Развод. Моё нежданное бабье лето

Глава 6

Неделю назад.

– Ты вон лучше за Николаем своим следи, а не к Ваське моему цепляйся! Подумаешь, курит в подъезде. Дым ей, видите ли, мешает. За-а-пах... – скривив лицо, передразнила меня соседка Валентина. – Интеллигенция вшивая.

– Коля вообще не курит. – не поняла я наезда на своего мужа.

– Зато Николай твой к Анфиске из второго подъезда бегает. – с ехидной радостью осведомила соседка.

– Валь. – я осуждающе покачала головой.

Зачем только вообще разговор с ней завела, встретив в подъезде? Знала же чем всё закончиться. Характер её склочный и шумный весь дом знал. А уж если она выпившая, как сейчас, любому столько гадостей наговорит, что мало не покажется.

– Чего Валь? Чего Валь? – кривляясь, оскалила жёлтые съеденные зубы соседка. – Весь двор в курсе! Одна ты курица слепая, ни сего не видишь!

– Зачем ты так? – я махнула рукой и развернувшись, пошла к своей квартире.

Бесполезно с ней сейчас разговаривать. Только гадости слушать.

– Он её на машине своей возит, сама видела! – не унималась мне вслед пьяная Валентина. – Да в потёмках в подъезд её шныряет. А соседка её – тётя Шура Петухова, жаловалась, что громкие они с Анфиской. Орут да стонут так, что ей за стенкой слышно.

Я шла, не оборачиваясь. Едва не бегом преодолела несчастные три метра до своей двери. А какими бесконечными они мне показались!

– Дура ты, Верка! – плюнула мне вслед Валентина. – Я бы космы ей повыдёргивала! А ты воспитанная шибко, так и будешь книжечки свои читать, пока мужик налево гуляет.

Вопли соседки преследовали меня даже за закрытой дверью. Я скинула туфли и быстро прошла на кухню, подальше от прихожей. Было такое чувство, что меня помоями с ног до головы облили. Так гадко, что я первым делом начала мыть руки.

Времени рефлексировать и переживать не было. Скоро мои должны вернуться с работы, нужно приготовить ужин. Но на душе было муторно. С чего бы Валентине наговаривать на моего мужа?

Кипело и шкварчало на плите, за окном медленно опускались сумерки, соседская кошка на своём балконе заунывно созывала котов, а я всё гоняла в голове брошенные мне в лицо слова.

Ну не могло такого быть. Николай мой – мужчина серьёзный, не гуляка какой-то. Он и по молодости никогда не давал мне поводов для ревности, а чего уж сейчас?

Я слепо смотрела в одну точку – на небольшой скол на плитке кухонного фартука похожий на паучка, и пыталась понять, о какой Анфисе говорила соседка. В нашем доме их было две, и обе жили во втором подъезде. Одна – тихая скромница лет пятидесяти ходила по воскресеньям в ближайшую церковь и всегда носила платок. Речь точно шла не о ней. А вот вторая...

– Мать, мы дома! – хлопнула входная дверь и через секунду на кухню заглянул сын Сергей. – Что на ужин? Мы со Светкой голодные, как звери.

– Сейчас отец вернётся с работы, и будем ужинать. – обернулась я к сыну. – Переодевайтесь пока, мойте руки. У меня всё готово.

– Опять отца будем ждать? – недовольно поморщился сын. – А если он задержится на работе, нам с голоду помирать?

– Позвони ему и узнай. – посоветовала самому голодному и призадумалась: как часто муж задерживался по вечерам? Посему выходило, что нередко. А я свято верила, что Коля в своей автомастерской. Каждый раз он говорил, что работа неожиданно подвалила в самом конце рабочего дня. Вот и сегодня мужа до сих пор не было дома.

Я выключила газ под кастрюлей с гречкой и присела на стул. Смяла в руках кухонное полотенце и растерянно посмотрела в окно. Неужели правда?

Двадцать шесть лет жили в мире и согласии, родили и вырастили двух детей и теперь муж решил мне изменять?

Мой Николай и в молодости не был красавцем. Да, был высоким, широкоплечим. Жгучим брюнетом с крупными чертами лица, немного непропорциональным, но и не отталкивающими. Обычный мужчина, не эталон красоты, но и не Квазимодо. Успехом у женщин не пользовался. Я считала, что именно поэтому муж относился к противоположному полу с некоторым спесивым презрением. Задевало его женское пренебрежение.

В прихожей раздался щелчок закрывшейся двери, и я медленно повернула в ту сторону голову. Прислушалась к тихим голосам Сергея и мужа, переговаривающихся у порога. Встала, чтобы накрыть на стол. Ну вот все и дома, пора ужинать. Самый обычный вечер, наверное, зря я себя накрутила.

– Коль, а ты Анфису когда-нибудь возил на своей машине? – уже перед сном небрежно спросила я мужа, внимательно наблюдая за его реакцией.

Николай лежал на кровати и быстро щёлкал пультом от телевизора, бессмысленно перескакивая с канала на канал.

– Какую Анфису? – пульт в мужской руке дрогнул, но на меня, стоящую рядом с кроватью, муж не посмотрел. Упрямо пялился в экран телевизора.

– Соседку из второго подъезда. Ну, которая на рынке торгует. – я села на свою половину кровати, продолжая старательно втирать крем в руки и не сводя глаз с Колиного лица. – Вас видели вместе.

– Было раз. – метнул на меня тревожный взгляд муж. – Она машину свою к нам в автомастерскую пригнала, что-то у неё там с сигнализацией было. Оставила у нас. Ну я её и подвёз до дома.

Я отвела глаза и с трудом проглотила тугую слюну. Слишком уж хорошо знала своего мужа. Как облупленного. Я по его дыханию могла определить настроение, с которым он вернулся домой. И его мимолётный взгляд, затравленный и растерянный, рассказал мне всё. Даже то, что муж так старательно пытался скрыть за показным безразличием. Николай врал!