Развод. Маски и тени

Двадцать пятая глава

- Открой! Нам нужно поговорить!

Это сказано было таким тоном, что у меня свело зубы. Пренебрежение, самодовольство, высокомерие и капелька сарказма… ммм… разве можно устоять против такого сногсшибательного коктейля?

Вот, индюк!

И вот из-за него я страдала? Вот этот, простите, дурак, занимал мои мысли и не давал спать по ночам? Из-за него я закрыла своё сердце на десяток железных замков?

Ужас и стыд! Испанский стыд, блин!

Я усмехнулась своим мыслям и, не обращая внимания на бывшего мужа, проехала под открывшийся шлагбаум. Только острый взгляд полоснул хлёстко и недобро в зеркале заднего вида.

Удивительно, но столкнувшись с Иваном после пяти лет разлуки, я будто прозрела. Поняла, что тот Ванечка, что жил в моих воспоминаниях, ничего общего не имеет с реальным Иваном. Того Ванечки, которого я любила, возможно, и никогда не существовало в реальности. Я придумала его себе. И после натягивала этот придуманный образ на мужа. Как карнавальный костюм.

И ведь я знаю, что не стоит бояться снова встать, если упал. Упал – вставай! Чтобы снова попробовать, снова полюбить, снова жить и снова мечтать. Нельзя позволять тяжёлому уроку ожесточить своё сердце.

А вот, поди же ты! Не могла отпустить и забыть. И ради кого!

Только, для того чтобы понять это, стоило приехать в Москву!

Дома ждал обед. И мама с Аллой Андреевной, что уселись рядком напротив меня и с умилением и восхищением взирали на мой аппетит.

Нагуляла!

Мне пошло на пользу посещение тира. Всё лишнее, вся накипь, что поднялась из глубины моей души при встрече с бывшим мужем, улеглась. Смылась спокойным сосредоточением и хорошо проделанной работой.

- Нилочка, ты побудь пока с нами, хорошо? Не оставляй нас одних. Что-то мне неспокойно, – попросила меня свекровь, когда мама отлучилась на минутку.

Я согласилась, мне несложно, а старушкам моим приятно. Тем более, что есть доставка и не обязательно бегать в магазин за продуктами.

К вечеру мне позвонил Кирилл.

- Мам, говорят, ты в Москве? – спросил он, немного возбуждённо.

- Да. Бабушка попросила меня приехать. А ты от кого узнал? – ответила, выходя на балкон от моих старушек, чтобы не мешать им смотреть и обсуждать сериал.

И хотелось полюбоваться Москвой, её морем огней и никогда не умолкающим шумом улиц.

- Папа сказал, – хмыкнул Кир, продолжая, — он ругался и заявил, что ты устроила опять публичный скандал на всю округу. И что ты мстишь ему, желая окончательно разрушить его репутацию.

- Было бы, что там рушить! – засмеялась я открыто и продолжила, — Представь только, у твоего отца хватило совести привести к бабушке Алле своих консультантов, чтобы она подписала согласие на обследование. Он хочет признать её недееспособной, ещё не похоронив деда. Так плохо с делами в корпорации?

- Ну, он же считает себя главным наследником, и уже размечтался, как будет руководить. А здесь ты. Как всегда поперёк его планов. Правильно Илюха сделал, что ушёл в свободное плавание! Я тоже подумываю… Работать с отцом всё сложнее. Он иногда, как начнёт придираться к ерунде, не знаешь куда деваться. И главное, сегодня одно хочет, а завтра – другое. Сейчас без деда вообще всё наперекосяк пойдёт…

- Понятно. – Вздохнула я, — Всё как всегда. Иван не меняется. Гнёт Вселенную под свои хотелки.

- Ой, мам, не скажи. Я ведь помню ещё, каким он был, когда мы все вместе жили. Помню, как он смеялся и улыбался рядом с тобой. А сейчас… - Кирилл замолчал, прерывая свои воспоминания, и спросил, — Встретимся?

- Конечно! – ответила, не задумываясь, и добавила, — только после похорон уже. Бабушка сильно переживает и не хочет сейчас ни с кем видеться. А мне неудобно оставлять их вдвоём с мамой. Всё-таки не молодые уже…

Я на самом деле не хотела выходить в город. Москва, конечно, красавица стала и лучший город Европы, но мне милее мой дом, и обрыв над морем, и виноградная лоза во дворе. Очень тянуло домой.

- Что там бабушка затеяла с экспертизой? – спросил сын.

- Она имеет право сомневаться. Хочет удостовериться, – ответила, пожав плечами, — если ей от этого станет спокойнее, то почему бы и нет?

- Я так понял, что бабушка подозревает… — протянул Кирилл, не решаясь произнести вслух то, о чём все подумали.

- Кир, это её право! Понимаешь? – повторила, кутаясь от налетевшего прохладного ветерка.

Не успела я проститься с одним сыном, как позвонил старший.

С Ильёй мы говорили недолго. Как всегда – только по делу. Я посетовала, что не получится встретиться сегодня-завтра. И с удовольствием нырнула в недра тёпленькой квартирки. Привыкла я уже к южной погоде, и вечерняя прохлада московского лета мне совершенно не нравилась. Было зябко. Хотелось домой.

На следующий день поднялся ветер, и низкие тучи моросили противным мелким дождём. Совершенно не было желания выползать под эту морось.

Утром свекровь говорила по телефону с Иваном и так ругалась, что мне пришлось немного рассказать маме о сути моего развода. Так, в общих чертах. Без подробностей.

Но и этого хватило, чтобы мама весь день переживала и охала.

И во второй половине дня на электронную почту пришли результаты экспертизы.

Алла Андреевна, поджав высохшие к старости губы, прочитала заключение и, глядя на меня сухими, воспалёнными глазами, сказала:

- Поздно, Нилочка. Нужно было мне не бояться, а заявлять сразу. Теперь уже поздно. Они ничего не обнаружили. Обширный инфаркт. Да мой Илья знать не знал, с какой стороны у него сердце! Последнюю фразу она произнесла голосом, полным отчаяния. Всхлипнула и спросила:

- Как мы будем дальше жить?

После развода. Зеркало судьбы

agm2FE2H