротом. Помню, как гордилась тогда собой. Первые самостоятельно заработанные деньги, было ощущение, что весь мир у моих ног.

Складываю его в коробку с надписью «отдать».

Книги с полок, зачитанные до дыр. Некоторые с закладками на середине, некоторые с загнутыми страницами. Часть беру с собой, остальное отдам коллеге, которая любит читать.

Фотографии в рамках. Мы с подругами в университете. Выпускной. Первый день на работе в социальном центре. Перебираю снимки и вдруг понимаю, что на большинстве я одна. Или с друзьями. Артема нет. Он всегда был где-то в другом месте, в другом городе, в другой жизни.

Грустно, что такая деталь, бросается в глаза именно в такой момент.

Артем звонит каждый вечер. Но звонки короткие, пять минут, от силы десять.

— Как дела? — спрашивает он.

— Нормально. Разбираю вещи.

— Молодец. Слушай, прости, у меня совещание через пять минут.

— Конечно, иди.

-- Все в порядке, малыш?

-- Да, конечно. Я все понимаю.

Кладу трубку и продолжаю сортировать. Одежда, посуда, косметика. Что взять, что оставить, что выбросить. Каждый вечер, я до глубокой ночи сижу среди коробок и пакетов, и с каждым днем квартира становится все пустея. Все холоднее.

А внутри растет странное ощущение, что я не просто собираю вещи. Я разбираю свою жизнь по частям. По маленькому кирпичику разбираю стены своей прежней жизни. Отделяю нужное от ненужного. И чем дальше, тем тревожнее становится на душе.

Сегодня вечером, когда Артем звонит, я сразу узнаю светлые стены нашей спальни на заднем фоне. Наконец-то он дома. Лицо усталое. Темные круги под глазами, щетина, которая отрастает к вечеру, но мне сразу становится легче. Есть ощущение, что мы вдвоем. Что он здесь, со мной, хоть и через экран.

— Как прошел день? — спрашиваю и устраиваюсь поудобнее на диване.

Он рассказывает про работу, про сложную сделку, про партнеров, которые тянут с решением. Я слушаю внимательно, ловлю каждый его жест. Как он проводит рукой по лицу, потирает переносицу, массирует виски. Как закусывает нижнюю губу, когда задумывается. Как проводит ладонью по щетинистому подбородку.

Я скучала по этим жестам. По его голосу. По ощущению близости.

— Ян, на этих выходных все в силе? — спрашивает он вдруг, и в голосе появляется что-то теплое.

Внутри вспыхивает радость.

— Да, конечно, — говорю быстро, слишком быстро. — Жду с нетерпением, когда снова тебя увижу.

— И я, малыш, — улыбается он. — Билет скину чуть позже, некогда было этим заняться.

— Тем, да я сама могу купить...

— Нет, Ян, это неправильно, — качает он головой. — Я обещал, я и куплю.

И все складывается хорошо. Ровно до тех пор, пока не наступает пятница.

Именно к концу рабочего дня прорывает батарею. Старая чугунная труба не выдерживает, и горячая вода хлещет во все стороны. Брызги летят на стеллаж с документами. Дела клиентов, иски, договоры, справки. Горячие, грязные капли оседают на папках.

— Аварийку! — кричу я секретарше. — Быстро!

Пока жду сантехников, закатываю рукава рубашки и начинаю перетаскивать папки с полок на стол. Одну за другой. За другой. За другой. Вода продолжает хлестать, пар поднимается к потолку, в кабинете становится душно и влажно. Ткань рубашки прилипает к спине. Пульс бьет по вискам. Руки дрожат, когда открываю очередную папку, проверяя, не промокла ли она.

Аварийщики приходят через полчаса. Перекрывают воду. Начинают ремонт.

А я стою посреди кабинета, окруженная мокрыми папками, и пытаюсь вспомнить, что куда переложила. Какие дела были на верхней полке. Какие на нижней. Все смешалось в голове.

Выхожу из кабинета только после одиннадцати вечера. Как доползла домой, не помню. В голове крутятся только папки, документы, полки. Где теперь искать нужные бумаги? Ничего ли не потеряла в этом хаосе?

И только когда захожу в квартиру, включаю свет и вижу часы на стене, меня накрывает шок. Паника. Я расстраиваюсь.

Рейс.

У меня был рейс. Сегодня вечером. Мы договаривались с Артемом провести выходные вместе. Он обещал два дня. Целых два дня только для нас. У меня были планы. Грандиозные планы. Рассказать ему про увольнение. Обсудить переезд. Просто быть рядом.

Только вот теперь все под угрозой.

Быстро принимаю душ. Хватаю телефон. Захожу в почту. Проверяю сообщения.

Пусто.

С того дня, как мы говорили о выходных, Артем так ничего и не прислал. Никакого билета. Никакого номера рейса. Ничего.

Набираю его номер.

Длинные гудки. Раз. Два. Три.

Автоответчик.

— Тем, это я, — говорю в трубку. — Прости, я задержалась на работе. Билета нет. Давай я завтра прилечу, хорошо? Перезвони, пожалуйста.

Кладу трубку. Жду.

Звоню снова.

Автоответчик.

И снова.

Автоответчик.

Два часа я просидела с телефоном в руках, как дура, и жду. Жду, когда он перезвонит. Жду, когда экран загорится его именем. Жду, когда услышу его голос, извинения, объяснения.

Но телефон молчит.

А я сижу посреди полупустой квартиры, среди коробок с вещами, среди разобранной на отдельные кирпичи жизни, и впервые за эту неделю понимаю.

Я осталась одна.